Огненные острова

— Это не болезнь, — продолжил врач, и Зокора тоже кивнула.

— Всё указывает на то, что в его теле есть какой-то очаг, — тихо сказала она, нежно положив руку на лоб Вароша, который беспокойно ворочался туда-сюда. — Если бы только знать, что это… в противном случае…

— Я знаю Вароша не так давно, как ты, — заметила Серафина, когда мы встретились на моём обычном месте на юте возле фонаря. — Но он мне нравится. Его легко любить.

— Да. Он один из самых стойких и надёжных людей, которых я знаю. Я никогда не видел, чтобы он колебался ни в своих убеждениях, ни в вере, ни в действиях. Многие вещи он видит с удивительной ясностью. — Я покачал головой. — Зокора непревзойдённый мастер в целительном искусстве. Если она не может ему помочь, тогда нужно опасаться за его жизнь.

— Но если её богиня действительно так к ней благосклонна, почему тогда она не может ничего сделать? — спросила она.

— Она говорит, что есть ритуал, который смог бы помочь, но для него ей потребуются ещё четыре верующих в богиню Соланте. Но на этом корабле она вряд ли их найдёт.

Серафина какое-то время молчала, затем посмотрела на меня.

— Извини, мне нужно кое-что узнать. — Сказав это, она поспешила прочь и спустилась на главную палубу, где заговорила с Эльгатой. Та удивлённо на неё посмотрела.

— Вот вам ваши верующие, — вскоре после этого сказала Серафина Зокоре, которая в изумлении подняла глаза от постели Вароша. — Вы сказали, что Солонте — это другой аспект Астарты, — продолжила Серафина. — Так что я спросила майора Меча. — Она указала на Эльгату, которая с серьёзным выражением лица стояла у двери нашей каюты. — Нам повезло, большинство здесь верят в Борона и Сольтара, но есть четверо, кто верит в милость Астарты. — Она открыла дверь, и четверо Морских Змей вошли в каюту, трое из них были женщинами, четвёртый — молодой рекрут, которого Эльгата недавно взяла на борт.

— Соланте — это часть Астарты, а Астарта — часть Соланте, — тихо промолвила Зокора. — Я сама должна была подумать об этом. И всё же это не сработает.

— Но если это та же самая богиня? — разочарованно спросила Серафина.

— Дело не в этом. Ритуал рассчитан на пять женщин.

Она впилась глазами в молодого человека, который вспыхнул под её взглядом.

— Он не женщина. — Она посмотрела на Эльгату. — На борту есть ещё другие женщины, которые хотят служить Астарте? — спросила она. Казалось, Эльгата колебалась, прежде чем покачать головой. — Нет, — ответила она. — Если только…

— Если только что? — спросила Зокора.

— Раньше я тоже покланялась ей, — тихо объяснила майор Меча. — Но со мной кое-что приключилось, что заставило меня потерять веру. С тех пор я больше ни разу не была в храме.

— И с тех пор ты никогда не получала её милости? — настойчиво спросила Зокора.

Эльгата снова помедлила.

— Я не знаю, — тихо ответила она. — Иногда… иногда мне казалось, что да.

— Ты хочешь помочь мне спасти Вароша?

Эльгата перевела взгляд на Вароша, который в лихорадке что-то тихо бормотал и стонал.

— Если я могу, — отозвалась она. — Тогда буду счастлива помочь.

— Хорошо, — сказала Зокора. — Тогда давай уберём здесь стол и стулья и освободим для нас место.

— Для ритуала можно было бы подняться и на палубу, — предложила Эльгата.

Зокора с удивлением посмотрела на меня.

— Разве ты не говорил, что люди стыдятся показываться голыми перед другими? — спросила она.

— Ну… — начал я, однако Эльгата меня опередила.

— Почему голыми? — спросила она, в то время как другие Морские Змеи смущённо переглянулись, а молодой парень-рекрут покраснел, как помидор и поспешно направился к двери.

— В ритуале мы предстанем перед богиней в таком виде, в каком она нас создала, — объяснила Зокора, укоризненно глядя на меня. — На этот раз я хотела принять во внимание человеческую чувствительность и…

— Я прикажу убрать стулья и стол, — поспешно прервала её Эльгата, в то время как лёгкий румянец поднялся по её шее и окрасил лицо. — Это определённо не займёт много времени.

И действительно, всё произошло быстро. Несколько мгновений спустя стол и стулья вынесли, а всё остальное, что могло бы помешать, придвинули к краю. Зокора измерила шагами длину и ширину каюты, затем удовлетворённо кивнула.

— Она достаточно большая.

Она начала возиться с ремешками свой кожаной блузки, затем остановилась, посмотрела на меня и других Морских Змей, которые неловко стояли, переминаясь с ноги на ногу. В конце концов она указала пальцем на дверь.

— Вон!

В этом не было необходимости, я уже и так бросился бежать, Серафина вслед за мной, которая, очевидно, находила всё это забавным.

— Хавальд? — остановил меня голос Зокоры, когда я собирался закрыть за собой дверь.

Я повернулся, пытаясь не обращать внимания на уже вырисовывающуюся наготу участников ритуала.

— Да?

— Скажи Ангусу, что если он сейчас помешает, это будет последнее, что он когда-либо сделает в своей жизни. Скажи, что я даю ему слово.

Я поспешно кивнул и закрыл за собой дверь. Возможно, Ангус был иногда сумасшедшим, но точно не глупым.

— Как жаль, — с сожалением промолвил он. — Я бы с удовольствием на это посмотрел. В конце концов, облик женщины предназначен богами для того, чтобы радовать глаз мужчины. Ты уверен, что…

— Ангус, — резко сказала Серафина. — Он уверен. И я тоже. Мешать им было бы очень плохой идеей.

— Но… — начал Ангус.

— Не спорь, — прервала его Серафина.

Он подошёл к перилам и посмотрел вниз. Прямо под нами находились окна нашей каюты.

— Нет, — сказала Серафина. — Даже не думай об этом!

Она смотрела ему вслед, как он, понурившись, направился к носу корабля, чтобы встать там у перил и уставиться на море.

— Иногда он похож на маленько мальчика, — заметила она. — Могла бы поклясться, что он дуется. И при всём этом, я не могу избавиться от ощущения, что он точно знает, что делает, и ведёт себя так специально. Думаешь, такое возможно? — Она недоверчиво покачала головой. — Даже Ангус не может быть настолько слепым!

— Думаешь, он по какой-то причине притворяется? — спросил я.

Серафина кивнула.

— Мне иногда так кажется.

— Северяне, они такие. Не спрашивай, почему. Но Рагнар точно такой же.

— Твой друг женился, и они поклялись друг другу перед богами. Он ничему у неё не научился?

— Научился, — сказал я, вспоминая, как Рагнар жаловался, что жена его ругает, когда он высмаркивается в рукав или плюёт на пол. — Он изо всех сил старается не расстраивать её. Она маленькая и худенькая, а он крупный и высокий, как Ангус. И всё же… она знает, как постоять за себя.