Осада. Часть 1

Турий рассмеялся.

— Пап, думаю она прекрасно знает, что такое малая печать и что ей очень удобно орехи колоть… Что? Это она меня, между прочим, научила три года назад. Я даже не думал, что печать можно так применять. Кстати, действительно удобно.

— Она и тебя умудрилась плохому научить, — махнул рукой герцог, отойдя от шока.

— Пап… Ты с мамой будешь говорить про поездку?

Герцог замер. Помрачнел.

— Ты же понимаешь, что мы не можем о таком промолчать… Придется.

— Будет говорить, что опять так ее дочь заставила поступить «то чудовище», — даже не вопрос, утверждение.

— Не трави душу, — буркнул герцог. — Сейчас и пойду. Скажу, что это мое решение.

— Пап…

— Так будет лучше. Они только-только снова более-менее наладили общение, если сейчас опять всё сорвется… Элайна Лейлу уже больше не простит и никогда не пойдет навстречу. Ты помнишь какой она была в последний раз, когда Лейла в очередной раз решила, что близнец заменила её дочь, поскольку та никогда бы «так не поступила»?

— Хорошо, — помолчав, согласился Турий. — Но я все равно считаю, что врать тут нельзя. Чем скорее мама примет Элайну такой, какая она есть…

— Четыре года, Турий! Это продолжается четыре года!

— Элайна изменилась, — признал Турий, самый старший ребенок в семье, он прекрасно помнил сестру до болезни. — Но знаешь… Эта Элайна мне нравится намного больше. Но я никогда не считал, что она не Элайна. Она изменилась, но в жестах, мимике, я узнаю прежнюю сестру.

— Осталось убедить в этом твою мать, — устало отозвался герцог. — Всё, иди, читай письма, потом будем смотреть кого отправим с Элайной, а кого с собой возьмем.

Глава 2

Лария ворвалась в комнату без стука и даже служанку не послала с оповещением, что было для нее совершенно несвойственно. Ну как же, Роза герцогства бегает, как какая-то крестьянка…

— Это правда?

— Правда, — согласилась Элайна, подняв голову от разложенных на кровати вещей, которые она планировала взять с собой. — А что именно? И что случилось? Град выпал? Ураган? Армагеддон наступил?

Лария явно хотела что-то высказать, но на последнем слове застыла.

— Что? Какой Армагеддон? Что это такое вообще? Откуда ты эти словечки берешь?

— Книги умные читаю. А Армагеддон — это конец света. Глад, мор, война и что-то еще там, не помню. — Элайна глянула на сестру, подумала. Пощелкала пальцами. — Как бы для тебя понятней объяснить… А, вот! Армагеддон — это если леди Риш придет на королевский бал в таком же платье, как у тебя.

Лария мрачно глянула на сестру.

— Ты меня совсем за дуру принимаешь?

— Не я это сказала, заметь.

Сестра устало и как-то обреченно вздохнула, опустилась в кресло.

— Скажи, почему я до сих пор тебя ночью подушкой не придушила?

Элайна тут же состроила милое личико.

— Потому что ты меня любишь? — И тут же ее лицо сделалось грустным-грустным, ресничками хлоп-хлоп, в уголках глаз показались слезинки, и она неуверенно спросила: — Ведь любишь же?

Лария прикрыла глаза.

— Вот как у тебя это получается?

— Долгая тренировка и природный талант, — Элайна тут же стала сама собой и вернулась к созерцанию разложенных вещей. — Так что ты хотела, что так ворвалась ко мне? На тебя не похоже.

— А, да. Совсем ты меня с толку сбила!

Элайна глянула на сестру с иронией.

— Ну прости.

— Что? Ах ты… М-да. Так, в общем, это правда, что ты отправляешь в поездку по герцогству вместо Ларса?

— Правда. И прежде, чем ты начнешь возмущаться, подумай сама, кто другой может это сделать. Поездку по герцогству всегда возглавлял кто-то из герцогской семьи. Раньше это был отец или Турий. Иногда ездил дядя Морен, но сейчас он в отъезде. Турию для чего-то обязательно нужно быть с отцом в столице, что-то там назревает. Остаемся ты, я и Ларс. Карена не будем считать. Ларс… Он еще несколько дней с постели не встанет, а потом еще недели две будет в себя приходить…

— Вот ведь дурак…

— Родню не выбирают. Тебе вот вообще я досталась в качестве сестры.

— Ты вообще наказание божье, непонятно, правда, за какие грехи.

— Было бы наказание, а грехи найдутся. Ну так вот, остаемся либо ты, либо я. Ты не поедешь, тем более скоро должен прибыть твой Ролан для какой-то там церемонии, которую тоже нельзя отложить, поскольку вы с ним договаривались о ней чуть ли не год назад.

— Церемония помолвки, балда.

— А ничего, что без родителей?

— Маленькая ты еще… — Но тут Лария махнула рукой. — Она и проводится без всех. Только я и жених. Мы с ним будем заперты в соседних комнатах, а общаться сможем только через небольшое окошко в стене. Считается, что так мы сможем лучше понять друг друга…

— А-а-а, если вы там друг друга не возненавидите после нескольких дней наедине друг с другом, то значит можно жениться.

— Ты… Хотя, в принципе, верно. Но очень невоспитанно. И да, родители там присутствовать не должны, ничьи. Потому мы специально такое время подбирали, отец всегда в это время уезжал.

— По той же причине не у Ролана, а у нас, — кивнула Элайна. — Вот мы и пришли к тому, с чего начали. Кому ехать?

— Маме? — очень-очень неуверенно поинтересовалась Лария, но, наткнувшись на взгляд сестры, опустила взгляд. — Ну да… Она никогда без отца никуда не ездила.

— И не думаю, что что-то изменится сейчас. Лария, я не знаю, что там творится у короля, но если граф Горзский вызывает так срочно отца с наследником герцогства, то, значит, там что-то важное… Возможно даже, будет скоро не одна свадьба, а две…

— Элайна! — прорычала Лария. — Так не принято! Невежливо так прямо…

— Ой, да ладно, — отмахнулась девчонка. — Неужели тебе самой этот этикет не надоел? Умей расслабляться, сестра, а то так и останешься навсегда Розой герцогства.

— И почему в твоих устах это прозвище звучит как оскорбление?

— Потому что так и есть. Розой можно любоваться, но ее нельзя трогать. Ты действительно хочешь всю жизнь провести в одиночестве, отталкивая всех? И я сейчас не о твоем будущем муже, а о друзьях. Амелия Торг… Замечательная девушка. Знаешь, почему она перестала к нам приезжать? Потому что ее затюкали все сравнением с безупречной тобой.