От Каина

Пельяр встала и принесла чернила, дала ему лист и перо.

– Ты меня иногда пугаешь, - призналась она.

Каин не обратил внимания на её слова, а просто присев на корточки, быстро и уверенно написал бумагу, по которой он признавал себя обязанным работать в этом месте определенный срок, который он все же уточнил у Пельяр.

– Сколько еще я точно буду хорошо продаваться?

– Года два, я думаю, точно, - отвечала женщина.

Она стояла за ним не в силах занять свое место, была слишком сильно удивлена и в то же время необычайно довольна тем, что видела.

Каин тем временем встал и подал ей бумагу.

– Вот, это его удовлетворит?

Пельяр посмотрела на документ, написанный ровным строгим почерком. Мелкие буквы показались ей на миг незнакомыми. Никогда прежде она не видела, чтобы кто-то писал именно так, но тут же поняла, что понимать написанное куда легче, чем в красивых модных письменах.

– Думаю, это больше чем продать душу. Ты просто подарил нам себя на два года от сего дня.

Каин пожал плечами, а Пельяр села на свое место, отложила бумагу и вновь посмотрела на мальчишку.

– Но это не все.

– Тогда продолжайте, госпожа Пельяр. Теперь же вы действительно госпожа.

Она прищурилась, но вновь заговорила.

– Те братья вчера предлагали выкупить тебя, пришлось сказать, что ты свободный человек.

– И что с того?

– Они наверняка сделают тебе свое предложение.

– Ну, теперь я не смогу его принять даже если захочу. Ближайшие два года я ваш.

Пельяр вздернула нос.

– Я планирую поднять тебя на новый уровень и отдать одному господину на два дня. Он заберет тебя завтра утром.

– А класс?

– Первый.

– Ясно.

Он отвечал и смотрел ей в глаза, слишком явно чувствуя ее испытывающий взгляд.

– Ты можешь отказаться.

– Новый уровень так новый уровень. Что я должен знать?

Пельяр встала и шагнула за ширму, делая вид, что она не слышала вопроса.

– Тогда сегодня у тебя выходной и после этой работы тоже.

Сказав это, она швырнула ему легкое зеленое платье.

– Примерь это.

Каин закатил глаза, не боясь этого проявления чувств под пристальным взором Пельяр. Однако спорить не стал. Госпожа же продолжала:

– Ты умный мальчик и понимаешь, что все, что было в стенах этого здания, не подлежит разглашению, точно так же как и все, что будет с тобой на работе вне борделя.

– Само собой.

С этой фразой он расправил подол надетого платья и возмущенно взглянул на женщину.

– Это убого, - однозначно заявил он.

Платье на нем смотрелось действительно странно. Оно едва прикрывало колени, норовило соскользнуть с плеча и довольно странно подчеркивало узкие бедра и округлый зад, но главным в этом образе был холодный недовольный взгляд.

Пельяр, взглянув на него, едва не расхохоталась, однако, прикрыв лицо веером, процедила:

– Сделай лицо попроще, а то словно царевна, которую обидели.

Каин скрестил руки у груди, при этом ткань все же съехала с правого плеча, оголяя белую кожу, под которой от возмущения проступили жилы.

Пельяр смотрела на него с изумлением, под платьем ей виделся рельеф мышц, которым не многие мужчины обладали, и ей было уже не смешно, ибо на нее внимательно смотрели красные глаза.

– Из каких соображений ты дала мне это?

– спросил он, оттягивая ткань от груди.

– Ну не выйдешь же ты отсюда без одежды, - растерянно ответила Пельяр, внезапно ощутив себя очень глупо и неловко, будто это она была неопытной девчонкой.

– Для клиента лучше в мешке, чем в этом. Он умрет от смеха.

– Раньше не умирал, - пожала плечами Пельяр и вновь исчезла за ширмой, а через миг бросила в Каина черным платьем.

– Зеленый не твой цвет...

– Пель.
– Он отбросил в сторону черное платье и двинулся к ней, быстро стягивая зеленую тряпицу и отбрасывая прочь.
– Скажи-ка мне, дорогая Пель...

Он властно схватил ее за край корсета и потянул к себе, чтобы уверенно посмотреть снизу вверх и, наконец, спросить:

– Скажи мне, чего хочет клиент, и я скажу тебе, что ему по-настоящему нужно.

Пельяр резко отдернула его руку и скользнула к креслу.

– Он всегда предпочитает мальчишек старше десяти лет, при этом он всегда забирает их с собой, потому что его не интересует секс в постели и даже в комнате, он предпочитает открытую местность и нередко делает это при свидетелях.
– Сказав это, она немного подумала и добавила: - Правда с ним бывают приступы слабости, но на этот случай у него есть крупный пес, удовольствие которого быстро восстанавливает его мужскую силу.

У Каина невольно приподнялись брови.

Пельяр хотела что-то съязвить, но промолчала, видя как удивление сменилось укоризной.

– И ты не планировала мне это говорить, не так ли?

– Я хотела увидеть твою возмущенную мордашку.

Каин фыркнул, пожал плечами и совершенно спокойно заговорил:

– Итак, вернемся к одежде. По какой логике ты даешь ему мальчишку в придурковатом платье, если всеми своими предпочтениями он говорит о своем желании властвовать и демонстрировать власть? Какой ему кайф подчинить нелепое существо в платье до коленки?

Пельяр изменилась в лице, вдруг заметив логику в его словах.

– Более того, не понимаю, по какой логике ты ему под видом мальчика хочешь подсунуть жалкую пародию.

– И что ты предлагаешь?

Он задумался на миг.

– Мне нужна белая рубашка, свободная, желательно размера на два больше, узкие штаны, тканый пояс на твое усмотрение и кожаный ошейник.

У Пельяр округлились глаза.

– Месяц назад ты стоял как статуя и едва дышал от страха, а теперь так смело принимаешь решения, словно профессионал с многолетним стажем.

– Я только предлагаю другой вариант, - ответил Каин, пожимая плечами.

Ему казалось, что он просто решал задачку о людских нравах и ничего больше. К нему лично все эти рабочие моменты давно не имели никакого отношения.

– Что ж, я хочу это увидеть, - заключила Пельяр.

Она встала и указала на свое кресло.

– Посиди тут тихо, а я сделаю пару распоряжений и вернусь.

За ней закрылась дверь, а Каин уверенно рухнул в кресло. Его не пугал этот разговор и предстоящий выход из борделя. Он просто окинул взором комнату, улыбнулся и закрыл глаза, чтобы еще немного поспать. Отдых лишним быть не может.