Отраженье
Шрифт:
С своею тачкой и тугой мошной…
Иди, проспись. Или иди, напейся.
Или умойся ледяной водой.
ПРОЗА
Объяснение
– Я спрошу тебя: “А что такое яблоко?”
– Ты начнёшь объяснять, но я не пойму: формы…ботаника… флористика… садоводство… живопись… графика… объём… физика… математика… геометрия… вкус… консистенция… цвет… запах – металлолом понятий и знаний, аксиом и теорем – свалка звуков…
– “Хочешь, я сама объясню тебе, что такое “яблоко”? “Яблоко” –
– “А что такое “образ”? – Спросишь ты у меня.
Разговор о себе
Есть у меня знакомый, который постоянно на меня обижается. Почему? – Не знаю. Судите сами.
Недавно он меня спрашивает: “Я могу пригласить Вас в кино?”.
Я подумала, подумала и решила: наверное может. Что и высказала вслух. Но вот чего я никак не могу понять, так это грандиозного скандала, последовавшего за моим отказом идти с ним в кинотеатр. Но ведь он и не спрашивал меня: пойду ли я с ним…
А на днях он заявил, что решил жениться и добавил: “Вы ничего не имеете против?”.
А что я могла иметь против? Что я ему – мама, папа, бабушка, любимая двоюродная тётя…? Взрослый человек решил жениться и пусть себе жениться. И я ответила, что буду этому очень рада.
И что, Вы думаете, было дальше? Да. Дальше был большой скандал, когда он пришёл с цветами и паспортом и, вдруг, обнаружилось, что в ЗАГС он собирался идти со мной.
Теперь он перестал со мной здороваться. А за что?
Бессонница
Устав от длинных монологов своей Бессонницы я впустила в комнату Ночь.
Она вошла через открытую балконную дверь грохотом шоссе и базарными выкриками круглосуточного киоска и склонилась над моим изголовьем.
Мне стало не по себе под нависшей глыбой, пронизанной россыпями звёзд, тёмно-синей бездны и я притворилась, что сплю.
Ночь улыбнулась моей маленькой хитрости и ласково провела своей прохладной рукой по моему лицу. Мне захотелось потянуться, зевнуть, свернуться калачиком…
А что же Бессонница? Утром, когда проснулся Будильник, её уже не было. Может быть Ночь увела её с собой, чтобы скоротать Время.
Размышление
Бог един и Имя Его не произносимо.
А звук, сотрясающий пространство подобен клочьям пены в полосе прибоя, что ни есть ни море, ни земля, ни нечто среднее между ними.
Что суть отдельная сущность, но и не имеющая отдельного бытия вне этих двух стихий или не в месте соединения (разъединения) их.
Существуя в их сосуществовании, она и есть, и нет, растворяясь и возобновляясь в каждое новое мгновение.
Где есть человек, там есть и звук-обозначение.
Но там, где Бог – там есть лишь одно Вечное, вне звуков и понятий земного.
Инициация
Эта сеть была делом всей его жизни. В её хитроумных переплетениях, подчас, не могли разобраться даже самые умные из его сородичей. И сейчас, перебирая каждый узелок, каждую ниточку сети, он был доволен собой. Нет, не зря прожита жизнь.
Каждый день сеть собирала столько добычи, что хватало и ему и всем его собратьям. Прошли те времена, когда ему приходилось по 15-20 раз в день плести новые сети и с болью смотреть, как они разрываются. А, главное, теперь у него были ученики. Восемь
учеников. Со временем, они освоят плетение изобретённых им сетей, и тогда голод навсегда покинет эти края.Он размечтался и, неожиданно для себя, задремал. Разбудило его сильное качание и подёргивание сети. Сердце сжалось от недоброго предчувствия. Обрывая и путая левые сигнальные цепи и тяжёлые ведущие канаты, к нему приближались два чудовища. Он замер от ужаса. Но гиганты его даже и не заметили. А сети больше не существовало. Они прошли через самую середину, через сердце его сети, в один миг уничтожив заботу, муку и радость всей его жизни.
Тяжёлая безысходность сковала всё его тело, каждый суставчик… И, вдруг, в пустоте сознания, мелькнула мысль. Мелькнула острая как молния, на минуту угасла и вот уже вновь забилась, завладела всем его существо, заставила его содрогнуться своею жестокостью и простотою – это была мысль о мести.
Он сплетёт сеть для этих чудовищ. Он сплетёт такую сеть, что им не разорвать. Главное не горячиться, всё хорошо обдумать и найти их наиболее уязвимое место. А возможно, в будущем, им удастся найти применение, может даже оказаться, что они пригодны в пищу… Воодушевлённый новыми мыслями он созвал учеников, и закипела робота…
А здесь неплохая малина – сказал мужчина, выпрямляясь и стирая с лица паутину – только много пауков. Что ж – ответила, смеясь, женщина – наше счастье, что они ловят всего лишь насекомых, представляешь, что было бы, если б они начали охоту на людей?
Муравьи
Сначала появились муравьи. Очень маленькие рыжеватые муравьи, не вызывающие у Жителей ни особых эмоций, ни особого удовольствия.
Столицы, крупные города, городки – постепенно муравьи завоёвывали всё новые и новые форпосты. С ними пытались бороться. Но тысячелетний инстинкт, отлив себя в цепь взаимосвязанных разделений труда и функций, служил надёжной защитой маленьким пришельцам.
В неравных битвах с Жителями гибли фуражиры – добытчики пищи, маточные же гнёзда были сокрыты в глубинах крупноблочного строительства.
Потом начались эпидемии. Странные непонятные эпидемии с тяжёлым исходом.
Высокоразвитая медицина была бессильна. Эта почтенная и почитаемая практическая наука давно уже перешагнула ту черту, когда от каждой болезни знали одно-два, максимум три средства, плюс их различные комбинации.
Техническая революция, введя в оборот миллионы новых средств и названий, оказалась для многих жрецов от медицины блюдом неудобоваримым. Следуя одному из известных законов Исаака Ньютона: “Сила действия = силе противодействия” они выдвинули, в качестве основного медицинского принципа, постулат: организм способен сам справиться с большинством болезней, надо только его долго и правильно уговаривать.
Хотя каждому более-менее разумному существу было понятно, что подоплёкой такого подхода была всего-навсего практика школярства: полный отказ выучить хоть какую-то часть домашних уроков при очень большом общем объёме домашнего задания.
Но эпидемии ширились – организмы, как их ни уговаривали (и все вместе, и каждый по-одиночке), не справлялись. Старая медицина уходила в забвение, новая – только выкристаллизовывалась в узко избранных сферах. Люди умирали.
– Опять эти муравьи! – в сердцах воскликнула Женщина – Сколько это может продолжаться? Ты же обещал мне.