Opus Dei

В 1930–1940-е годы, когда огромное большинство католиков были настроены профранкистски, молчание Эскрива часто толковалось как признак скрытого либерализма, в I960–1970-е годы, когда мнение католиков изменилось, такое же молчание трактовалось как маскировка профранкистского консерватизма.

Что касается личных отношений между Эскрива и Франко, то, согласно документам, они были знакомы, но не были друзьями. Задокументированы всего лишь три встречи — одна в 1946 году, когда конференцией испанских епископов Эскрива был назначен проповедником Франко и его жены в их молитвенном уединении (каждый год для этой церемонии выбирался испанский священник); второй раз в 1953 году, когда член Opus Dei, антифранкист Рафаэль Кальво Серер был оклеветан в испанской печати, Эскрива потребовал аудиенции у Франко, чтобы защитить Серера; и третий раз в 1962 году во время переговоров в испанском правительстве об официальном признании ученых степеней, присваиваемых курируемым Opus Dei Наваррским университетом в Памплоне. Духовные обряды происходили во дворце Пардо с 7 по 12 апреля 1946 года и были подготовлены монсеньором Леопольдо Эйхо и Гарай, епископом Мадрида.

Кроме того, после переезда в Рим в 1946 году Эскрива письменно уведомлял Франко о каждом своем приезде в Испанию просто для того, чтобы сообщить, что находится на испанской земле. Эти послания, приведенные в биографии Эскрива, написанной Васкесом де Прада, очень учтивы, но вполне официальны.

Предположение о профранкистских взглядах Эскрива и Opus Dei обычно базируется на том факте, что в 1957 году трое членов Opus Dei стали министрами в правительстве Франко. Альберто Улластрес Кальво, профессор экономической истории университета Мадрида, стал министром торговли; Лауреано Лопес Родо, ученый, стал ученым секретарем государственного департамента (позже он сделался министром без портфеля и членом комиссии по плану экономического развития); Мариано Наварро Рубио, директор-распорядитель Banco Popular, возглавил министерство финансов. В 1962 году еще один член Opus Dei Грегорио Лопес Браво Кастро стал министром промышленности. В своей книге Spain: Dictatorship to DemocracyРаймонд Карр и Хуан Пабло Фуси охарактеризовали этих министров из Opus Dei как «сторонников быстрого капиталистического роста и «нейтрализации» политики через процветание».

Opus Dei был не единственной католической организацией Испании, члены которой служили режиму Франко.

Президент Catholic Action в Испании Альберто Мартин Артахо был назначен министром иностранных дел в июле 1945 года и перед принятием этой должности получил благословение епископата Испании. Вообще из 116 министров, назначенных Франко в его одиннадцать правительств между 1939 и 1975 годами, только восемь были членами Opus Dei. Один из восьмерых умер через три месяца после назначения, а еще четверо сохранили свои должности только в одном составе правительства. Министры Opus Dei считались частью «технократического» крыла режима Франко, и некоторые историки приписывают им проведение экономических реформ, определивших место Испании в современном мире.

При этом очень многие члены Opus Dei принимали активное участие в антифранкистском движении.

Рафаэль Кальво Серер, нумерарий Opus Dei, был либералом-монархистом и влиятельным литератором. В 1953 году он был изгнан из Верховного совета по научным исследованиям за опубликованное им в Париже эссе, в котором критиковалось правительство Франко. С 1966 года он стал издателем газеты Madrid,которую впоследствии закрыла правительственная цензура. После серии судебных процессов он эмигрировал в Париж Вернувшись в Испанию, он вместе с секретарем испанской коммунистической партии основал Junta Democratica, целью которой стала подготовка способа перехода к демократии после свержения режима Франко. Антонио Фонтан, другой член Opus Dei, сотрудничал с Кальво Серером в Madrid.Потом помещение редакции газеты было взорвано сторонниками Франко. Мануэль Фернандес Ареал, нумерарий Opus Dei, при Франко был заключен в тюрьму за критические статьи, опубликованные в Diario Regional de Valladolid.

Отец Пер Паскуаль, священник Opus Dei, в 1960-е годы был мирянином-нумерарием и организовал тайный союз журналистов, пытавшихся подтолкнуть режим Франко в сторону реформ. Паскуаль был участником одного из первых серьезных протестов против режима Франко, вошедшего в историю как caputxinada.Это произошло в монастыре капуцинов в Сарриа, близ Барселоны, 9–11 марта 1966 года. Все началось с тайного собрания нового студенческого союза, созданного в противовес официальной студенческой ассоциации, связанной с фалангистами. Союз объединял людей с различными политическими взглядами, включая левоцентристов и членов нелегальной компартии. В какой-то момент на собрание прибыла полиция и потребовала, чтобы все предъявили документы и покинули монастырь. Около двухсот человек решили остаться и продолжать участвовать в дебатах и «круглых столах». Более сорока восьми часов они были гостями капуцинов. Когда наконец собрание разошлось, Паскуаль, один из его организаторов, был привлечен к суду, который наложил запрет на его издательскую деятельность. Кроме Паскуаля в caputxinadaприняли участие еще два мирянина — члена Opus Dei: Роберт Эспи и Франческо Броза. Caputxinadaстала большим и символическим событием для всей Испании, в частности потому что была реализована идея о ненасильственной форме протеста.

В качестве примечания ко всему сказанному выше — единственным кардиналом, архиепископом Испании, заключенным в тюрьму при режиме Франко, был Эрранс, в то время молодой нумерарий Opus Dei и студент университета. Он принимал участие в акте гражданского неповиновения, который заключался в написании слов «Мы за аграрную революцию в Андалусии» на стене в Мадриде. (Отец Эрранса работал в Андалусии врачом, и он был убежден в необходимости проведения земельной реформы.) Полиция арестовала молодежь, посчитав их коммунистами. Они провели ночь в тюрьме, но были освобождены после того, как в кармане Эрранса полицейские нашли четки. Согласно полицейской логике, это было доказательством, что он не коммунист. Об этом эпизоде своей жизни Эрранс сказал: «Мне это [протест] понравилось, особенно потому, что общество было немного слишком скучным и слишком сильно правым».

Эскрива был вполне осведомлен о происшедшем, но, согласно своим принципам, он никогда не вмешивался ни в действия членов Opus Dei, работавших в правительстве Франко, ни в деятельность тех, кто против этого правительства протестовал. Эскрива настойчиво утверждал, что члены Opus Dei свободны поступать в секулярной политике как им угодно, если при этом они руководствуются учением католической церкви.

Личное отношение Эскрива к Франко, может быть, лучше всего видно из письма, написанного им папе Павлу VI в 1964 году и опубликованного в итальянском журнале Famiglia Cristianaв 1992 году. Эскрива пишет, что он предупреждал испанских епископов, что «если революция [имеется в виду насильственное антифранкистское восстание] разразится, ее остановить будет очень трудно, и поэтому, цитируя Священное Писание, — «не думайте, что будет только один козел отпущения [имеется в виду Opus Dei], все вы будете козлами отпущения». Можно привести огромную подборку чрезмерных публичных панегириков, которые епископы адресуют режиму, но меня никто не заставит их произнести, хотя я признаю, что Франко — истинный католик».

Эскрива пишет, что он считает важным подготовить постепенное изменение режима в Испании, чтобы избежать угрозы анархии и коммунизма, губительной для церкви. Он выступает против создания в Испании единственной католической политической партии, «потому что это могло бы начаться с полезности партии для церкви, а закончиться использованием церкви, которая тогда будет не в состоянии освободиться от этой партии и в результате терпеть моральный шантаж». Эскрива говорит, что церковь должна главенствовать «над всеми группами и всеми партийными обязательствами».

Может сложиться впечатление, что Эскрива старается сохранить нейтралитет по отношению к режиму Франко, даже если в глубине души ощущает некоторую симпатию к лидеру, который по мере своих сил стремится быть честным католиком. Обвинение в «профранкизме» не подтверждается, разве что в том общем смысле, что вначале большинство испанских католиков поддерживали Франко. Во-первых, как мы видели выше, члены Opus Dei активно участвовали в оппозиции режиму Франко. Самое большее, что можно сказать, — что сам Эскрива не был «антифранкистом». Его главной заботой была стабильность испанского общества, стремление не подпускать к власти радикальные движения, чтобы не допустить ужасов новой гражданской войны. Эскрива не пытался навязывать политические решения ни членам Opus Dei, ни властям Испании.

ЭСКРИВА И ВТОРОЙ ВАТИКАНСКИЙ СОБОР

Некоторые критики Opus Dei заявляют, что Эскрива был разочарован той либерализацией, которую привнес в римский католицизм Второй Ватиканский собор, и обижен на двух пап этого собора Иоанна XXIII (1958–1963) и Павла VI (1963–1978). Джон Роч, член Opus Dei с 1959 по 1973 год, написал, что Эскрива по этому поводу заметил, что он «больше не верит папам и епископам, а только Господу Иисусу Христу» и что «дьявол таится в самых высокопоставленных служителях церкви». Бывший член Opus Dei отец Вольдемар Фельцман, британский подданный чешского происхождения, сказал, что Эскрива был так возмущен литургическими реформами Ватикана II, что однажды даже рассматривал идею перехода Opus Dei в лоно православной церкви, пока не обнаружил, что «их церкви и конгрегации слишком малы для нас».

Большинству членов Opus Dei очень трудно согласиться с этим обвинением — наоборот, они настойчиво утверждают, что Эскрива опередил «призыв Ватикана II к святости». А именно: Эскрива сказал, что святость не является прерогативой религиозной элиты, за несколько десятилетий до того, как Ватикан II сформулировал это в качестве религиозной доктрины.

19 августа 1979 года папа Иоанн Павел И в своем приветственном обращении к студентам, связанным с Opus Dei, сказал, что откровение Эскрива «предвосхитило ту теологию мирян, которая характеризовала церковь во время проведения собора и постсоборного периода».