Охота

— Да? С чего ты так решил?

Они прожили большую часть жизни без системы. Привыкли к, так сказать реальности. И тут, внезапно, всё изменилось. Повылезали монстры, пришла система, всё пошло по бороде. Паника, анархия, упадок нравов и всеобъемлющий хаос и отчаяние неизвестности. Мрак, в общем. И тут приходишь ты и говоришь, мол, так и так, всё вокруг симуляция, а вы искусственный разум, сотканный из обрывков сознания умерших людей реального мира.

— Последнее, думаю, вызовет обратную радости реакцию. Они будут думать, что мертвы и их сознания — это нечто вроде гниющих и кишащих опарышами мёртвых душ.

Отнюдь. Не нужно скрывать от них реальные факты. Тебе ведь нужны лояльные союзники на той стороне? Если они будут чётко знать, чем отличаются от внешников, тем лучше. Нам не нужны обманутые фанатики. Нам требуются жертвы, которым ты дал шанс вырваться из искусственного мира.

— Ладно, с этим ясно. Знать бы ещё как выбраться из симуляции без вмешательства создателя…

Это я решу в ближайшее время. Разве что, думаю, будут некоторые проблемы с переселением. Точнее, с самим ядром симуляции. Но это пока не точно, и я потом поведаю о особенностях. Сейчас тебе стоит разобраться с Халитой.

— А что с ней? — я только сейчас почувствовал, что пемброк ведёт за собой синевласку. Они направлялись в мою сторону. — А, ясно. А чего это мне? Вернёшь ей память и всех делов.

Всю память? За все твои жизни?

— А что такого?

Найкрас. Я тебе это уже говорил, но повторюсь. Тебе стоит хотя бы пытаться вести себя человечней. За твои три тысячелетия жизни, ты, мягко скажем, поехал крышей.

— Я не был в своём уме с самого начала. Не вижу причины тебе переживать.

Нет, как раз есть. Ты очерствел. Люди, даже близкие, для тебя потеряли былую ценность. Они не вызывают прежних, так необходимых тебе чувств.

— Погоди, а ненависть с яростью которые я чувствовал, когда их обижали? Разве это ничего не значит?

Нет, Найкрас. То, что ты чувствовал тогда и чувствуешь сейчас, всего лишь условные инстинкты, приобретённые после стирания себе памяти. Опять же, чутьё ещё подлило масла в огонь… Понимаешь о чём я?

— Теперь да… Только вот, каким гондурасским раком я смогу вновь полюбить если уже стал безэмоциональным чмом без сердца и совести?

А вот понятие не имею. Умудрись.

— Свинья ты… — понятно, от этого призрачного паразита помощи в таком элементарном деле можно не ждать.

Да я лучше возьмусь за поиск способа повторить большой взрыв чем прикоснусь к такой дряни как человеческие отношения на рельсах их чувств друг к другу!

— Как хитро ты только что завуалировал слово «Любовь».

Ну да. Я могу. Ну так что, мне точно стоит возвращать Халите абсолютно все воспоминания? Даже те, где ты позволял пропасть ей в пастях пожирателей?

— Нет, это не нужно. Только те регрессии, где в её жизни фигурировал я. А в тот раз мы даже глазами не встретились.

Хитрый какой… Ну ладно. Тогда как она будет в зоне действия моих жгутов сознания я верну ей память по твоей отмашке.

— Надеюсь она не умрёт от такого количества жизней?

Умрёт, бросишь к остальным трупам. Потом воскреснет.

— И то верно. — улыбнулся я и развернулся чтобы поймать прыгнувшего мне на руки корги. — Спасибо Дир, хорошую добычу привёл в ловушку. Настоящий охотник!

— Как понять, добычу? — Халита насторожилась.

— Привет, Халита. Давно не виделись.

— Почему у меня такое чувство, что мы знакомы? — отчего-то она поёжилась. Оно и понятно, я вижу её насквозь. Причём не только фигурально, но и буквально. Я знаю о ней всё и на данный момент даже больше, чем она сама, всё же без моего присмотра её сила стала развиваться совсем в другом направлении.

— Оттого что так и есть. И думаю, тебе лучше присесть. — она не последовала моему совету, а я, поняв это, пожал плечами. — Дир привёл тебя ко мне чтобы я помог тебе вспомнить кто ты такая. И ещё некоторые детали, по мелочи. И это, увы, не сделать просто рассказав. Да и способ есть получше. Единственное что от тебя требуется… — я замялся с продолжением поднимая для неё небольшую интригу. Вместе с этим, ощутил, как проседает её сосуд энергии. Девушка готовиться ударить первой если придётся. Молодец какая. — От тебя требуется просто не умереть.

Начинай, Смайл.

Халита не поняла, чего я имею в виду, но уже в следующий момент замерла, а её взгляд остекленел. Девушка не простояла и пары секунд, упав вперёд как оловянный солдатик.

— Говорил же ей, сесть. Эх… — под лицом Халиты начала расплываться лужа крови. Бедняжка сломала носик. Ну ничего, вылечим.

Помогать ей не стал, вместо этого просто ждал. Минута шла за минутой, а я любовался ладной фигуркой беспомощно валяющейся девушки борясь с желанием возвести на ней какую-нибудь неустойчивую конструкцию. Было бы забавно увидеть её лицо, когда она пошевелиться, а это всё на неё свалиться.

Может вокруг неё сделать гнездо из муравейников?

Эм… Найкрас. Тут это… Казус произошёл.

— Чего там? Ты закончил и мы счастливы?

Нет, она это… Захлебнулась в своей крови…

— Да ладно? — я был удвлён. Как бы, ладно я, о херне думал, но Смайл или Дир должны были ощутить приближающиеся проблемы. — Как она умудрилась под вашим присмотром откиснуть?

Перенапряжение, недостаток кислорода из-за огромной активности мозга и множество других фактором. Одно наложилось на другое и по итогу…

— Ладно, не продолжай. Я понял. Много памяти удалось передать?

Почти всё.

— Хорошо. Ладно, возвращаемся в общину. — я спустил Дира на землю, отпустив, после чего щупальцами поднял тело девушки и закинул на плечо. — Что-то кушать охота… Пойдём пожрём.

Глава 20

Слушай, а давай не пойдём?

— Что, святость кусается?

Верно. Ты-то разницы не ощущаешь, а вот меня будто отключают, даже думать туго. Сателлиты твои, к слову, тоже страдают. Пожалел бы их.

— Сателлиты, как и я, созданы чтобы страдать. — изрёк мудрость хотя сам жить чтобы страдать не рвусь совершенно. — Они такие же личности, как и я. Хотя нет, они и есть я… Хм… М-да… Что-то башка не варит. Вот вроде и понимаю кто они есть, а объяснить не могу.

Это нормальное явление. Просто твой талант сообразительности в разы выше эрудиции, вот ты и не дотягиваешь.

— Ага. И это за три с полкой тысячи лет жизни? — за всё прожитое в симуляции время мне довелось многое освоить, но только сейчас, оглядываясь назад я уловил этот странный момент.