Окинава 2

— Я не могу этого сделать. Твой разум просто не выдержит ещё одного такого вмешательства. Память постепенно возвращается к тебе. О большем не проси. Пока ещё не прошло время. Когда оно придёт, я обязательно обо всём расскажу. Да ты и сам это сразу поймёшь.

— Выходит, что всё это правда? Это мои воспоминания, а не побочные эффекты от вмешательства Энио?

— Не сейчас, — покачала головой Вита и ушла, оставив меня наедине с собственными мыслями. И попытками понять, что на самом деле происходит.

Не только здесь, на Плато Дождей, но и на шестом кольце Окинавы, где находятся игроки, которые плетут свои интриги, в одну из которых я, скорее всего, и попал. Осталось понять, кто именно выбрал меня в качестве своей пешки и чего добивается? Но сделать это получится не раньше, чем мы вернёмся в цитадель. А для этого ещё нужно выжить и выполнить поставленную перед нами задачу. Отряд Кероса ещё ни разу не проваливался, и сейчас этого не произойдёт.

На наших глазах Боба убили два раза, но даже это не гарантировало, что он действительно мёртв. Да и как вообще можно убить изначально мёртвую жизнь? Поэтому следующим этапом стал поиск новой встречи с аномальщиком.

После того как мы вместе выступили против древесной матери, шансы на успешный исход диалога повысились. Возможно, мне удастся договориться о посещении субпространственной аномалии. К тому же появились варианты, как провернуть это и без моего непосредственного участия. Осталось лишь создать конструкт второго порядка, который будет действовать самостоятельно и по возвращении из аномалии сможет всё подробно рассказать. Гефест, да и тот же Рори Альдер могли делать таких конструктов, так чем я хуже? И что-то мне подсказывало, что ответ я найду у яйца, всё ещё скрытого под саркофагом из звёздной стали.

И сейчас для его изучения было самое подходящее время. Поблизости не было никого. Даже учёные сейчас находятся в бункере, разбираются с образцами той белёсой жидкости, из которой появлялись жители аномалии. Захватил немного ещё до того, как началась драка с Древесной Матерью.

Мой подарок привёл учёных в восторг. Даже хотели с ним вернуться на Окинаву, заявив, что здесь у них слишком мало инструментов для анализа. Вот только возвращение для всех участников экспедиции было невозможным. По крайней мере, до тех пор, пока не будет возведена база.

Убедившись, что ни одна камера не сможет снять меня, коснулся саркофага и вернул потраченный на его создание Та’ар. После чего коснулся уже непосредственно яйца. Вновь посыпались сообщения об ошибках, но я просто отмахнулся от них, пытаясь понять, что же это такое и какое отношение оно имеет к тем странным руинам. Раз в действительности это мои воспоминания, то я должен знать, что это такое.

Закрыл глаза и попытался сосредоточиться, одновременно с этим выпуская немного Та’ар в яйцо, и ощутил лёгкое шевеление под руками. Словно под поверхностью яйца ползали черви или что-то в этом роде.

Снова полезли сообщения об ошибках, только на этот раз среди них попалось одно, которое резко выбивалось из общей кучи. Настолько, что я даже отдёрнул руку от яйца и отошёл от него. На этот раз возводя саркофаг в несколько раз толще предыдущего.

Наследие цивилизации Та’ар

Инкубация невозможна

Недостаточный уровень энергии

Для инкубации необходимо 10 000 000 Та’ар

Процесс инкубации: 0 из 100%

Энергонасыщенность: 23 из 10 000 000 Та’ар

Дорогие друзья!

Следующая глава уже платная. Я безумно благодарен всем, кто всё это время был со мной. Знаю, что у каждого своя жизнь и свои проблемы, в том числе финансовые. Будет небольшое количество промокодов — стучитесь мне в личку, что есть — отдам.

Тем, кто прощается с книгой (по любой причине), искренне желаю всего самого хорошего. Однако, если вас не затруднит, поставьте перед уходом лайк книге, конечно, если вы считаете, что она (и я) его заслужили.

Вот здесь: https://author.today/work/453974

Глава 8

Охренеть!

Впервые слышу о подобном. Десять миллионов Та’ар необходимо для инкубации. И раз так написано, то получается, в яйце сидит настоящий та’арец? Какое ещё наследие они могли оставить? К тому же требующее для своего появления столь колоссальное количество энергии.

Десять миллионов Та’ар — это владеющий пятого порядка. Получается, что та’арцы сразу появлялись на свет настолько сильными. Даже как-то не верится. Хотя сам только что ознакомился с этой информацией. Интерфейс не может врать или придумывать что-то от себя. Это исключено.

А ещё появился вопрос, откуда здесь взялось это яйцо и почему те жуки так усердно пытались его выкопать? Или, возможно, они, наоборот, пытались его закопать? Отчего-то мы даже не рассматривали эту версию. При нашей первой встрече Боб говорил о поиске чего-то особенного, и сдаётся мне, что яйцо — именно то, что они ищут. Только это не вяжется со словами древесной матери о том, что аномальщики ищут и поглощают любую жизнь. В этом яйце совершенно точно не было жизни. И не будет до тех пор, пока оно не впитает десять миллионов Та’ар.

Где найти столь колоссальную сумму, я понятия не имею, зато прекрасно понимаю, что оставлять яйцо здесь и дальше нельзя. Как нельзя отдавать его учёным Окинавы. Они обязательно попробуют вскрыть его для изучения и вполне могут здесь преуспеть.

Единственным подходящим вариантом для того, чтобы спрятать его, было ИСХ. По идее, хранилище не может вмещать в себя только органику, которой в этом яйце точно не было. Иначе я бы ощутил это. Биолокация никак не реагировала на него, как не реагировала и на аномальщика.

Вновь убрал только что возведённый саркофаг и коснулся наследия, только на этот раз сразу задействовав хран.

Яйцо исчезло, а через мгновение хранилище начало выплевывать из себя вещи, которые там лежали. Активировал инженерное умение и выругался. Яйцо оказалось невероятно тяжёлым и объёмным. Одно оно занимало практически весь объём субпространственного хранилища, просто выдавливая из него всё остальное.

Так дело точно не пойдёт. В хранилище лежали только самые нужные и самые важные вещи, которые могут пригодиться мне в любой момент. Здесь же был и неприкосновенный запас Та’ар вместе с кучей обычного оружия. Даже если закончится Та’ар, я смогу какое-то время продолжать сражаться.