Оговорки
Шрифт:
Начало лечения не кладет конец этому развитию, но как только лечение захватывает пациента, то оказывается, что все новое творчество болезни направляется на отношение к психоаналитику.
Моя любовь столь ценна для меня, что я не вправе безответственно ею разбрасываться. Она возлагает на меня обязательства, которые я должен быть готов выполнять, даже идя на жертвы. Если я люблю другого человека, он должен это каким-либо образом заслужить. <…> Он заслуживает любви, если в существенном так сходен со мной, что я могу в нем любить самого себя; он заслуживает ее, если настолько
Там, где аргумент старается привлечь критику слушателя на свою сторону, острота стремится устранить эту критику. Нет сомнения, что острота избрала психологически более действенный путь.
Человек – «неустанный искатель удовольствия», уже не помню, у какого автора я обнаружил это удачное выражение, и всякий отказ от однажды испытанного удовольствия дается ему очень тяжело.
Неудовлетворенные желания – движущие силы мечтаний, а каждая фантазия по отдельности – это осуществление желания, исправление неудовлетворяющей действительности.
Ни один смертный не способен хранить секрет. Если молчат его губы, говорят кончики пальцев; предательство сочится из него сквозь каждую пору.
Америка – это ошибка.
Образование симптома представляет собой замену того, чему появиться непозволительно.
Обычно враждебные чувства появляются позже, чем нежные; в своем сосуществовании они хорошо отражают амбивалентность чувств, господствующую в большинстве наших интимных отношений.
Ограниченность удовольствия только увеличивает его ценность.
Анатомия – это судьба.
Особенность душевного прошлого в том, что, в отличие от исторического прошлого, оно не растранжиривается потомками.
Острая скорбь после утраты собственного ребенка сотрется, однако мы остаемся безутешны и никогда не сможем подобрать замену. Все, что станет на опустевшее место, даже если сумеет его заполнить, остается чем-то иным. Так и должно быть. Это единственный способ продлить любовь, от которой мы не желаем отречься.
Русская психика вознеслась до заключения, что грех явно необходим, чтобы испытать все блаженство милосердия божьего и что в основе своей грех – дело богоугодное.
Остроумие – это отдушина для чувства враждебности, которое не может быть удовлетворено другим способом.
Отдельный индивид чувствует себя незавершенным, если он один.
Отношения психоаналитика и анализируемого основаны на любви к истине, то есть на признании реальности.
Пациент, который повсюду рассказывает о своем психоанализе, с самого начала рискует свести его на нет.
Первый человек, который бросил ругательство вместо камня, был творцом цивилизации.
Первым
признаком глупости является полное отсутствие стыда.Сама по себе любовь – как страдание, лишение – снижает чувство собственной значимости, но взаимная любовь, обладание любимым объектом снова его повышает.
Пожелания долгой и счастливой жизни недорого стоят; они являются рудиментом той эпохи, когда человек верил в магическую силу мысли.
Почему мы не влюбляемся каждый месяц в кого-то нового? Потому что при расставании нам пришлось бы лишаться частицы собственного сердца.
Признание проблемы – половина успеха в ее разрешении.
Прежде чем диагностировать у себя депрессию и заниженную самооценку, убедитесь, то вы не окружены идиотами.
При психозе мир фантазии играет роль кладовой, откуда психоз черпает материал или образцы для построения новой реальности.
Примат интеллекта маячит в очень, очень не близкой, но все-таки, по-видимому, не в бесконечной дали.
Притязания ребенка на любовь матери безмерны, они требуют исключительности и не допускают дележки.
Психическое развитие индивида в сокращенном виде повторяет ход развития человечества.
Программа стать счастливым, к которой нас принуждает принцип удовольствия, неисполнима, и все же мы не должны, нет, мы не можем отказаться от стараний хоть как-нибудь ее исполнить… Счастье – в том умеренном смысле, в котором мы можем признать его возможность, – есть проблема индивидуальной экономии либидо. Здесь невозможен совет, который подходил бы всем: каждый должен кроить себе счастье на собственный фасон…
Психика обширна, но о том не ведает.
Ребенок во чреве матери – это прообраз всех типов человеческих взаимоотношений. Выбрать сексуальный объект – значит просто-напросто отыскать его вновь.
Работа как ничто другое в жизни связывает индивида с реальностью. В своей работе он по меньшей мере надежно привязан к части реальности, к человеческому обществу.
Человеческая культура зиждется на двух началах: на овладении силами природы и на ограничении наших влечений. Скованные рабы несут трон властительницы. Горе, если бы они были освобождены: трон был бы опрокинут, властительница была бы попрана. Общество знает это и не хочет, чтобы об этом говорилось.
Опыт учит, что у большинства людей есть предел, за которым их конституция отказывается следовать за требованиями культуры. Все желающие быть благороднее, чем позволяет их природа, впадают в невроз; они лучше бы себя чувствовали, если бы им оставили возможность быть хуже.