Опасный дрифт

– Сложно сказать. Но если у этой девчонки фамилия Морин, то вряд ли её соблазнят твои жалкие центы. Её семья владеет целой ткацкой фабрикой.

– Да, ты права. Глупая идея. – Разочарованно поджала пухлые губы Хлоя и заправила за ухо выбившуюся длинную кудряшку. – Но не умея дрифтовать можно не вставать на старт гонки, это точно. Айк всегда выигрывает, потому что у него стальные яйца – он поворачивает в самую последнюю секунду, когда все остальные уже сбавили скорость. Хоть братец и зануда, но в чём-то ему нет равных. Нельсон, чёрт возьми, прекрати краснеть, а то мазну тебе лаком по носу! – возмутилась она, заметив вновь порозовевшие щёки подруги.

– Да. Прости, – выдохнула Энн, и от досады на секунду зажмурилась. – Ничего не могу с собой поделать. Это… как курить бросить. Плохая привычка.

– Айк почти бросил. Хоть дома перестало вонять сигаретами. Зато теперь повсюду лимонные леденцы и никотиновые пластыри. Я предложила ему залепить ими рот – самый надежный способ. А тебе, похоже, пора замотать скотчем глаза и уши. Или лучше переключиться на парня посимпатичней.

– Ни на кого я не хочу переключаться. Мне вообще всё это не нужно, – хмуро отвергла предложение Энн. На громкое заявление Хлоя расхохоталась:

– Тебе семнадцать! Всем это нужно рано или поздно. Как тебе идея пойти со мной на следующие гонки? Нарядимся как следует. Поставим тебя на каблуки. Знаешь, на моём братце свет клином не сошёлся.

– Тебе же запретили?

– Кто? Айк? Не смеши меня. Пусть себе запретит дрочить в душе, а я точно больше не позволю утащить себя с такого мероприятия, как ребёнка. Только представь: брутальные парни в кожаных куртках, дорогие тачки, рёв двигателей, топовая музыка… После гонки часто устраивают танцы прямо на трассе, – словно туроператор, завлекала Хлоя манящим тоном.

Энни тут же представила полную картину: наконец, увидеть своими глазами, как чёрная «Бентли» рассекает ночную тьму огнями фар, а её водитель улыбается, вновь придя к финишу первым. Чертовски заманчиво. Отец не одобрит, но всегда можно сказать, что у них с Хло девичник. А ещё… можно нарядиться не хуже Джей Ло. Возможно, медовые глаза заметят её в толпе. Наконец-то увидят женщину, а не малявку.

– Хорошо. Когда следующая гонка? – Она не сомневалась, что подруга знала всё.

– Пока не назначено, но сезон в разгаре. Думаю, в ближайшую неделю вороны начнут распространять дату. Учти, если нагрянут копы – придётся бежать очень быстро, – с видом эксперта предупредила Хлоя. – Уф, я так рада! Сделаю из этого гнезда на твоей голове шикарную причёску…

Пока она распиналась о подробностях будущего внешнего вида подруги, Энни бросила взгляд на настенные часы. Смешные, с феей из «Винкс» на циферблате – напоминало времена, когда они обе прицепляли себе пластмассовые крылья на спину и изображали волшебниц. Похоже, теперь Хлоя решилась сотворить настоящее чудо.

– Уже десять, – прервала поток обещаний Энн. – За мной сейчас должен Калеб заехать, прямиком из Джексонвилля.

– О, твой вроде как брат? – понимающе кивнула Хлоя. – Он уже вернулся в Бейливилль?

– Не вроде как, а брат, – без тени сомнения поправила Энн, едва заметно поморщившись. – Да, соревнования закончились. Он новый чемпион штата по боксу, – с гордостью объявила она, в который раз искренне радуясь, что в её жизни появился этот человек. В самый сложный период жизни он из незнакомца быстро превратился в родную душу.

На заснеженном дворе тихо, и только робкие всхлипы раздаются всё громче. На деревянной скамейке сидит девочка, зябко кутаясь в чёрное пальто. Цвет ей не идёт, но сегодня он обязателен для всех. Пшеничные косички торчат из-под шапки, а на лице замерзают дорожки слёз. Губы посинели и трясутся от холода, но заходить в дом страшно – слишком много людей, сочувственно гладящих её по голове. Изображать материнскую заботу, которую уже никогда не испытать.

Высокий, красивый парень с пронзительными зелёными глазами заходит во двор, хрустя снегом под ботинками. У него спортивная серая куртка и прямые коротко стриженые блондинистые волосы. Он вдруг останавливается, не спеша заходить в дом. Чуть замешкавшись, всё-таки подходит к скамейке и присаживается на корточки, заглядывая девочке в лицо.

– Привет. Почему ты одна?

– Не-не хочу. Никого. Все там, – неразборчиво лепечет она, сдерживая в горле рыдания. Кивает на входную дверь, уверенная, что незнакомец сейчас уйдёт. Но ошибается.

– Ты же Аннет? Аннет Нельсон? – он мягко накрывает немного шершавыми мозолистыми ладонями её дрожащие руки, и девочка вскидывает на него взгляд. Его глаза – будто отражение её собственных.

– Энни, – поправляет она, и от потрясения даже забывает, что нельзя говорить с незнакомцами.

– А я Калеб Хэйз. Сын Розали Хэйз. – Он немного горько улыбается, и его голос приятной успокаивающей ноткой опускается в грудь, к застывшему сердцу. Греет. – Твой брат, – едва слышно поясняет парень, крепче сжимая холодные детские пальцы.

– У меня нет братьев. – Хмурится Энни, не доверяя этим словам. – А теперь и не будет. Я всегда буду одна. Мама бросила меня.

– Ты не одна. Потому что я тебя не брошу, – твёрдо и чётко проговаривает Калеб. – Ты моя сестрёнка, и я сделаю всё, чтобы ты больше никогда не плакала. Обещаю.

***

Девчонка-кассир терпеливо ждала, пока клиент определится. Позади него уже скопилась небольшая очередь, а парень всё не торопился. Наконец, не выдержав, она как можно более учтиво поинтересовалась:

– Что-то ещё?

– Да, простите. – Айзек рассеянно мотнул головой, только сейчас поняв, что стал причиной общей задержки. – Ещё баночку бананового мороженого и пакет лимонных леденцов.

Ступор был вызван сразу двумя причинами: преодолением желания купить сигарет и не выходящей из головы ссорой с Хлоей.

Рассчитавшись за бензин и покупки, он вышел из здания автозаправки и поплёлся к машине. Возможно, сестра соблазнится любимым лакомством, и они помирятся. Глупо было запирать её – спустя сутки, остыв и переварив случившееся, пришлось это признать. Он не любил ругаться в принципе, а уж тем более с ней, единственной семьёй. Возле ожидающей водителя Детки Айзека поджидала высокая тёмная фигура, заставив поднять взгляд от мысков кроссовок.

– Привет, шизик. На сладенькое тянет? – широкоплечий парень с насмешкой кивнул на сладости в его руках.

– Привет, Воронёнок. Это для Хло.

Открыв переднюю дверцу машины, он кинул мороженое и леденцы на сиденье. И только потом пожал руку старому знакомому. Пальцы хрустнули в крепкой ладони.

– О, кстати говоря: малышка выросла! – удивлённо вздёрнул бровь тот. – Видел её вчера, горячая же штучка…

– Уилли, ещё слово, и я разобью тебе нос, – прошипел Айк, преодолевая раздражение. Он в принципе не понимал, как таких малолеток можно оценивать с подобной стороны. Звучало абсолютно мерзко.