Оковы Патрика

«Это фиаско,» — мрачно подумал я, — «мне отсюда никогда не выбраться. Бежать? Но куда, я же на острове. Ладно времени у меня теперь вагон, уверен мой мозг что-нибудь придумает. А пока мне нужно собирать информацию, любую. И хорошо бы выучить греческий.»

Видимо, решив, что с меня достаточно информации, начальник охраны вызвал тех же сопровождающих, и мы пошли в медицинский отсек.

— Проходи, садись, — не поднимая головы, произнесла сидящая за столом женщина.

Её голос был смутно мне знаком. Я молча прошёл и сел на ближайший стул. «Надо поменьше говорить и побольше слушать,» — решил я для себя.

— Ну и как ты умудрился выжить? — подняв голову, спросила она.

Бум, моя челюсть упала на стол. На меня сейчас смотрела повзрослевшая копия Инги. «Да ладно? Вот так встреча.»

— Молодой человек, что вы на меня уставились? — стальные нотки прорезались в её голосе, — Я кажется задала вопрос.

Да и интонация та же, мир тесен, однако.

— Прошу извинить меня, а вы случайно не мама Инги? — спросил я в лоб.

Кровь отступила от её лица. Она и так была бледной, а сейчас стала похожа на покойника.

— Откуда ты? — только и смогла она вымолвить.

— Ой, извините, я не хотел вас испугать, — спохватился я, — Просто вы так похожи на неё, то есть она на вас.

Чёрт, я и сам в шоке, вот и путаюсь.

— Я с Ингой учился в одной школе, пока не попал сюда, — добавил я.

Про свои отношения я решил умолчать. Ещё неизвестно, как она воспримет новость, что её дочка с беспредельщиком дружит. Хотя странно, что она не контактировала с ней всё это время. Вот уж воистину странная семейка. Чёрт, опять рот раскрыл, язык мой — враг мой. Решил же, что буду молчать.

— Рассказывай! — приказала она.

— Извините, что рассказывать?

— Всё рассказывай, всё, что знаешь про Ингу.

«Ну, если я расскажу всё, то вряд ли это тебе понравится», — подумал я, — «надо рассказать ей что-то такое нейтральное».

— Ну, Инга очень талантливая девушка, активистка, помогает отстающим, но мы учились в разных классах и не были так близки, — соврал я.

Она наморщила свой лоб, словно что-то примоминая. Затем снова открыла моё дело и погрузилась в чтение.

— Врёшь, — оторвавшись от бумаг, она вынесла свой вердикт, — я знаю, что на неё напали и какой-то парень её защитил! Получается, это был ты?

Я лишь вздохнул и развёл руками.

— Рассказывай, — снова потребовала она, — всё рассказывай.

— Простите, а вы имперские новости не смотрели? — спросил я.

— Вот ещё, никогда не занималась этими глупостями, — фыркнула она и замерла, — а почему ты спросил?

Я в который раз пожал плечами и начал свой рассказ. Осторожно, опуская самые пикантные подробности, я рассказал о наших похождениях, про нападение сказал, что мы просто гуляли по набережной, когда на нас напали наркоманы. К сожалению, среди них оказался аристократ, но этого я знать не мог.

— Врёшь, — повторила она, — я не знаю почему, но ты всё время врёшь. И я это проверю, а теперь можешь идти.

Я вздохнул, теперь понятно, в кого пошла дочь. И уже когда я открыл дверь, мне вдогонку донеслось:

— Меня зовут Кэрол, и спасибо за Ингу.

— До свидания, Кэрол, — обернувшись, улыбнулся я.

****

Выйдя из административного корпуса, наша процессия двинулась в сторону жилых домов. Всю дорогу меня сопровождали молчаливые охранники. В какой-то момент я даже подумал, что они немые. Весь лагерь выглядел аккуратным и очень ухоженным, только вот взгляды встреченных мной детей выражали полную пустоту и безучастность. «Как големы какие-то,» — подумал я, проходя мимо очередной группы подростков. Никто не шумел, все вели себя излишне образцово. Вся эта картина вызывала чувство фальши. «Ну, не бывает в природе таких аморфных детей. Что же с ними тут делают?»

Наконец, мы дошли до жилого дома. Бело-синий коттедж, рядом палисадник с цветами, на крыше флюгер — прямо пансионат, а не трудовой лагерь.

— Эй, Дельта, — крикнул один из охранников. — Принимай пополнение.

Открылась входная дверь, и на улицу вышел смуглый парень лет восемнадцати с зубочисткой в зубах. Оглядев меня с ног до головы, он усмехнулся и подошёл вплотную.

— Хм, неплохая курточка, — произнёс он, пощупав руками ткань.

— Руки убрал, — спокойно сказал я. — Ещё раз тронешь, сломаю конечность.

Он набрал воздуха, чтобы ответить, однако что-то в моём взгляде заставило его промолчать.

— Строптивый Омега? — усмехнулся он. — Это определённо будет весело. Пошли.

И он повернулся и вошёл внутрь. Я кивнул головой своим охранникам и двинулся следом.

Внутри коттеджа оказался достаточно просторный салон и три спальни. Выйдя на середину салона, парень прокричал:

— Эй, омеги, живо на построение.

Захлопали двери спален, и пять подростков довольно быстро выстроились в линию.

Дельта прошёлся вдоль ряда детей, внимательно изучая каждого из них, и, не найдя к чему придраться, произнёс:

— Поздравляю, ваше звено теперь полностью укомплектовано, — он показал пальцем на меня. — Принимайте новенького.

Дети молча повернули свои головы и посмотрели на меня.

«Что же вы такие затравленные?» — подумал я.

— Однако на этом хорошие новости заканчиваются, — продолжил Дельта. — Новичок успел нарушить устав, угрожая сломать мне руку. Поэтому минус два личных жетона с каждого, плюс ваше звено наказывается большим жетоном и внеочередным нарядом на кухне.

Волна ненависти окатила меня. Пять пар глаз с ненавистью уставились на меня.

— Я думаю, вы подружитесь, — хохотнул он и вышел из коттеджа.

****

Гора немытой посуды занимала ровно половину кухни — похоже, мы проведём здесь весь вечер. После того, как наш Дельта-куратор раздал всем «подарки», мы строем двинулись на ужин. Я шёл впереди всех и спинным мозгом ощущал, что любой из теперь уже нашего звена готов был удавить меня. Дельта, конечно, подложил мне свинью с самого начала — ну ничего, прорвёмся, главное — не наступать на те же грабли. Зайдя в столовую, я сел отдельно от своего звена — они не готовы сейчас к адекватному диалогу, а выслушивать нытьё и упрёки я не хотел. Лучше посижу, подумаю о вечном. На ужин была овсяная каша, кусок хлеба и напиток, отдалённо напоминающий чай. Ну, мне сейчас не до разносолов — каша так каша. Я зачерпнул ложкой кашу и отправил её в рот. Брр, каша явно подгорела. Настроение упало ещё ниже, но еда нужна для молодого организма, и пересилив отвращение, я доел свой ужин. И вот мы стоим вшестером и смотрим, что нам предстоит делать.

— Ну что уставился? — раздалось сзади. — Или ты думаешь, что мы будем помогать тебе?

Я повернулся. Это один из нашего звена так выражал своё недовольство. Ничего не сказав, я прошёл к кастрюлям — хотелось посмотреть, как они умудрились испортить простую кашу.

— Стой! Я с тобой разговариваю.

Я продолжал игнорировать парня. «Знакомство» по-любому должно состояться, поэтому лучше раньше и на моих условиях. Я взял кастрюлю и с невозмутимым видом начал изучать её.

«Нет, в таких кастрюлях готовить совершенно невозможно,» — подумал я, глядя на полностью чёрное днище. — «Она у них сгорала раз шесть минимум.»