Ороро

О Двери в тот день Ороро снова напрочь забыл. Ему нужно было о многом расспросить Ингрэма: из какого дерева эти бруски, как люди додумались до такой штуки, а не проще ли магам сколдовать это сделать? А потом украдкой ночью перед огнем попытался поколдовать над поленом, но ничего толкового не вышло – он не знал нужных заклинаний. Это его раззадорило, и он решил, что нужно будет одним глазком поглядеть книги Хорея, когда они снова побывают у него дома. Любопытство было сильнее страха разоблачения. К тому же Хорей больше не выказывал своей подозрительности, и Ороро постепенно расслабился в его присутствии.

– Ни разу не слышал, чтобы маги занимались подобными вещами, – протянул Хорей в ответ на его невинный вопрос. – У нас, у магов, есть дела поважнее. Оставь ручной труд пустым, надо же и им чем-то заниматься.

Позже разочарованный его ответом Ороро узнал от Юки, что:

– Нужен высокий контроль и годы тренировок режущей магии или магии деформации, чтобы добиться такой точности в ее использовании. Проще и быстрее освоить ручную резьбу. Я сама немного колдую, – добавила она. – Школу магов посещать так и не довелось из-за частых сражений шэйеров с тэйверами, а потом я переехала сюда, познакомилась с Хореем… Анн появилась и стало уже не до занятий магией.

Она выглядела до отвращения счастливой, хотя Ороро не представлял, как можно быть счастливым, отринув такую громадную часть себя.

– Оставим магов мнить о себе бог весть что, – бурчала, замешивая тесто на булочки, Мэриэль, когда Ороро завел разговор о магии с ней.

Ороро очень нравилось навещать ее – она всегда приятно пахла, делала вкусную еду и давала в дорогу человеческие сладости, которые пришлись ему очень по нраву.

– Спорить не буду, то, что называется магией, многое дало миру, что уж тут, основало его, создало и нас и всех прочих божьих тварей. Само божество – есть древняя могущественная сила, но когда магия и боги оставляют нас, что нам остается, кроме силы собственных рук да разума? – Мэриэль выразительно ткнула перепачканным мукой пальцем Ороро в лоб. – Жители деревни могут нести всякий бред насчет брата Ингрэма, но я скажу тебе вот что – благодаря этому парню простым существам, лишенным магии, удалось показать всему миру, что не только магия решает спор. – Мэриэль поджала тонкие, ярко накрашенные губы. – Маги слишком уверились в своем превосходстве. Надеюсь, из тебя не вырастет самонадеянный засранец, как из большинства моих знакомых?

– Я не самонадеянный засранец! – возмутился Ороро. – Я помогаю Ингрэму! Он столькому учит меня, даже если я его разозлю! Я очень рад, что попал к нему!

– Да, тебе повезло. – Мэриэль переложила тесто в формы для хлеба. – Так, а теперь давай ухватом, как я тебя учила.

Ороро осторожно принялся орудовать длинной палкой с железной дугой на конце.

– Каким был брат Ингрэма? – спросил он. – То есть отца?

– Со мной можешь не притворяться, – усмехнулась Мэриэль, и на мгновение Ороро показалось, что она видит его насквозь. – Если бы не гибель твоей бедной матушки, тебе не пришлось бы переезжать сюда. Ты не обязан называть его отцом.

– Брат… моего отца, – уверенно и решительно сказал Ороро. – Каким он был?

– Ингрэм упоминал о нем?

– Иногда.

– Думаю, он сам должен рассказать. – Мэриэль тщательно вымыла руки в тазике с водой. – С ним случилось много плохого, наберись терпения.

– Откуда вы знакомы? – Ороро поставил ухват на место и вскарабкался на высокий табурет, с которого было так здорово болтать ногами.

– Деревня маленькая, тут все друг друга знают.

Все же Мэриэль могла вести себя, как нормальная тетушка, подумалось Ороро.

– Гет – так его звали. Он вечно что-то придумывал и Ингрэма за собой таскал. Ингрэм был его самым преданным слушателем, драться лез со старшими мальчишками, которые смеялись над идеями Гета. Гет был… чудаковатый, но славный. Он был первым, с кем я поцеловалась. – Мэриэль улыбнулась.

– Фууу, – протянул Ороро.

– Да что ты понимаешь, сопляк!

Мэриэль ловко кинула ему яблоко, Ороро не менее ловко его поймал и ухмыльнулся. Мэриэль задорно тряхнула рыжими космами и продолжила:

– Гет был способный малый и уехал учиться на Восток, где через несколько лет началась война с тэйверами. Тэйверы всегда устраивали стычки с шэйерами, но в этот раз их спор затронул и остальные народы. Гет со своими дружками придумывал различное оружие, с помощью которого пустые могли дать отпор тэйверам и магам. Здорово он им спутал картишки. Тэйверы даже объявили награду за его голову. Разузнали, откуда Гет родом, и пришли в наши края.

– И что дальше? – нетерпеливо спросил Ороро.

– Его долго выслеживали, но все поймать никак не могли – ох и изобретателен же он был на выдумки! Отвернулись все от него: и те, кто прежде восхищался им, и родители – видано ли, чтобы сын преданного холопа вдруг оказался опасным предателем? – Мэриэль задумчиво теребила кончик рыжей пряди. – В конце концов, его загнали в угол, и он обратился к Ингрэму за помощью. Тот помог Гету бежать, но когда сам вернулся домой… Всю их семью перебили, включая жену Ингрэма и малолетнего сына – Гету в назидание. Ингрэм миновал этой участи, потому как в дороге был, а после, как похоронил своих, ушел воевать против тэйверов. Он искал Гета. До сих пор ищет, но коль тот был бы жив, услышав о такой беде, вернулся бы, я уверена, но Ингрэм не прекращает поиски. Думаю, он лишь потому еще в своем уме, что есть надежда найти его. Каждому нужно что-то, за что он может держаться в этом беспокойном мире, к чему он может вернуться, что не позволит ему сдаться. – Мэриэль замолчала. В концу речи ее голос дрожал, и она отвернулась, переводя дыхание.

глава 7

Ороро сидел, кусая губы, и жалел уже, что спросил.

Хотя нет, не жалел. Теперь он куда лучше знал Ингрэма и стал медленно понимать, отчего в нем так много тьмы. Немудрено после такого-то…

Какое-то время они молчали. Ороро рассеянно разглядывал кухоньку, заставленную множеством интересных штучек.

– Что это? – поинтересовался он, указав на каменные фигурки, поставленные в ряд на одной из полок. Подошел ближе, чтобы лучше рассмотреть. Рядышком были насыпаны какие-то семечки и лежал засохший цветок, словно подношение.

– О, это изображения кулинарных божеств. Гет сделал их для меня и подписал имена на языке богов. Сказал, что это откроет некий канал связи, и боги услышат мои молитвы. Не знаю насчет этого непонятного канала связи, но, похоже, это и впрямь работает – с тех пор мои блюда ни разу не подгорели и продукты не испортились. Все же знал он толк в этих чудесах, хоть и был пустым, – с гордостью сказала Мэриэль.

– Но здесь написано «тефтелька», – недоуменно прочитал Ороро, приподняв одну фигурку в виде круглой котлеты. – А здесь «господин супчик», – прочитал он под фигуркой в виде кастрюльки.

– Что? – чуть не поперхнулась Мэриэль.

– Никогда не слышал о таких божествах, – продолжал Ороро.

Покрасневшая Мэриэль, прижав фартук ко рту, то ли гневно ругалась, то ли кашляла, то ли хохотала.

– А ты уверена, что Гет не пошутил?

– Ммм, честно говоря, нет, – успокоившись, призналась Мэриэль. – Откуда это ты знаешь язык богов? Такому же только в школе магов учат.

– Сестра меня учила, – ответил Ороро.

– У тебя есть сестра?

– Мать, мать, точнее мать, я перепутал! – спохватился Ороро.