Отче

Юная леди поджала губы, а Сандор был удивлён. Что ему делать в числе святого воинства? Неужто решил замолить грехи и думает, что сможет исцелить душу от бесовщины?

Очередная молния пронзила его. Сандор даже вздрогнул и будто затуманенным голосом произнёс:

— Быть может, Вы хотели бы помолиться за него? Отныне Вы пустили Бога к себе в сердце, так посетите Его Дом.

— Завтра, возможно.

— Нет, — огромных усилий Сандору стоило не выкрикнуть это, а сказать спокойно, соединив руки за спиной. — Завтра Ваш друг уже отправится туда, Господь не спит ночью. К тому же — сейчас Вам никто не помешает и в храме пусто.

Юная леди задумалась, а у него в груди всё сжалось в ожидании ответа. План созрел так же быстро, как Сандор осознал и всё прочее. Нужно было лишь согласие, лишь простое «да» и тогда он точно будет знать, что делать

— Вы правы, отче. Едем.

Господь есть.

Сандор быстро шёл по особняку, юная леди — чуть позади, и безумно улыбался. Бог остался с ним, наивный глупец, как он мог так подумать! Просто отвернулся на время, даруя сыну Своему возможность решать самому. Как только Он увидел, что тот не справляется — сразу же решил помочь.

Лилиан не могла так просто появится и перевернуть его мир с ног на голову. Господь специально связал их между собой, чтобы Сандор мог учиться и учить. Для этого нужно спасти леди Блэр от грязи этого дома, а единственный способ — увести её прочь. Спрятать от всех, укрыть, защитить, не позволить пачкать светлую душу! Раз Лилиан согласна, то и Бог согласен!

Сандор заберёт Лили под свою опеку и благодать, исцелит её.

Всё так и по-другому быть не может.

Ведь если Сандор отрёкся от Господа даже на пару часов, то Господь не смог оставить заблудшего и обозлившегося слугу Своего. Он послал ему знак — Беса, последний шанс узреть происходящее и осознать, что только что чуть не натворил. Послал радостную улыбку Лили и облегчение на её прекрасном лике. Бог любит своих детей, а родители никогда не оставляют ребёнка, чтобы тот не натворил. Мать всегда увидит даже в убийце маленького мальчика, а в куртизанке — плачущую девочку. Так же и с отцом. Сандор сейчас раскаивался — последняя воля Твоя, Господи. Он заберёт Лилиан себе, раз Ты дал ему право выбирать.

Всегда проще отдать свою жизнь кому-то в руки, чем распоряжаться ею самостоятельно.

Пусть Бог отвернулся от него, Сандор вновь завоюет Его любовь и благословение.

Ветер не старался сорвать их прочь с лошадей, он вообще пропал. Не скрипели в лесу деревья. Мир поглотила тишина — такая же, как царила внутри у Сандора. Он ещё этого не понял, не смог принять, но любые чувства, которые испытывал за этот вечер, все они сводились к Лилиан так или иначе. Страх за неё, радость за неё, боль за неё.

Сандор смог убедить юную леди не брать своей лошади, поэтому Лили сидела впереди него, а он держал её так крепко, как только мог, чтобы не навредить. Где-то там, позади остались разговоры мужчин, окна проклятого дома, в который они больше не вернутся. Не он! Они! Сандор ликовал, не переставая улыбаться и нервничать — ещё совсем чуть-чуть и цель будет достигнута.

Глубокой ночью никто не спохватится леди Блэр, не посмеет потревожить её покоев. Все решат, что она спит, когда Лилиан будет обретать спасение. Дорога пролетела так быстро и незаметно, что Сандор даже удивился, въехав в Лондон. Мелькнули мимо дома и улицы, конь остановился у храма и альбинос первый слез с него. Хотел помочь девушке, но она справилась сама — и чего он вообще ожидал? До сих пор не готова принять чью-то помощь.

— Прошу Вас.

Лилиан вошла в дом Его, возводя взгляд к сводам. Люди всегда так делают — смотрят вверх, будто могут увидеть там Господа вместо великолепных фресок. Ещё немного, совсем чуть-чуть, Лили...

Оказавшись так близко, Сандор даже несколько растерялся, но спешно пошёл за юной леди. В храме царил сумрак, но даже темнота придавала ему некой величественности. Свечи горели ближе к алтарю, некоторые факела.

Нужно было решиться на самый последний шаг. Ещё одна вещь, которая сможет вернуть Сандору всё, что чуть не потерял. Всё складывалось неожиданно быстро, он сильнее нервничал и вновь принялся перебирать чётки.

Вот юная леди приближается к святыне, замирает и тяжело, шумно выдыхает.

— Мне нужно Вам кое-что сказать, леди Блэр, — голос Сандора дрогнул, он остановился в нескольких шагах от девушки и внимательно смотрел, когда Лилиан удивлённо развернулась.

Прелюдии не имеют смысла.

— Я люблю Вас.

Три слова эхом разлетелись по пустому собору, хлынули пульсацией крови в голове и прогремели учащённым сердцебиением.

— Ох, отче... — лицо Лили исказилось сожалением, Сандор всё тут же понял. Два тяжёлых, широких шага, и он рухнул перед девушкой на колени, схватив за тонкие запястья.

— Лилиан, Вы не понимаете! Это не просто слова, это воля Господа. Это Его знак, Его порыв, Его любовь, Ваше спасение! Вы выросли с еретиком под одной крышей, я понимаю это и мне так жаль, что Вам пришлось столько пережить, но всё это грязное отребье — оно даже не достойно Вашего взгляда, простого жеста или взмаха веера! Вы прекрасны, леди... Лилиан, вы само совершенство, пусть душа Ваша — потёмки, но есть в ней светлость и святость Его!

Сандор бормотал, кричал, сбивался и захлёбывался в чувствах. Тонул в них, сильнее сжимая хрупкие руки и не уставал поражаться, насколько чиста кожа Лили, насколько она нежная и гладкая.

— Отпустите меня! — вскрикнула юная леди, вырывая запястья из плена и отшатнулась в сторону, прижимая руки к груди. — Что вы делаете, отец Сандор, зачем Вы меня сюда притащили?!

Неужели она не любит его? Неужели не видит его боли и отчаяния?! Лили, прекрасная и чёртова Лили, как она может себя вести так, когда сам Господь предрёк их союз?!

Сандор поднялся на ноги, даже не стряхнув с рясы пыль и смотрел на девушку, не моргая.

— Мой отец никогда бы не допустил подобного! Я почти повенчана, ваше предназначение было выполнено! — дрожащим голосом продолжала юная леди затягивать удавку. — Вы — священник, как можно позволять себе подобное поведение?

Она уже злилась. Лилиан снова ощетинилась против него, показывая результаты плодов воспитания Виктором. Она злилась и боялась, была насторожена, а Сандор вздрагивал от звона витражей церкви, от рёва пламени, пожирающего святыню, от голосов в его голове, которые вновь принялись стонать и кричать.

Бог не мог поступить с ним так. Не мог так вознаградить за хорошую службу. Кому понравится страх в глазах той, к ногам которой мужчина готов сложить весь мир? Но если не Господь, то что или кто тогда дал им шанс на знакомство?

Ему хотелось и самому закричать, забившись в угол, погнать всё прочь и плакать, потому что все дети плачут, если им больно. Но разве он мог позволить себе такую роскошь?

Господь не отвернулся от него. Господа просто напросто нет.

— Почему... Почему Вы так смотрите на меня? — тихо спросила Лили, опуская руки. — Отче, я не узнаю Вас. Что случилось, что с Вами стало?

— Ничего.

Совсем хриплый, не его голос. Колючий, об который можно порезаться.

Но теперь Сандор знал, что ему есть ради чего жить дальше. Ради кого. Без Лилиан не будет смысла даже дышать, не будет ни-че-го. Плевать на её влиятельного отца и жениха, у священника есть чем заткнуть рты поганым знатным лордам.