Олеся

– Олесь, - хриплый голос оторвал меня от размышлений.

– Да, милый, - я поцеловала его в затылок. Хорошо, что он заговорил, все же хотелось бы с ним обсудить то, что его терзает.
– Сегодня праздник, а ты расстроен. Поделись со мной.

Петя оторвался от моей груди и посмотрел мне в глаза:

– Олесь, тебя тянет к нему?

Сказать, что я была в шоке, значит, ничего не сказать. Мой настрой на смутные терзания Петиной души не понятно о чем, был разбит его вопросом на мелкие кусочки. Он явно говорил о чем-то конкретном.

– Петь, - я растерялась.
– Ты о чем говоришь? Я что-то не так сделала сегодня?

Петька вглядывался в мое лицо, потом засмеялся, но так грустно, что внутри защемило. Он откинулся назад, упершись руками в кровать

– Петя, ты чего?
– скулы стало сводить. Я не понимала, почему чувствую себя виноватой. Возможно, потому, что меня и не обвиняли ни в чем. Я потянула, было, руку к его лицу, но под его взглядом, опустила на полпути.
– Петя, я что, давала повод для ревности?
– даже злости не было. Боль в его глазах глушила мои эмоции, хотелось только утешить его. Видимо, что-то отразилось в моих глазах, потому что, забравшись на кровать, он потянул меня за собой. Я села рядом, чтобы видеть его лицо. Сейчас я жалела, что не включила общий свет.

– Петь?
– неуверенно то ли позвала, то ли спросила, сама не зная о чем.

Он погладил меня по щеке, провел пальцем по уху, от чего побежали мурашки.

– Знаешь, самое грустное в том, что ты действительно ничего не понимаешь, - его рука упала, и теперь мы просто сидели рядом, не касаясь друг друга.

– О чем ты?
– тихо спросила я, но он, как будто не слыша меня, продолжал.

– Сколько раз я радовался тому, что могу читать мельчайшие выражения лиц, но именно сейчас я этому не рад, - он скривил губы. Глаза были направлены на меня, но смотрели, словно в никуда. Я поняла, что он и не видит меня.
– Потому что мог бы не видеть этого, и просто быть счастливым рядом с тобой, - он замолчал, а потом обреченно добавил.
– Ведь ты рядом.

Последняя фраза словно привела его в чувство, и он отвернулся к окну. А я... Я сидела оглушенная. Звучало так, словно я рядом с ним - это плохо для него, болезненно. И говорил он о том, что казалось мне ненужным. Лишним. И звучало так, словно касалось кого-то другого.

– Когда предложил тебе встречаться, я искренне верил во все, что говорил, - он аккуратно разглаживал покрывало под рукой.
– И не думал, что все может привести к тому, что я впервые в жизни пойму, как это больно, когда твоя девушка просто смотрит на другого. А когда она смотрит на другого с грустью, то сердце словно рвется на части. Это физически больно. И ведь я знаю, что ты никогда не обманешь. Ты сказала, что будешь со мной, значит так и будет. Но сейчас я еще за миллиметр до той черты, за которой не смогу отказаться от тебя, и думать о том, что будет лучше для тебя, а не для меня. И я понимаю, что со всей своей искренностью ты даже не задумываешься о том, что тебя тянет к Эльмиру, - я спрятала лицо в ладонях, не в силах видеть его опустившихся плеч, потерянного выражения лица, руки, сжавшейся в кулак. Но даже этот кулак, такой тяжелый и опасный, выражал охватившие сейчас Рыжика боль и отчаяние.

Мне не нравилось то, что он говорил. Его слова царапали изнутри. И его боль отдавалась где-то внутри меня. Я осторожно положила руку на его кулак.

– Петь, не надо, - тихо попросила я. Он разжал руку, перевернул ладонью вверх и наши пальцы переплелись. Я прижалась щекой к его плечу.
– Почему ты хочешь от меня отказаться?

– Потому что я люблю тебя, хорошая моя, - он немного повернулся, и вторая рука легла на мой затылок.
– Люблю.

Я замерла. Он почувствовал мое замешательство.

– Вот об этом я и говорю, - его губы коснулись на мгновение моих волос.
– Вместо ответа ты впадаешь в ступор. Но я сказал не для этого. Просто хочу, чтобы ты знала.

– Петя, - я попыталась заглянуть ему в глаза.
– От тех, кого любят, не отказываются!
– он посмотрел мне в глаза.

– Хорошая моя, вопрос в том, кого любят. Если думать о себе, то, конечно, не отказываются. Но держать рядом человека и делать его несчастным, это не любовь. Это эгоизм, - конец фразы он выговаривал все тише.

– Петь?
– удивилась я.

Он потер лицо.

– Лесь, я, похоже, перебрал. И сейчас отключусь.

– Ещё бы ты не перебрал, - начала ворчать я.
– Весь день бокал только успевал наполнять!

– Солнце, не ругайся, - вяло сопротивлялся он.

– Вставай, я расправлю кровать.

Он встал, я быстро стянула покрывало. Он уселся в кресло. Я покачала головой.

– Раздевайся! Или тебе помочь?
– Рыжик улыбнулся.

– Неужели ты сама меня разденешь?
– он хмыкнул.
– Я об этом столько мечтал.

Начала стягивать с него футболку.

– Руки подними, - скомандовала я. Он поднял, и тут же опустил на мои плечи и притянул меня к себе. Я упала к нему на колени. Одна рука легла на мою талию, другая пристроилась на моем бедре и начала его поглаживать.
– Ты не так уж и хочешь спать!
– усмехнулась я.

– Хочу, - тихо сказал он, скользя губами по моей шее.
– Но есть то, чего я хочу ещё больше, - мое сердце привычно пропустило удар, а потом ускорило свой ритм. Рука опустилась с бедра до колена, и скользнула под юбку, остановилась на резинке чулка. Я притихла. Рука из-под юбки выскользнула, а Рыжик прижался лбом к моему виску, обняв меня обеими руками.
– Как мужики в монастыри уходят, а?
– жалобно спросил он. Я нервно хихикнула.

– Не знаю. Так что, тебя раздеть? Или сам справишься?

– Лучше сам.

– Ладно, - я обхватила его лицо руками и поцеловала.
– Тогда я пошла в душ. Надеюсь, очереди там нет.

– Угу, - согласился Рыжик.

– Может, вместе пойдем?

– Ты садистка, - до меня не сразу дошло, на что он намекает, я сразу вспыхнула.

– Я не то имела... я просто... Петя!

– Ладно, сейчас у меня все мысли в одну степь. Иди.

Я возвращалась из душа, и встретила Веронику. Та потеряно оглядывалась.

– Ника, кого ищешь?
– она посмотрела на меня и улыбнулась. Мягко, едва заметно, как умела только она. За одну улыбку я была готова её обожать.

– Лесь, я умыться хочу. Заблудилась.

– Пойдем, покажу, - я мотнула головой.
– Мы даже не поговорили толком! А ведь так давно не виделись.

– Да, я соскучилась. Но сейчас к сессии время идет, стараюсь все сдавать, чтобы автоматы получить.

– Как на работе дела?

– Может, поговорим попозже?
– Ника посмотрела немного неуверенно. Она очень редко предлагала первой встретиться, погулять. И, насколько я знала, такие предложения были обращены только ко мне. И отказать ей я не могла. К тому же, просто любила с ней общаться.

– Ты тогда в душ, а я все в комнату отнесу и приду.

– Ой, у тебя же Петя...
– растерялась девушка.
– Я забыла.

– Он уже заснул, скорее всего, - засмеялась я.
– Он сегодня отмечал гораздо активнее меня. Так что, давай по-быстрому.