Осень

– Я ничего тебе не скажу, - прохрипел тёмный маг.

– А мне ничего от тебя не нужно, я и так уже знаю кто твой хозяин. Я просто смотрел на твою душу, - сказал Орион.
– Не нужно было убивать невинных людей, стоило остановиться на этих бандитах, тогда бы ты мог сохранить себя, а ты занял место тех самых разбойников. Ты сам стал таким же, как те существа.

– Нет!!! Ты не прав!

– Ты лишил многих жителей Кельросы их близких, многие потеряли самых дорогих людей. И теперь они чувствуют то же самое, что и пятилетний мальчик, обнимающий свою погибшую мать, - ответил могущественный чародей.
– Ты потерял себя.

– Я... я всего лишь хотел...
– по лицу некроманта текли слёзы, перемешиваясь с кровью из ран. Он вновь почувствовал ту гнетущую пустоту, что долгое время преследовала его после свершившейся мести, и одиночество, что было с ним ещё раньше.

– Сперва я хотел сжечь твою душу чёрным пламенем, но теперь я дам тебе шанс искупить все свои деяния. Я отправлю тебя в место, где ты проведёшь сто лет, это будет намного страшнее и хуже преисподней, но так и ты, и люди, у которых ты отнял близких, смогут обрести покой, - сказал чародей.

– Спасибо, - прохрипел некромант, нет, это сказал тот пятилетний мальчик, что пережил тяжелую утрату и которому вновь помогли вернуться к жизни.

Орион щелкнул пальцами и тёмный маг исчез. Чародей прошел чуть дальше и увидел небольшой столик, стоящий в самом углу зала. На столике лежали карты местности, и стояла статуэтка из чёрного гранита, изображающая мужчину, в красивом камзоле смотрящего злым и одновременно надменным взглядом на всё вокруг. Он опирался на тонкий изящный меч. Орион только бросил взгляд на нее, после чего статуэтка сразу же загорелась чёрным пламенем и начала плавиться, будто это был не гранит, а воск для свечек.

– Что это за статуэтка была?
– спросила Аранея.

– Крайс.

– Зачем она ему?

– Это не ему она нужна, а его хозяину, - ответил чародей.
– Ладно, пойдем, обрадуем жителей деревни.

– Кстати, я тут послушал ваш разговор. Зачем ты его пощадил?
– спросил Ранар.

– Раз я так сделал, значит, есть причины. Живу я очень давно и видел много различных судеб и его судьба весьма печальная, мне перехотелось подвергать его мучительной смерти. То место, куда я его отправил, исправит его, и он вновь станет нормальным человеком, а также сможет помочь людям в борьбе с Мраком, - ответил могущественный чародей.
– Однако то, что с ним произойдёт в том месте, будет гораздо страшнее мучительной смерти.

– Ну что ж, тогда пойдём, - нехотя согласился Ранар и они отправились в обратный путь.

– Пойдём, но вначале я ещё кое-что сделаю, - сказал чародей и сжал руку в кулак.

Камни и многочисленные осколки барельефов взлетели в воздух, после чего стали метаться по обширному пространству подземного зала. Они искали места, в которых находились долгое время. Один осколок вдруг врезался куда-то в стену, к нему присоединился второй, третий и спустя совсем немного времени барельефы вновь покрыли стены, и теперь на них не было ни единой царапины, но восстановились не только барельефы. Теперь на потолке было прекрасное изображении в точности повторяющее ночное небо, синяя лазурь полностью покрывала его и большие алмазы, изображающие небесные светила, начали сиять, как две большие звезды, что возникали в небе над Кельросой каждую ночь. Вдоль прохода теперь красовались высокие колонны, покрытые сложнейшими узорами.

– Не люблю, когда разрушают прекрасные вещи, - сказал Орион.
– Вот теперь пойдём.

В деревне большая часть воинов уже начали восстанавливать ворота и частокол, остальные охраняли людей и арахнидов. Обычные жители, которыми командовала Уитэ, перевязывали раны воинам, Ферапат помогал всех лечить, его сила как раз пригодилась в данной ситуации, Кардифа же ходила около леса и занималась там наблюдением за обширной территорией, которую не смог бы просмотреть никто кроме неё. Около частокола было довольно оживлённо. Некоторые вылеченные Ферапатом арахниды встали в дозор вместе с людьми, другие же помогали перетаскивать стволы деревьев. Кто-то вдруг заметил Ориона и двух арахнидов. Новость быстро разошлась и к чародею тут же поспешили все люди и арахниды. Кардифа поспела быстрее всех и вовсю облизывала Ориона, потом подоспели и многие другие.

– Орион вы справились?
– спросил Ферапат, а за ним посыпались вопросы и от остальных.

– Что с Дарионом?

– Кто это на спине у Ранара?

– Как вы смогли его победить?

Могущественный чародей хлопнул в ладоши, и этот звук заглушил всех остальных, потом он сделал взмах рукой, и перед жителями появилась объёмное изображение показывающее память Ориона. Он опустил только историю жизни тёмного мага. Люди охали и разевали рты при виде многочисленных мощных заклинаний. Все долго смотрели на воспоминания могущественного чародея и не могли поверить своим глазам. Ещё спустя немного времени изображение исчезло.

Наступила тишина и вдруг кто-то из толпы шепотом, будто не веря в такой исход событий, спросил:

– Неужели мы наконец-то свободны?

– Мы теперь спокойно можем ходить по дорогам и вновь общаться с остальным миром?

– Теперь вы свободны и можете не опасаться за свою жизнь. Так что живите спокойно и наслаждайтесь вашей жизнью, ведь вы это заслужили, - ответил могущественный чародей.

После чего толпа взорвалась радостными криками, все веселились впервые за те долгие пятнадцать лет угнетения и осады, теперь они не увидят больше оживших скелетов и полусгнивших зомби вместе с тёмным магом. Люди начали делиться дуг с другом своими достижениями и радостными впечатлениями. Орион отошел чуть в сторону и развеял заклинание наложенное им на Альрина. Белый свет осветил всего мальчугана, и он очнулся.

– Где я? Пап?

– Мы одолели тёмного мага. Не держи зла на него и помни. Никогда не убивай невинных людей, а прежде чем лишить жизни кого-либо добудь доказательство его вины. Запомни это и никогда не забывай, иначе станешь таким же тёмным магом, - сказал могущественный чародей.
– И кстати, спасибо тебе Рин. А сейчас спи.

Маленький мальчик улыбнулся и пару раз моргнув, закрыл глаза после чего крепко уснул. Орион посмотрел на сына, лёгкий ветерок растрепал волосы маленькому Рину и теперь он спокойно сопел на руках у своего отца. К могущественному чародею подошли Ферапат и Кенгор.

– Орион, почему ты не сжег его в своем пламени?
– спросил рыцарь.
– Пусть бы этот гад помучился, ведь он убил Мирта, магов и всех кого я взял с собой. Да ещё и командование по каким-то причинам не явилось сюда, чтобы разобраться.

– Меня тоже весьма волнует данный вопрос. Мне кажется, что он слишком легко отделался, - сказал Кенгор.

– По порядку, во-первых, я не стал использовать чёрное пламя, потому что Мрак не поглотил его душу полностью, во-вторых, его контролировал один весьма плохой человек, хотя нет, человеком это существо назвать трудно. Он полностью контролировал тёмного мага, причём так, чтобы этот человек этого не замечал, но после того, как я посмотрел на его душу и увидел его воспоминания, заклинание так называемого хозяина разрушилось. Я давно знаю эту тварь, но ему постоянно удавалось улизнуть от меня. Он всегда искал людей, которые мстили, которые были недовольны чем-либо и тех, кто хотел убивать. Ему были необходимы слуги, этой твари не нужны деньги или власть, ему просто нравится, как страдают и умирают невинные люди, а также и его собственные слуги, корчась в муках. Страшная боль поражает их тела, ведь это невыносимо, когда Мрак медленно поглощает душу. От этого он получает удовольствие, ради, которого и живёт, заражая всё вокруг своей прогнившей душой, которую полностью поглотил Мрак. Необычна эта тварь тем, что Мрак хоть и поглотил душу, но не смог подавить его сознание и в результате стал собственной силой этого мага. Душа преобразовалась, и Мрак стал её частью. В-третьих, командование не пришло, так как они до сих пор видели тебя и весь твой отряд невредимым и им постоянно приходили отчёты о проделанной работе. А как ты помнишь, каких-то пятнадцать лет для легиона ничто, это слишком малый промежуток времени. Всё это было предусмотрено хозяином тёмного мага, потому что с Туманным Легионом он пока связываться не хочет, точнее с командующими, так как весь остальной легион он без особых проблем победит в одиночку. И напоследок, то место, куда я его отправил, полностью уничтожит Мрак, проникший в его душу. Не каждый сможет выдержать такое, даже мне тяжело там находиться. Но если он выдержит эту сотню лет, то он станет превосходным волшебником, который будет понимать всю боль и страдания обычных людей. У него станет достаточно сил, чтобы поквитаться с тем, кто пленил его душу и заставил выполнять такие мерзкие приказы, порочащие имя Человека. Он обязательно поймёт, что людям нужна защита от подобных явлений, и он станет этой защитой, - ответил на все вопросы могущественный чародей.

– Но Орион...
– начал Ферапат.

– Он такая же жертва, как и ты Ферапат, - перебил рыцаря Орион.

– Такого не может быть, чтобы Легион упустил из виду столь сильного тёмного чародея, и не может быть, чтобы он в одиночку смог победить несколько десятков тысяч наших элитных солдат, они ведь и с демонами успешно воевали, не говоря уже об орках, - продолжил Ферапат.

– К сожалению, самое плохое в том, что он такой не один, - ответил Орион.

– Чего!?
– поперхнулся рыцарь.
– Надо срочно доложить совету командиров.