Отдел 'С'

– "Уговорил." - ухмыляюсь я.

– А где же мой проводник?

– Он уже тебя ждет за дверью.

Эта операция прошла легче, чем я думал. Я подошел к двери его квартиры и мысленно приказал пожилому человеку выброситься в окно.

Когда мы спустились вниз, на улице столпились прохожие вокруг нелепо распластавшегося трупа, в темно-синем бархатистом халате, на асфальте.

Георгий таким же способом отправил на тот свет другого видного деятеля партии, ответственного работника международного отдела ЦК, заставив того выброситься с 12 этажа.

Генерал уже не очень мне доверял и, когда нас с Надей не было в отделе, приказал Георгорию еще убрать бывшего представителя ЦК, тоже занимавшегося когда то хозяйственной деятельностью.

Прежде чем это сделать, Георгий пришел ко мне.

– Ты уже все знаешь?

– Еще нет. Что произошло?

– Я имел разговор с генералом. Он приказал мне расправиться с еще одним деятелем партии.

– Нас уже в курс дела не ставят.

– Так я пойду...

– Ты получил приказ, иди.

– Да, я пойду исполнять. Я так воспитан исполнять приказы. Нечего на меня давить, я служу своей родине.

– А кто говорит, что ты не служишь?

– Вы так относитесь ко мне, как к врагу.

– Очень плохо, Георгий, что ты ничего не понял. Меняется жизнь и мы скоро сменим хозяев. Еще неизвестно, простят ли нам новые того, что мы творим сейчас.

– Мы выполняли приказ.

– Иди лучше, Георгий, иди...

Георгий не придумал ничего нового, а тоже заставил мужика выброситься из окна.

Газеты в недоумении, три одинаковых случая самоубийства, все повыпрыгивали из окон, уж не убийство ли это. Однако, следствие, наличие посторонних лиц в квартире во время самоубийства не установило. Все дела тихонечко закрыли.

Надя лупила в мою дверь своим кулачком.

– Михаил, открой.

Я распахнул дверь. Она ворвалась в квартиру.

– Они решили нас убить.

– Успокойся, кто они?

Надя расплакалась, прижавшись ко мне.

– Я подслушала, верхушка КГБ решила ликвидировать наш отдел, а ее активных участников убрать.

– Сейчас ты мне все подробно расскажешь. Сядь, соберись с мыслями и давай.

– Сегодня я задержалась с отчетом о добыче копий документов из японского посольства. Ты помнишь, необходимо было достать документы о действии японской стороны по поводу спорных островов с Китаем.

– Покороче, пожалуйста.

– Только вышла из управления и тут вспомнила, что не расписалась в журнале. Возвратилась обратно и тут мне показалось, что у генерала гости. Я под напряглась и... услыхала такой разговор.

– Товарищ генерал, ваши слухачи все ушли?

– Да, только что мне сообщили, что капитан Попельгейм ушла последняя.

– Мы пришли поговорить с вами о ликвидации отдела.

– Разве в этом есть необходимость?

– В связи с резким изменением обстановки в стране, будут трясти КГБ и его кадры. Некоторые отделы точно закроют, но мы бы хотели, что бы о вашем отделе не заикались. Все политические убийства и другие акции не должны выйти наружу. Эти уникальные люди, которые совершали все действия, должны исчезнуть.

– Но почему? Они могут пригодиться в других операциях, например, в заграничных.

– Слушайте, генерал. Во-первых, ваших слухачей мы изучили. Эти полуинтеллектуалы не являются фанатиками идей и весьма нестойкие люди. Во-вторых, разоблачение хоть одного из них, приведет к непредсказуемым последствиям, вплоть до уничтожения КГБ и крупным международным скандалам. В третьих, при аттестации отделов, только один перечень актов, приведет в шок всех и нам могут не простить свои, как мы расправились с их приверженцами. Вы поняли, генерал?

– Понял. Только не пойму, как вы мыслите их уничтожить? Все ваши попытки обречены на провал. Они же читают мысли любого убийцы появившегося рядом с ними.

– Вот поэтому мы и собрались здесь, что бы решить как...?

– Мне теперь даже появляться среди них нельзя, они тут же все раскроют.

– Вы с сегодняшнего дня переводитесь в отдел "Б", так что завтра вас не будет, а отделом временно командовать будет полковник Серебряков, старый хрыч пенсионного возраста.

– А как быть с обслуживающими. У каждого силовика был свой персональный оперативник.

– Этих уберем без напряжений. Дело надо убыстрить, поэтому мы подключаем сюда профессионалов со многих отделов. Кроме того, зам председателя КГБ обещает дать подмогу людьми из некоторых спец органов.

– Силы-то внушительные, но...

– Подскажите, какие у них слабые места?

– Их нет. Их может убить только не думающий робот. Может у КГБ есть какие-нибудь технические средства дистанционно влияющие на мозг?

– Увы, нет.

– Тогда посадите сто снайперов на крыши и пусть у нас появиться надежда, что хотя бы один из них попадет.

– Вы это серьезно?

– Вполне. Но есть еще один весьма привлекательный ход.

– Ну, не тяните.

– Это перессорить их друг с другом и естественно натравить. У нас уже был такой случай, когда майора Коровина чуть не отправили на тот свет.

– А если не получиться?

– Отправить на пароходе, на самолете, на чем угодно и взорвать их, но только чтобы рядом не было информатора.

– Это подходит, как раз для отдела "Б", где вы теперь будете работать. Давайте разрабатывайте операцию и естественно не в этом здании. Мы вас спрячем, что бы они не нашли.

– Тут я тихонечко убралась и сразу рванула к тебе. Что же нам теперь делать, Миша?

– В себе я уверен, а вот в тебе нет. Единственный вариант, это бежать. Естественно завтра мы сделаем вид, что ничего не знаем и придем на работу. Познакомимся с новым начальником отдела и будем готовиться бежать, запасаться документами и искать место на земном шарике, где нас не найдет сам черт.

– Георгию скажем?

– Не знаю. Надо- ли? Я просто боюсь, как бы он не сорвался.

– И все же, давай скажем. Как-никак он тоже должен быть убитым.