Осколки прошлого
Шрифт:
Но по-настоящему его воспламеняли не несправедливости окружающего мира, а яркие искры ярости. Новизна очередного дела. Возможность что-то уничтожить. Опасность игры. Угроза насилия. Обещание славы. Их имена в свете огней. Праведные деяния на устах школьников, которые будут изучать их на занятиях, посвященных великим преобразованиям.
«Пенни, никель, десятицентовик, четвертак, долларовая купюра…»
В конце концов, их деяния действительно стали достоянием общественности, но не в том виде, как обещал им Ник. В своих показаниях под присягой Джейн Квеллер рассказала весь их план, от его зарождения до бесславного конца. Тренировки. Пробные забеги. Зубрежка. Джейн забыла, кто первый высказал эту идею, но, как это всегда и случалось,
Но она не могла признаться в том, что первую искру зажгла она.
Упаковки с красителем.
Вот что должно было быть внутри пакета. Тогда они остановились именно на них. План в Осло был такой: унизить Мартина Квеллера перед всем миром, символически запятнав его кровью его жертв. Ячейка Паулы в Чикаго внедрила своего человека на завод-производитель. Ник передал упаковки Джейн, когда она прилетела в Осло.
Как только он ушел, Джейн выбросила их в мусорный ящик.
Все это началось с шутки — не с шутки Джейн, а с шутки Лоры Жено. Эндрю писал про нее в одном из своих закодированных писем:
«Бедная Лора сказала мне, что она предпочла бы найти в пакете пистолет, а не упаковки с красителем. У нее навязчивая фантазия о том, как она убивает отца из револьвера — точно такого же, каким ее муж убил их детей, — а потом направляет его на себя».
Никто, даже Эндрю, не знал, что Джейн восприняла шутку всерьез. Она купила револьвер у немецкого байкера в дешевом баре — том самом, куда послал ее Ник, когда она только приехала в Берлин. Том самом, где Джейн так испугалась, что ее пустят по кругу. Том самом, где она оставалась ровно час, потому что Ник сказал ей, что узнает, если она уйдет хотя бы на минуту позже.
Почти целую неделю Джейн оставляла пистолет на подоконнике своей съемной квартиры в надежде, что его украдут. Она решила не брать его в Осло, но потом все же взяла. Она решила оставить его в своем номере в отеле, но потом все же забрала его. И принесла его в коричневом бумажном пакете в женский туалет. И примотала пакет к бачку, как в той сцене из «Крестного отца». И села в первом ряду, смотрела, как ее отец проповедует со сцены, и молилась Богу, чтобы Лора Жено не воплотила в жизнь свою собственную фантазию.
И так же молилась, чтобы она это сделала.
Ника всегда привлекало все новое и волнующее. Предсказуемость утомляла его больше всего. Джейн ненавидела своего отца, но мотивировало ее нечто гораздо большее, чем жажда возмездия. Она отчаянно хотела привлечь внимание Ника, доказать ему, что она на его стороне. Она отчаянно надеялась, что жестокий шок, в который его повергнет ее помощь Лоре Жено в совершении убийства собственного отца, заставит его снова полюбить ее.
И это сработало. Но ненадолго.
Потом на Джейн навалилось чувство вины, и Ник отогнал его своими речами.
Джейн убедила себя, что это бы случилось и без пистолета.
Но потом она задумалась…
И это был стандартный сценарий их отношений на протяжении шести лет. Притяжение и отталкивание. Вихрь. Йо-йо. Американские горки. Она боготворила его. Она презирала его. Он был ее слабостью. Он был ее убийцей. Ее последним всем или ничем. Этой маленькой части нее, которую Ник всегда мог утянуть в пучину безумия, подходило множество названий.
Джейн могла отступиться только в одном случае — ради кого-то другого.
Сначала ради Эндрю, потом ради Андреа.
В этом была истинная причина, по которой она пришла сегодня в тюрьму: не наказать Ника, а оттолкнуть его. Запереть его навсегда, чтобы освободиться самой.
Она всегда верила, с убежденностью и страстностью, что единственный способ изменить этот мир — это его уничтожить.
Благодарности
Огромное спасибо моему редактору, Кейт Элтон, и моей команде в «Виктория Сандерс энд Ассошиэйтс», в частности Виктории Сандерс, Диане Дикеншид, Бернадетт Бэйкер-Бауман и Джессике Спиви, а также
многим другим. Благодарности заслуживает огромное количество ребят в «Харпер Коллинз Интернэйшнл энд Морроу»: Лиата Стелик, Эмили Крамп, Хайди Рихтер-Джинджер, Кэтлин Харри, Шанталь Рестиво-Алесси, Саманта Хагербаумер и Джулианна Войцик. Также снимаю шляпу перед работниками всех потрясающих филиалов, которые я посетила за прошедший год, и перед ребятами, с которыми я общалась в Майами. Я также хотела бы включить в список команды Эрика Рэймана — спасибо тебе за все, что ты делаешь.При написании этой книги я проводила исследования в очень многих направлениях, и далеко не все результаты в итоге в нее вошли. Но есть целая группа ребят, которые сыграли ключевую роль в том, чтобы помочь мне схватить определенные состояния и чувства. Моя хорошая подруга и коллега по перу Сара Блэдел свела меня с Энн Метт Годдокен и Элизабет Алминде в связи с норвежской темой. Другой потрясающий автор и друг, Регула Венске, поговорила со мной о Германии; мне так жаль, что только один процент нашего захватывающего разговора в Дюссельдорфе нашел себе место в итоговом тексте. Элиз Диффи помогла мне с некоторыми важными культурными аспектами. Я очень благодарна Брэндону Бушу и Мартину Кирнсу за то, что посвятили меня в некоторые секреты из жизни профессиональных пианистов. Самые теплые слова благодарности хочу передать Сэлу Тоузу и Берту Кендаллу, моим дорогим друзьям и экспертам по Сан-Франциско.
Сара Ивз и Лиза Палаццоло победили в соревновании «впиши свое имя в книгу». Адам Хамфри, надеюсь, ты тоже наслаждаешься победой.
Моему отцу — громадное тебе спасибо за то, что заботился обо мне, пока я, находясь в муках творчества, пыталась как-то управляться со своей жизнью. И, напоследок, спасибо моему сердцу ДА за то, что ты тоже никто.
P.S. Материалы, интервью и многое другое
Об Авторе. Встречайте Карин Слотер
Карин Слотер — одна из самых популярных и признанных писательниц в мире. Ее книги опубликованы в 120 странах и проданы тиражом более 35 миллионов копий по всему земному шару. Всего ее перу принадлежит 18 романов, в том числе серии книг об округе Грант и Уилле Тренте, номинированный на премию «Эдгар» «Город копов», а также мгновенно ставшие бестселлерами Нью Йорк таймс «Милые девочки», «Хорошая дочь» и «Осколки прошлого». Слотер — основательница фонда «Спасем библиотеки», некоммерческой организации, созданной для поддержки библиотек и библиотечного дела. Родилась в Джорджии, живет в Атланте.
Интервью с Карин Слотер
В: Вы невероятно много путешествуете, и Ваши романы продаются по всему миру. Какое отражение это нашло в книге «Осколки прошлого»? Что, как Вы думаете, может привлечь к этой книге международную аудиторию?
О: Когда я впервые отправилась в тур с моей серией «Округ Грант», я поняла, что Европа — это просто череда маленьких городков, с которыми вполне можно сравнить и городок в округе Грант. А потом я поняла, что маленький городок — это такой универсальный конструкт. Даже если я в Нью-Йорке, на Манхэттене, спрошу кого-либо из местных: «А где ты живешь?», он не ответит «В Нью-Йорке», он скажет: «Верхний Вест-Сайд» или «Я из Челси», и этот район будет так же его определять, как если бы он жил в городе Тамблвид в Оклахоме. То же самое в Атланте. Люди из Бакхеда, или Мидтауна, или Вирджиния-Хайленд, или Декатура — я точно знаю, какие они. Все так или иначе знакомы с географией. Но что касается Энди в «Осколках прошлого», то нужно держать в голове два момента по поводу ее путешествия. Первая вещь — на физическом уровне: чем дальше она оказывается от Лоры, тем она становится сильнее, независимее. Так что в этом смысле география идет ей на пользу. Но при этом я пишу о тех штатах, которые посетила во время тура, когда была в том же возрасте, что и Энди, и знаю, как встречи с разными людьми и множество новых впечатлений могут выбивать из колеи.