Острые грани

– Ты второй раз срываешь мне классный секс, - пробурчал он, присаживаясь рядом со мной.

– Классный? С тобой? – отняла я руки от лица и отёрла сопли вместе со слезами и потекшей тушью. – Я, возможно, спасаю ту несчастную, в которую ты скорее всего с первого раза не попадёшь.

Я сдавленно хохотнула сквозь слезы и получила мягкий тычок в плечо от парня.

– Что у тебя случилось? – спросил Роб. Подался чуть вперед, оперся локтями в свои колени и заглянул мне в глаза, слегка щурясь от полуденного солнца.

– Не знаю. Жопа какая-то.

– А мне ты позвонила, потому что я единственный, кто может эту жопу отшлёпать?

– Не знаю, - поморщилась я и несколько секунд молча смотрела на шелуху от семечек и окурок под ногами. – Просто ты единственный, кто не будет занят жалостью ко мне и подтиранием моих соплей. А ещё ты единственный, кто знает, откуда эта жопа растёт.

– Я не буду с ним драться третий раз, - сразу сказал и очень уверенно заявил Роб.
– Хоть всю улицу соплями залей.

– Уже нет необходимости. Наш поцелуй сработал, как я и хотела: сегодня он был со своей семьёй на линейке. Обнимал жену, сына… Даже тёща там (или мама) затесалась… Идиллия, короче.

– Поэтому ты тут и ноешь? – фыркнул Роб и встал со скамейки. – Обосраться, какая идиллия. И что мне с тобой делать?

– Может, набухаемся?

– Опять я сегодня не потрахаюсь, - пробубнил Роб и безнадежно поднял взгляд к небу.

– Ну, если ты хорошо меня набухаешь, то, возможно, и потрахаемся, - повела я почти невинно плечами.

– Фу, нахуй! – резко бросил парень и даже поморщился, глянув на меня.

– Обидно, вообще-то.

– Вообще-то, я друзей не трахаю.

– А те два раза?...

– Тогда мы не дружили. Не считается.

– Как у тебя всё просто. Аж бесишь, - я устало выдохнула, поправила волосы и встала со скамейки.

Из-за накатившего головокружения слегка покачнулась, и Роб поймал меня за плечи, оставив стоять вертикально.

– Тебе бы, походу, пожрать для начала надо, а не набухаться. Пошли в машину, - кивнул он в сторону своей иномарки, в которую затем помог мне сесть.

Перед тем как поехать ко мне, мы заехали в магазин, где набрали кучу еды и выпивки.

Роб донёс всё до моей квартиры. Поныл в прихожке о том, как у него отнялись руки, пока он нёс пакеты. А затем, сняв обувь и модный пиджак, скрылся в ванной комнате «отлить».

Переодевшись в своей комнате, я забрала пакеты из прихожей, принесла их на кухню и начала опустошать.

Поток воды в ванной комнате прекратился, щелкнул замок и открылась дверь. Через несколько секунд на пороге кухни появился Роб, который нес перед собой в руке тесты на беременность, которые собрал веером.

– Я не спец в женских штучках… - начал говорить он очень серьёзно. Даже его привычно развеселый взгляд стал жёстким.
– … но, по-моему, конкретно эти хуйни говорят о том, что ты бухать не будешь.

– Тебя не учили, что нельзя копаться в чужом мусоре?

– Что это за хуйня, Арина? – вспылил Роб, швырнув тест-полоски на стол передо мной.

– Расслабь булки, Роб. Тебя это не касается, - бросила я нарочито равнодушно и опустила взгляд в пакет, из которого вынимала чипсы. – И, к твоему сведению, эти полоски побывали в моей моче.

– Да хоть в дерьме! – похоже, Роб останавливаться не собирался. Лучше бы я и дальше продолжала сидеть в своей пещере одна. – Ты… - начал Роб озлобленно, явно желая что-то мне внушить, но осекся. Нервно потёр лоб, а затем шею, и снова посмотрел мне в глаза со злостью. – Ты, зная об этом, предложила мне набухаться?

– Ну, ты же не беременный, - дёрнула я плечами. Отвела взгляд в сторону и взяла бутылку с пивом. – И я скоро не буду, - подмигнула я парню и потянулась к открывашке-магниту на холодильнике.

Роб выхватил из моей руки бутылку, поставил её на стол и оттеснил меня от холодильника и стола подальше к раковине.

– У тебя с башкой всё нормально, нет?

– У тебя ещё остались какие-то вопросы после того, как я, не зная тебя, дважды с тобой переспала? – я смотрела в глаза парня прямо и видела, как сильно он закипал от злости, но явно не знал, что делать со мной и со сложившейся ситуацией, в целом.

– Одно дело – трахаться с малознакомым или на первом свидании. Ты свободна, тут тебе никто не указ. Но другое дело, Арина, - зная, что ты в залёте, творить подобную дичь, - указал он на батарею пива на столе. – Я, блядь, тоже не монашка, но ты-то должна соображать, что так не делается. Или ты специально?

Глядя Робу в глаза, я не знала, что ответить. В голове не было ничего, кроме неконтролируемого желания разреветься снова.

Боже! Я за всю жизнь столько не наплакала, сколько, похоже, наплачу сегодня.

Мои руки повисли безвольными тряпками вдоль тела. Глаза закрылись, по щекам вновь потекли раздражающие не только кожу лица, но и меня саму, слёзы.

Опустив голову, я просто скатилась вниз по дверце шкафчика и села на пол кухни, вытянув ноги.

– Арина, - позвал меня Роб тихо и, не дождавшись никакой реакции, сел на пол. Несколько минут мы сидели в полном молчании. Я плакала, а Роб смотрел перед собой на стену. – Может, моему бате позвоним? – предложил он, когда я немного успокоилась.

– Зачем?

– Просто я привык звонить ему, когда вокруг меня происходит какой-то пиздец, - Роб чуть поджал губы, не зная, улыбнуться ли тут или нет. – Хотя… Сейчас он точно послал бы меня на хуй.

– И правильно сделает. Я бы тоже послала.

Мы снова замолчали. В тишине каждый думал о чем-то своём. Или ни о чём. Потому что лично мне в голову не шла ни одна мысль, кроме тех, в которых всё и всегда будет плохо.

Роб слегка подался вперед, дотянулся до бутылки с пивом и открыл её, ударив о край стола.

– Если моя сестра об этом узнает, ты будешь чинить стол своими зубами, - произнесла я.

– А об этом она знает? – указал он на тест-полоски на столе.

– Если бы знала, то я бы с ней на этом полу плакала, а не с тобой.

– Ты, вообще, никому говорить не планируешь? И почему именно на кухонном полу? У тебя других комнат для пускания соплей нет?

– На кухне сопли пускать удобнее всего. Мы с сестрой всегда делаем это именно здесь. Или вместе, и по отдельности.

– Весело у вас семейные вечера, конечно, проходят, - фыркнул Роб и сделал большой глоток пива.