Oldschool

И тут, будто сама природа решила нам немного подыграть, с небес хлынуло, как из ведра. Видимость махом упала до неприличных значений. То, что надо.

Стоящий на шухере наверняка видел Элли, и раз он ещё не прискакал на выручку, то посторонние звуки его не всполошили. А значит, он будет продолжать работать строго по плану.

Какому? Скорее всего, просто подгонит автомобиль поближе, чтобы погрузить бесчувственное тело вдали от зоркого ока придомовых камер. Не пешком же они собирались её унести? А что дальше у него в программе, потом спросим.

Что ж, тогда не будем его разочаровывать. Я быстро скинул куртку с бесчувственного тела, накинул на голову кепку и потянул Эльвиру к выходу из скверика.

– Расслабься, будто ты без сознания.

– Хорошо, поняла!

Чего-чего, а с соображалкой у неё полный порядок, даже слишком. Опять ведь во что-то вляпаться умудрилась...

Я подхватил легкое тело под мышками и поволок его спиной вперёд. В темноте, разбавленной лишь светом редких фонарей, да при проливном дожде, разглядеть подвох было очень тяжело. И третий купился.

Сначала за спиной хлопнула дверца автомобиля, а затем послышался приглушённый хриплый голос:

– Чё так долго?! Хде Серый?

– На том свете, - ответил я, разворачиваясь с пневматическим пистолетом в руке.

Длинна иглы составляла солидных три сантиметра, но всё равно стрелять в верхнюю часть тела, укрытую курткой и прочей одеждой, было рисково. А ну как застрянет? Поэтому дротики полетели по ногам. Попал всего два раза, но ему хватило. Парень дернулся было обратно, к машине, но на полпути запнулся и подкошенным деревом рухнул на тропинку.

Мы мигом догнали беглеца, бешено вращающего глазами, и пытающегося ползти дальше на одних руках. До темно-серого хэтчбека с затонированными стёклами и потушенными фарами ему не хватило каких-то нескольких метров.

Я заломил шаловливую ручку, тянущуюся за пазуху, и перевернул его на спину. Эльвира тут же приставила к горлу бедолаги невесть откуда взявшийся нож, да так, что лезвие выдавило несколько капель крови.

– Хочешь проснуться живым, ответь на пару вопросов, - предложил я стремительно засыпающему пленнику.

– Х...орошо, - прохрипел он.

– Её ждали?
– я кивнул в сторону девчонки.

– Да...

Ну всё, от ремня мелкой шкодине уже не отвертеться. Надеюсь, это не будет считаться за насильственные действия сексуального характера.

– Убить хотели?

– Нет!
– пленник отчаянно замотал головой, едва не перерезав себе горло об лезвие.
– Просто доставить... Живой... Зака-а-аз...

Его глаза закатились, и он окончательно обмяк.

– Врёшь, как дышишь, - констатировал я, подхватывая спящего.
– Элли, маньячка ты чёртова, убери ножик и давай помогай! Грузим этого, потом возвращаемся за остальными.

Моя проблема номер один неохотно послушалась, и в быстром темпе мы занялись переноской негабаритного груза. Благо, от действия стимулятора сил у меня хватало, чтобы тащить парней в одиночку, как невесту на руках. Но как же потом мой несчастный организм колбасить будет...

Через четверть часа, за которые, хвала небесам, никто через скверик не прошёл, о побоище напоминали лишь две лужицы свежей крови, изрядно разбавленные дождевой водой. Если так же будет лить до утра, то их размоет окончательно. А если кто и заметит остатки следов, то вряд ли станет вызывать полицию - не тот случай. Да и тел нет.

Но от них ещё нужно грамотно избавиться, желательно, нигде не засветившись. Для этих целей вполне годилась реквизированная машина, в салоне которой всё сильнее пахло скотобойней. Оставшийся похититель не стал глушить мотор, так что проблем с угоном не возникло. Тушки свалили в багажник, заботливо застеленный толстой клеёнкой. В тесноте, да не в обиде, парни.

При одной мысли, что там сейчас должна была «отдыхать» Эльвира, меня начинало натурально колотить. Всё-таки, по нервам стимулятор бил серьёзно, оголяя их не хуже ободранных искрящих проводов.

Когда с уборкой было покончено, я бегло обыскал салон и тела, стараясь сильно не испачкаться. В итоге, мы стали обладателями всякой бесполезной мелочёвки, тонкой пачки денег и ещё одного пневматического инъектора. Серьёзного оружия не имелось, зато нашлась куча герметичных пакетов и несколько разнокалиберных ножовок, заставивших меня заскрипеть зубами. Из средств связи при каждом находился дешёвый коммуникатор, вроде того, что мне когда-то презентовал Георгий. Типа «позвонил-выбросил».

Два одноразовых гаджета оказались запаролены, а вот третий, лежащий на торпеде, вовсю транслировал музыку на беспроводные наушники, лежащие в кармане спящего. Скучно дегенерату было в машине сидеть, вот и развлекался, как мог.

Помимо многочисленных аудиофайлов в галерее приборчика обнаружилась ещё и фотография сомнительного качества, изображавшая... Угадайте, кого?

– Что теперь скажешь?
– я продемонстрировал находку промокшей и продрогшей девчонке, устроившейся на пассажирском сиденье.

Эффект превзошёл все мои ожидания. Эльвира, прежде не боявшаяся ни бога, ни чёрта, побледнела, словно утопленница. А потом и вовсе... расплакалась навзрыд.

Такая реакция меня порядком озадачила. Всё-таки пленник подтвердил мою догадку, и она должна была понимать, что по пакетикам хотели расфасовать именно её. Тогда в чём же дело?

Я пригляделся к фото повнимательней. Качество пострадало, так как это наверняка было лишь частью снимка. Улыбающаяся Эльвира прижималась к кому-то обрезанному, от которого осталась лишь половинка руки и плеча. Вроде бы, даже женского. Подружек у моей воспитанницы замечено не было, так что это могла быть только...

– Юля?
– спросил я вслух.

– Да...
– сквозь всхлипывания, произнесла Элли.

Так, картина начинает понемногу проясняться. Страничек в соцсетях юная социопатка не вела, и достать её изображение в сети практически невозможно. Даже это фото, скорее, к чисто семейным относится. Но не могла же её собственная сестра заказать? Может, просто выложила в сеть неосторожно?

– Хватит реветь, - я осторожно потеребил Элли за плечо.
– Говори, откуда фотка?

– Она только у Юльки была, - выдавила она из себя.
– И у мамы-ы-ы...

Её дыхание перехватило, и девочка снова горько разрыдалась.

А у меня с громким щелчком всё, наконец, встало на свои места. Странное завещание контр-адмирала - без права наследования в случае гибели дочерей - его собственное непонятное убийство и новая семья овдовевшей супруги, удачно выскочившей замуж. Про такую особу можно сказать только одно - слишком расчётливая.