От всего сердца

— Я начинаю побаиваться тебя, Энни, — сказал он кухарке, очистив тарелку.

Негритянка застыла на месте, и ее лицо залилось темным румянцем. Поваренок, только что распекаемый ею, метнулся прочь, едва Энни повернула голову.

— Что за глупости вы говорите, мистер Джейнуэй, — пробормотала она с таким видом, будто ей сказали изысканный комплимент. — Вам не надо бояться Энни, если вы не натворили чего дурного. — Она с напускной строгостью посмотрела на Грея. — Вы ведь ничего такого не сделали, а?

Грей предпочел ретироваться, прежде чем его вынудят исповедаться в своих грехах, настоящих и воображаемых. Поздравив кухарку и ее помощников с вчерашним успехом, он поблагодарил Энни за завтрак.

— Кто-нибудь видел сегодня утром мисс Шоу? — словно невзначай спросил Грей, собираясь покинуть кухню.

Все три помощника Энни робко подняли руки, вопросительно поглядывая на нее. Кухарка уперла кулаки в бока и недовольно выпятила губы.

— Она была здесь около часа назад и выглядела как выжатый лимон. Но даже не моргнула глазом, когда Энни хотела ее прогнать.

— Ты накормила ее?

— Конечно. Мисс Беркли получила два яйца всмятку, но дожевывать ей пришлось уже в коридоре. Попомните мои слова, мистер Джейнуэй, в этой девице есть что-то противоестественное. Не позволяйте ей вызывать духов для ваших друзей, как прошлой ночью. Из этого не выйдет ничего хорошего.

— Я подумаю, — сухо отозвался Грей и направился к двери, но опять остановился. — И еще одно, Энни. Проходила ли мисс Шоу с кем-нибудь по кухне вчера вечером?

— Скорее ближе к утру. — Энни посмотрела на помощников, ища подтверждения своим словам. Все трое кивнули. — Как звали того джентльмена, толком не знаю. Длинный и тощий, как сигара. Казалось, он не в своей тарелке. И еще один мужчина прошел вслед за ними, но позже. Этого Энни не успела разглядеть.

— Ничего страшного, — сказал Грей. — Я знаю, кто был этот второй. — С этими словами он вышел в игорный зал.

У стойки бара Сэм Хартфорд проверял запасы продуктов и спиртного. Шоун и Доннел Кинкейд сидели за столиком, разложив на нем бумаги. Все трое поздравили Грея с успешным открытием «Феникса».

Грей поздоровался и велел готовиться к приему первых постояльцев отеля. Большинство номеров были забронированы уже в ту пору, когда Грей объявил о своем намерении отстроить «Феникс» после последнего пожара. Стоило распространиться слухам о том, что в отеле будут сдаваться помещения для постоянного проживания, сразу образовалась очередь. Кроме номеров, занятых Беркли и Майком, которому предстояло оставаться там до отъезда в Калифорнию, свободными оказались лишь три комнаты. По крайней мере так считал Грей, поскольку никто не знал, что в них поселят гостей.

— Их сегодня же займут, — сказал Грей. — Стоит кому-нибудь прослышать, что у нас найдется свободная постель…

— И вдобавок чистая, — заметил Шоун, усмехаясь. — Приехав сюда, я первое время спал на столе, и хозяин драл с меня три шкуры.

— А я спал на земле, — вставил Доннел. — Земля была бесплатная. Прокат одеяла обходился в пять долларов.

— Первые две ночи я провел на брошенном судне, — подал голос Сэм, надраивая стойку бара. — Первый ночлег обошелся бесплатно, но на второй меня нашел хозяин, и мне пришлось отвалить ему немало денег, чтобы он не пустил свою лохань ко дну.

Все трое посмотрели на Грея, ожидая от хозяина рассказа о его первых днях в городе. Но Грея в эту минуту занимала лишь одна кровать — та, в которой он провел ночь.

— Вы видели сегодня мисс Шоу? — спросил он.

— Она вышла, когда в зал вносили ящики с бутылками, — ответил Сэм. — Сказала, что хочет прогуляться. Я предложил сопровождать ее, но она отказалась. Вряд ли мисс Шоу задержится. Надеюсь, теперь, после вчерашнего, она не забредет в Сиднейский квартал.

Слова Сэма пришлись Грею нее по вкусу. Еще меньше ему нравилось то, что в этой ситуации, он ничего не мог поделать.

— Сэм, ты помнишь, что было на мисс Шоу вчера вечером?

Сэм широко улыбнулся:

— Ярко-голубое платье с вышитым лифом, облегающими рукавами и простой юбкой. Шлейф оторочен светло-голубой лентой. На ней были легкие атласные туфельки с шелковой подкладкой. Это одно из тех платьев, которые отдала мне Айвори, помните? То, за которое она не взяла денег.

Теперь вспомнив все совершенно отчетливо, Грей оттолкнулся от стола, и кресло громко заскрежетало ножками» по полу.

— Я вернусь примерно через час. Если появится мисс Шоу, не выпускайте ее до тех пор, пока она не встретится со мной.

Когда он вошел в комнату Айвори, она была там не одна. Грей, сдерживая улыбку, терпеливо ждал у камина, пока Энтони Боттомс натягивал брюки, рубашку и носки. Наконец клиент выскочил в коридор, и Айвори швырнула ему вслед ботинки. Судя по звуку, с которым они упали на пол, по меньшей мере один из них угодил Энтони в спину.

Айвори метнулась к кровати. Ее поспешность объяснялась, видимо, тем, что она была совершенно нагая. Схватив шелковый пеньюар, она запахнулась в него.

— Надеюсь, вас заставили явиться ко мне серьезные причины. — Айвори бросила на Грея колючий взгляд. — Энтони, один из лучших моих клиентов, зашел попрощаться.

Грей вспомнил, что шулер показывал вчера билет на корабль, отплывающий из Сан-Франциско.

— Когда он уезжает? Сегодня?

— Да, но это еще не значит, что он не вернется. Не сомневаюсь, Энтони надолго запомнит нашу последнюю ночь, особенно оттого, что она так плохо закончилась. — Айвори отвернулась и затянула поясок. — Так в чем же дело, мистер Джейнуэй? Я не видела вас с той поры, как в «Фениксе» появилась э-ээ… гостья. Мисс Шоу, кажется?

«Господи, — подумал Грей. — Неужели Айвори сердится?» Сегодня утром ему менее всего хотелось приглаживать ее встопорщенные перышки.

— Мне очень жаль, Айвори, что я так и не поблагодарил тебя за платья. Ты проявила неслыханную щедрость.

Слова Грея ничуть не смягчили Айвори.

— Я надеялась, что вы предложите мне работу. Вы дали мне это понять в конце прошлого месяца. Или, может быть, ваше… м-мм… знакомство с мисс Шоу заставило вас передумать?

— Я в любой момент готов взять тебя официанткой. Только не вздумай цеплять постояльцев. «Феникс» — не бордель.

— Идите к черту.

— Это значит «нет»?

— Это значит «я подумаю». Вы еще не сказали, сколько мне будут платить.

Грей назвал сумму — меньшую, чем жалованье Энни Джек, но большую, чем получала Беркли.

— А чем ты занимаешься дома, меня не касается, — добавил он.

— Хотите сказать, что мне нельзя поселиться в «Фениксе»?

— Нет, нельзя. Если бы я давал приют всем, кто на меня работает, в отеле не осталось бы места для приезжих. — Поняв, что Айвори собирается возразить, Грей поднял руку. — Я пришел расспросить тебя об одном из платьев, которые ты отдала Сэму. Хотя вряд ли тебе понравится то, о чем я скажу. Присядь, Айвори.