Огонь

Очнулась она оттого, что услышала мысли Виктора:

Линнея? Что случилось?

Линнея открыла глаза и не сразу поняла, что происходит. Она лежала на боку и под каким-то странным углом видела асфальт и пару одетых в темные брюки ног.

Виктор присел на корточки, накинул на нее свою куртку. Взял ее ледяные руки в свои, окружил своей магией. Влага из волос и одежды Линнеи начала испаряться, и скоро девушка почувствовала, что почти высохла.

Пойдем!

Он помог ей подняться и, где-то поддерживая, где-то неся на руках, дотащил до своей машины, припаркованной возле усадьбы. Он посадил ее на пассажирское место рядом с водителем и включил обогрев на самую большую мощность.

Линнея поплотнее завернулась в куртку. Напряжение понемногу отпускало, но теперь навалилась страшная усталость.

Что случилось? — мысленно спросил Виктор.

Они заставили меня прыгнуть, — ответила Линнея, удивляясь, что легко разговаривает этим необычным способом.

Заставили тебя? Кто?

— Эрик Форслунд и Робин Сеттерквист, — губы не слушались ее.

Увидев, что Виктор взялся за трубку, Линнея выпрямилась и заставила себя собраться.

— Не надо звонить в полицию, — сказала она.

— Как не надо?!

— Я уверена, у них будет алиби. Я слышала их мысли. Эрик никогда бы не взялся за такое дело, если бы не был уверен, что ему сойдет с рук. Мы не сможем ничего доказать.

Виктор непонимающе смотрел на нее.

— Разве ты не знаешь, кому полиция верит больше? Уж конечно, не таким, как я. По крайней мере, в нашем городе, — проговорила Линнея.

Он отложил мобильный:

— Почему они это сделали?

— Они всегда ненавидели меня. Они ненавидят всех, кто от них отличается. А теперь за их спиной стоит целая организация. Я почти уверена, что они сделали это по чьему-то поручению, хотя, возможно, дело зашло слишком далеко.

— Чье это может быть поручение?

— Я не хочу об этом говорить.

Виктор побарабанил пальцами по рулю:

— Я спрошу у Александра, можем ли мы оставить полицию в неведении. Но думаю, он решит не вмешиваться. Официальная позиция Совета — не вступать в конфронтацию с немагическими структурами.

— Значит, вы не вмешиваетесь, если кто-то пытается убить ведьму? — спросила Линнея, с трудом сдерживаясь, чтобы не добавить: или это правило действует только по отношению к Избранным?

Виктор покосился на нее:

— Посиди, я принесу тебе сухую одежду. И отвезу домой.

И вот теперь Линнея стоит посреди своей квартиры в завернутых спортивных штанах, огромной вязаной кофте и кроссовках, которые ей слегка маловаты, — где Виктор их только нашел?

Она зажмуривается. Не хочет видеть царящий вокруг хаос.

Сюда в любой момент может нагрянуть полиция. Завтра все станет известно Диане. И Линнею выкинут из квартиры, лишат права на самостоятельность. В этом-то и заключался план Хелены? А кто еще мог организовать нападение?

Но Линнея не привыкла легко сдаваться. Она открывает глаза и начинает собирать разбросанные повсюду пустые банки из-под пива. Бедро, по которому Эрик ударил бейсбольной битой, ноет. Когда Линнея переодевалась в машине, она увидела на этом месте большое красное пятно.

Эрик. Робин.

В машине Линнея рассуждала на удивление ясно и четко. А тут незаметно откуда-то подобрался страх и сжал ее горло скользкими сильными пальцами.

Ноги у Линнеи подкосились, она опустилась на пол, грудь сдавила паника, комната закружилась, девушке показалось, что она опять куда-то падает. Эрик хотел психологически сломать ее, и сломал.

— Линнея… — позвал Виктор.

Она постаралась вернуться в реальность.

Вдох… выдох… вдох…

— Линнея!

Виктор садится рядом на корточки, кладет руку ей на плечо. Она старается думать о Викторе, паника постепенно утихает. Ей не хочется демонстрировать Виктору свою слабость.

Им меня не сломать, им меня не сломать, им меня не сломать…

Она видит, что Виктор наморщил лоб и понимает, что послала ему свою мысль.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он.

— Не обращай внимания, это просто посттравматический стресс.

Виктор протягивает ей руку и помогает встать на ноги:

— Я могу тебе чем-то помочь?

— Нет, разберусь сама.

Он внимательно смотрит на нее:

— Надеюсь, ты не планируешь вендетту?

Линнея об этом даже не думала. Все ее силы ушли на то, чтобы собраться и подумать, как сохранить за собой эту квартиру. Да, конечно, Эрик и Робин должны заплатить за все, но пока она об этом не думала.

— Совет против. Александр поручил мне передать это тебе.

Линнея подумала про инцидент на уроке химии, про который слышала от Мину. Тогда Виктор отомстил Кевину. За гораздо более пустяковую обиду.

— И ты, конечно, всегда выполняешь требования Совета? — спросила она.

Виктор отвел глаза, ковыряя носком ботинка черепок разбитого глиняного горшка:

— Александр сказал, что Совет рассмотрит случившееся и не будет наказывать тебя за использование магии, хотя ты нарушила запрет. Ты сделала это непреднамеренно для спасения своей жизни.

Линнея молча смотрит на Виктора. Он нагибается и поднимает с пола черепок. Под ним лежит листок бумаги, и теперь Линнея видит, что это рисунок. Один из многих портретов Ванессы, которые она рисовала. Виктор поднимает его. Долго разглядывает.

— Похоже получилось, — говорит он.

— Тебе, наверно, пора, — говорит Линнея, забирает у него рисунок и кладет в карман.

Она провожает Виктора, отпирает дверь. Слышит звук приближающегося лифта.

— Береги себя, — говорит Виктор.

— Спасибо за помощь.

Виктор кивает и пешком идет вниз по лестнице.

Линнея чувствует приближение Ванессы, ее энергия становится все сильнее по мере приближения лифта. Где-то рядом с Ванессой находятся Анна-Карин и Мину.

Лифт останавливается, из него выбегает Ванесса. Она бросается на шею Линнеи и обнимает ее так, что вот-вот задушит. Но Линнея мечтает о том, чтобы объятие длилось как можно дольше. Волосы Ванессы до боли знакомо пахнут кокосовым шампунем.