Огаи. Два Солнца

«Подумать только. Ты слушаешь пьяную, вероятно, давно выжившую из ума старуху. Алиса, опомнись!» – взывал ко мне внутренний голос.

– Вот! – она ткнула пальцем в пустое место на карте, и, как будто прочитав мои мысли, добавила: – Такие люди не живут в обычных поселениях.

– Хорошо. Но с чего Вы взяли, что они будут там?

– Просто знаю. А откуда, это тебя не касается, – она сняла зеленый браслет с правой руки и стала перебирать камни пальцами.

– Вы уверены, что она еще не в руках ордена?

– Нет. Но я чувствую, что это так.

Я выдохнула, продолжая разглядывать карту. Какая огромная территория. Намного больше, чем столица, в которой я родилась.

– Для чего здесь нарисовано кольцо?

– А? – старуха отвлеклась от крохотной бумажки, на которой она выводила кому-то послание. Видимо, Огай часто так развлекалась. – Это? Это отряды «синих плащей».

– Что?!

– Ну да, вокруг столицы. Поэтому, если ты упустишь свою Хранительницу до этого, – она обвела круг пальцем, – ты упустишь ее навсегда.

– В таком случае…

– Да-да, – она закивала головой, вывела последние буквы и сложила записку пополам. – Я об этом и говорю. Тебе надо торопиться. Я ведь предупреждала: не опаздывай!

У меня заколотилось сердце. Нужно было как можно скорее покинуть поселение. Я вскочила из-за стола, как ужаленная. Проклятье! Сколько времени уже потеряно впустую?

– Подожди! Вот, можешь забрать, – она пододвинула карту.

– Спасибо! Спасибо большое!

– И это тоже.

Женщина протянула зеленый браслет и записку.

– Что это?

– Браслет и записка, – удивительно точно ответила она. – И еще… видишь в-о-о-н там?

Я оглянулась, проследив за ее рукой. Она указала на большой стол недалеко от входа. Все места за ним были заняты, а вокруг столпилось столько же людей, сколько уже сидело. С самого края я заметила своего недавнего знакомого – сумасшедшего любителя пострелять в черном капюшоне. Женщина Огай не дала мне прислушаться и утолить любопытство, узнав, что они так горячо выясняли.

– У тебя есть хороший шанс отплатить мне. Видишь того человека, – и, конечно, она указала на сумасшедшего. – Передай ему вот это, когда будешь выходить. Только не читай, ладно? У нас с ним личные счеты.

– Хорошо, – я злобно улыбнулась. Вот и косому стрелку придется поучаствовать в развлечениях старухи. Ради такого можно и гонцом стать на время.

– А теперь иди.

– Погодите, так что мне делать с браслетом?

Она посмотрела на меня, как на умалишенную.

– Носить, разумеется.

Я ничего не понимала, однако не знала, как задать вопрос по-другому. Старуха смотрела мимо меня, вероятно, в сторону стола.

– Иди уже. Иди! Сейчас опоздаешь.

– Спасибо еще раз.

Она ничего не ответила, только коротко кивнула и поторопила меня рукой. Проходя мимо стола, я небрежно бросила записку косому стрелку прямо в стакан, испортив ему первый глоток. Надеюсь, пойло было дорогое, а записка с ароматом ужасных духов основательно повлияла на его вкус. Не дожидаясь реакции людей, я быстро выскользнула за порог.

Холодный ночной ветер подхватил мои волосы, и я привычно поправила шапку, стараясь укрыть уши. На улице было свежо и темно. Фонари уже не горели, да и света в домах почти не осталось. За несколько секунд я замерзла до самых костей.

– Только снега не хватало для полного счастья.

Я медленно пошла по улице, оставляя «Гвоздь» и его шумных посетителей позади. Жаль, не все люди пожелали остаться внутри. Когда я была у самых ворот, быстрые, но необычно тихие шаги послышались со стороны крыльца.

– Эй, постой!

Подошвы сапог застучали по ступеням.

Я прибавила шагу, надеясь, что косой стрелок имел в виду не меня. Не стоило совать нос не в свое дело. Что женщина Огай написала в этой записке? У старухи было своеобразное чувство юмора, так что стоило ожидать какого-то подвоха.

– Погоди же! – не унимался человек. – Да, стой же ты!

Догнав, он схватил меня за локоть и резко развернул, отчего я чуть не врезалась в сумасшедшего. На лице стрелка четко отразились все эмоции.

– Это ты? – удивленно и слишком громко спросил он. – Тогда я вообще ничего не понимаю.

Я выхватила свою руку и злобно поджала губы, давая тугодуму понять, что не настроена на дружескую беседу.

– Почему? – настаивал он.

Я хаотично соображала, пытаясь понять, каким мог быть текст записки. О чем говорил стрелок? Оставаясь внешне уверенной, я окончательно растерялась, не зная, что ответить.

– В смысле… там и правда был яд. Как ты узнала?

В стакане был яд! Я удивилась и сразу же расстроилась. О, нет! Зачем я ему тост испортила? Помедлила бы немного, и не пришлось бы сейчас на мерзнуть, подбирая слова.

– Разве вам для этого не нужно…

– Не нужно что? – злобно переспросила я, понимая, что это окончательно выбьет у него почву из-под ног и даст мне время подумать, как объяснить, что записка не от меня.

– Обратиться в… зверо…

– Огая, – подсказала я и пошла прочь, приняв решение не объяснять ничего.

Он замешкался, но уже скоро снова нагнал меня.

– Погоди! Прости.

Я остановилась, и он с извиняющимся видом убрал руку с моего плеча.

– Я только хотел спросить, почему ты это сделала. Зачем ты спасла мне жизнь?

Я смотрела в его светло-голубые глаза и таяла от изумления. Как может такое прийти в голову человеку? Вероятно, только человеку это и может прийти в голову! Вместо того, чтобы поблагодарить меня, попросить прощения и отпустить с миром, он решил выяснить, по какой же именно причине я это сделала. Удивительно. Тем более, я ничего и не делала.

Я фыркнула и, сама того не желая, некрасиво искривила лицо от отвращения.

– Это был порыв временной жалости. Он закончился. И теперь я пойду.

– Какой еще жалости? – не унимался мой собеседник. Он снова схватил меня за руку, не давая проходу. – У Огаев ведь нет таких чувств, как у людей.

– Пусти меня! – потребовала я.

Секунды он смотрел мне в глаза, как будто был в состоянии прочитать мысли. Что же, пусть читает, если так хочется. Я ведь монстр. Много не прочитает.