Остаться собой

– Замолчи, женщина, без тебя дурно! – рявкнул парень, не выдержав, и тут же пожалел о содеянном.

Голова закружилась, желудок скрутили спазмы, а нахлынувшая слабость едва опять не погасила сознание.

Голос на мгновение затих, чтобы взорваться новой порцией упреков.

– Нет, вы посмотрите на это животное! Загубил такой эксперимент и вместо раскаяния еще и недоволен! Развалился тут, похотливая скотина, хоть бы прикрылся!

Жрец с трудом раскрыл глаза, и едва смог сфокусировать взгляд на худой бронзовокожей женщине, одетой в традиционный костюм местных жителей, не меняющийся, наверное, со времен Империи. Уперев руки в бока, та стояла над его распростертым телом, грозно хмуря брови. Абсолютно незнакомое лицо. И чего орать, спрашивается?

– Принесла бы лучше опохмелиться и тазик какой – не ровен час, заблюю тут всё, тебе же потом убирать. Да, неплохо еще рассказать, где я и кто ты такая. Что уставилась? Шевелись давай!

– Опохмелиться говоришь? Тазик проблеваться? – взвизгнула та, и на целителя обрушился поток ледяной воды.

Парень, получив заряд бодрости от внезапного душа, подскочил на месте с единственным желанием – прибить негодяйку, но рассмотрев обстановку, сразу всё вспомнил и застыл на месте, с восторгом глядя на собственное тело. Прежнее, ничуть не напоминающее недавний кошмар. Провел по плечам и бокам ладонями, словно еще раз желая убедиться в реальности происходящего, с удовольствием ощущая гладкую кожу. Радостно рассмеялся, подмигнул рассерженной женщине, не утруждаясь поисками кубка, подхватил с уцелевшего столика кувшин вина и сделал несколько жадных глотков прямо из узкого горлышка. Затем, найдя на ковре сухое место, растянулся на подушках и, прислушавшись к себе, понял, что недомогание бесследно исчезло.

– Хозяйка пустыни? Моё почтение! Да не расстраивайся ты так, я тебе не подхожу. Провести вечность в шкуре червя? Лучше сдохнуть.

– Сдохнешь, - согласилась дух-хранитель уже вполне спокойно и села рядом.

Неодобрительно покосившись на ничуть не смущающегося собственной наготы наглеца, достала откуда-то отброшенный им халат из скользкого шелка и сунула в руки.

– Одевайся, не тряси причиндалами. Слышала я, что вы, сиды, любители посверкать голым задом, но не предполагала насколько.

Жрец со вздохом натянул неудобную одежду и опять приложился к кувшину.

– Зачем той твари был нужен мой поцелуй?

– Ее слюна не позволила бы тебе заметить трансформацию. Так бы и продолжал считать, что кувыркаешься с красоткой, да и в своем теле. А во время… хм… логического завершения совокупления, ваши сущности бы слились в одну. Где-то во Вселенной, как я слышала, есть мир-пустыня. Там произошла занимательная история. Парень-маг сделал из себя и монстра вроде наших Червей Хаоса, новое воплощение. Обрел настолько грандиозное могущество, что его и звать стали Бог-Император. Причем не из лести, заметь. Вот, хотелось повторить эксперимент. Это куда интересней, чем клепать очередного раба-кормушку.

– Кого-кого? – переспросил целитель, едва не подавившись вином.

– Ой, ну неужели ты не задумывался, зачем нам пр0клятые? Понимаешь, какая досада, духи-хранители могут брать из разлитой вокруг энергии лишь самую малость. Не подходит она нам почему-то. Но Владыки Бездушных подсказали оригинальное решение проблемы. После небольшой трансформации любого монстра, и подселении в получившегося зверя сущности, вышвырнутой из собственного пласта, получается этакий живой насос, начинающий тянуть и запасать в себе силу. Помнишь охватившую тебя в шкуре волка эйфорию? Следующая стадия – пресыщение, затем, если вовремя не откачать излишки – бум и ошметки во все стороны. Со временем, правда, насос изнашивается, энергетические каналы перегорают, и дело заканчивается неизбежным взрывом мясного мешка. Представь, сколько таких, как ты оказываются здесь. Поэтому строптивых никто не уговаривает. Не вышло сегодня, получится соорудить насос завтра.

– Но дух Долины горячих сердец говорил, что вы, наоборот, тратите на нас энергию.

– Слушай его больше, сквалыгу. Троих по жадности завел и едва успевает использовать полученное. Откуда там лава – ни единого вулкана в округе.

Парень долго молчал, осмысливая услышанное, потом допил вино и вздохнул.

– Загостился я что-то. А меня одноногий с подарками ждет.

– Неужели про местную легенду так и не спросишь? – лукаво усмехнулась женщина, игриво проведя самыми кончиками пальцев по щеке сида.

– И так понял, - никак не отреагировав на мимолетную ласку, ответил тот. – Твоя же задумка. Пустыню себе личную соорудила, настроила сорняк на параметры более-менее подходящего кандидата и ждешь, кто попадется. Методику обкатываешь, смотришь, где что нужно подкорректировать. Уверен, после сегодняшнего, поцелуй заменишь чем-то другим.

Дух-хранитель кивнула.

– Умный, сильный. Хороший экземпляр. Жаль, что на этот не получилось. Ладно, ступай. Если сильно жить захочется, приходи – возьму тебя в кормушки.

Мир на мгновение мигнул, и жрец обнаружил себя стоящим над бледно-лиловым кустиком Неувядающего цветка. Одежда на нем была чистая и едва ощутимо пахла дорогим ароматическим маслом. В поясной сумке, кроме привычных эликсиров, оказался не один, а два фиала с опалесцирующей мертвенной зеленью жидкостью – концентрированной жертвенной энергией высшего порядка. Мысленно поблагодарив Хозяйку пустыни за неожиданный подарок, парень с корнем вырвал легендарный сорняк и разломил последнюю оставшуюся рунку.

Часть 8

Порт Мечты жрец не любил. Роскошные виллы богачей, уютные, утопающие в южной зелени домики зажиточных обывателей будили в его душе странное чувство. Словно хочется вспомнить что-то очень важное и никак не выходит. Возможно, раньше он сам тут жил или здесь происходили какие-то значимые для него события. Тьма, надежно скрывающая прошлое парня, иногда подкидывала странные сюрпризы – из ее глубин внезапно всплывали целые пласты довольно специфической информации: профессиональной или касающейся работы на Тайную службу, однако, любые подробности личной жизни так и оставались недоступны. Несмотря на неоднократные и настойчивые попытки пробиться сквозь барьер амнезии.

Целитель нахмурился и ускорил шаг. Легкий бриз, приносящий с собой тонкие ароматы цветов и запах моря, превращал воздух в пьянящий коктейль свежести, будоража кровь отчаянным желанием жить. Горькая усмешка исказила красивые, хотя на особо придирчивый взгляд, немного тонковатые губы сида. В качестве кого? Раба-кормушки? Стать зависимым даже не столько от Духов-хранителей, сколько от эйфории энергетического пресыщения, ломающей психику не хуже дурманящих зелий. А толку? Развоплощение всего лишь откладывалось и, как он прекрасно понял из намеков Хозяйки пустыни, не на особо долгий срок. Порядка нескольких лет. Капля против вечности, да еще и с перспективой полностью оскотиниться. И альтернативы никакой. Жрец нашел силы признаться себе – если бы не заветный флакончик, добытый буквально чудом, перспектива двух недель сводящей с ума боли вполне могла толкнуть его на принятие рабства. Ну чтож, судьба напоследок подарила роскошную возможность уйти достойно.