Осколки

Зачем?! Он не понимал зачем ей дарить украшения?

Она сама по себе красивая и без украшений. Да и куда их ей носить?

К тому же, это накладно. И так, ему приходилось, каждые два месяца, покупать золото любовнице.

Те серёжки, кстати, его жене подошли бы лучше. Голубой топаз, выгодно подчеркнул бы голубизну глаз Алёнушки. У него даже мелькнула мысль, купить их Алёне, а Ольге подобрать что то другое, но Иван решительно подавил в себе эту не нужную мысль.

«Не балуй жену подарками, иначе привыкнет и всегда будет их ждать»- снова вспомнил он отца.

Отец матери никогда не дарил подарков.

На день рождения давал ей пару тысяч рублей и все. И нормально…

Сморщившись, как от зубной боли, Иван взял следующую фотографию.

Меховой бутик, в котором он, недавно, купил Ольге шубу.

Да, норковую. Но не длинную конечно, китайскую.

Купил летом, потому что сейчас дешевле. Зимой, знаете какие на них цены?

Его Алёнушка никогда не просила у него шубу. Потому что она умная девочка. С двумя детьми, в шубе не побегать.

У неё пуховик есть. Синий такой. Не маркий.

Иван задумался. А сколько лет назад, он покупал ей этот пуховик? Мысленно чертыхнулся, сделав себе заметку обновить ей пуховик к зиме.

Три года её пуховику. Сразу после рождения Катюши купил.

Алёна у него бережливая, все вещи у неё аккуратные, как новые.

А если ещё учитывать, что она после родов, ни на грамм не потолстела, так вообще, по несколько лет носит вещи.

Он тепло улыбнулся. Хорошая у него жена.

Мозг услужливо подсказал- Была…

Мысленно отмахнувшись от не нужных мыслей, он взял следующую фотографию.

На этой фотографии он целовал Ольгу, взасос целовал, глубоко.

Фуу… Иван передернул плечами. Смотрится это конечно… Отвратительно смотрится…

Надо думать, что увидев такое, его жена собрала вещи и сбежала.

Он бы тоже сбежал, если бы такое увидел.

Его прошиб пот, когда он представил свою Алёнушку целующуюся с другим мужчиной.

Нет! Такого не может быть!

Он вскочил и нервно заходил по комнате.

Нет… Зачем он только представил себе это?

Теперь в груди заболело, противно вспотели руки. Иван снова взъерошил волосы и закрыл глаза. Так! Успокоится! Нужно вдохнуть и выдохнуть.

Не надо такое представлять! Не будет такого. Его Алёнушка никогда даже не смотрела на других мужчин. Она другая. Она Его!

Иван рывком распахнул дверь на балкон, а затем открыв окно, высунул голову на улицу.

По тихоньку, сердце замедляло свой бег, дыхание выравнивалось.

«Вот так… Давай, Иван, дыши»- он успокаивая себя, приговаривал. «Всё хорошо будет. Я найду своих девочек и все будет хорошо».

Наконец, когда его полностью отпустило, Иван снова зашёл на кухню.

Взяв злополучную фотографию в руки, он заметил, что она выглядела более потрепанной, чем остальные и даже как будто со следами от воды.

«Плакала»… эта мысль снова наполнила сердце болью.

При мысли, что глядя на эту фотографию Алёнушка плакала, Ивана накрывало злостью. Злостью на того, кто сфотографировал все это.

«Зачем было это фотографировать?!»

Он перевернул фото и прочитал «Я больше не разрешаю целовать тебе наших детей. Никогда»

Иван, в раздражении, бросил это фото на стол.

«Что за?!». Он пнул кухонный стул.

Детей своих Иван любил. Очень любил. Две девочки, две принцессы, так похожие на мать. Только старшая чуть больше взяла от него, чем от Алёны. А младшая, Катенька, была настоящий ангелочек, вся в мать.

Малышки были погодки. Рождённые с разницей, в чуть больше года.

Вспомнив детей, Иван заскрипел зубами.

Ну уж нет! Это его дети и он найдёт их. Да, ему придётся просить прощения у Аленушки и он готов к этому.

Готов к тому, что она будет плакать и не сразу согласится.

Но она же умная девочка, его Алёна. Она же понимает, что без него она не справится, не сможет жить без него.

С того дня, как они поженились, Алёнушка больше не работала.

«Женщина сын, не должна работать. Работающая женщина, горе в семье. Мало того, что вся семья питается полуфабрикатами, так ещё они наглеть начинают. Нет сын. Женился, значит сам обеспечивай свою жену.»

На что она будет жить?

Он презрительно скривился, вспомнив, что его жена брала небольшие подработки периодически.

Закончив, с красным дипломом институт, она планировала выйти на работу бухгалтером, после декрета. Но у Ивана были свои на это мысли. Никакой работы! Его жена будет сидеть дома и готовить ему борщи.

Её небольшие подработки, совершенно не волновали Ивана.

«Мне нужны мои деньги, Ванечка. Тебе на подарки, девочкам на сладости.»

Алёна тогда его так просила, что Иван сдался и разрешил ей брать работу на дом.

Но ведь это капля в море. На них, им не выжить.

Он мрачно смотрел на фотографии, рассыпанные по столу.

Его блуждающий взгляд натолкнулся на фото, с отпуска. Его отпуска.

На этих фото он и Ольга катаются на яхте.

Да, Иван вывозил Ольгу на море. Не давно. Буквально на четыре дня. Больше он, без своей Алёнушки и девочек, не мог прожить.

Он взял в руки фотографию и перевернув её прочитал, «Катюше врач рекомендовал морской воздух для укрепления иммунитета, но ты сказал, что у тебя нет денег, везти нас на море. Видимо они все закончились на Ольге…»

Не дочитав, он, в раздражении, отбросил фото в сторону.

Да, здесь Алёнушка права. Иван снова почувствовал, болезненный укол совести.

Их младшая Катенька, которой ещё не исполнилось и три года, часто болела и врач, действительно, им рекомендовал «подышать морем».

Иван раздражённо нахмурился.

Да! Ему банально стало жалко денег.

Он потратился на аренду квартиры для любовницы, оплатил сразу за пол года, а это, между прочим, триста тысяч, потом повёз её на море, ещё считай, сто пятьдесят и везти ещё семью…. Это дорого!

Неожиданно он замер.