Отражение

— Перестань, — процедил Хибари. — Я же сказал, чтобы ты не поддавался на его провокации.

— Отец, убей его… — словно не слыша его, сказал Катсу, скребя окровавленными пальцами по полу. — Пусть я умру, но я заберу его с собой. Убей его!

— Я не могу, — тихо ответил Кея. — Не могу.

Мукуро от удовольствия даже прикрыл глаза. Когда речь шла о вовлечении в план людей, все нужно было просчитать до малейших деталей, но даже в этом случае была опасность того, что все рухнет, словно карточный домик — человеческий фактор никогда нельзя было просто скидывать с весов. Но он все правильно рассчитал, все шло как по маслу, и даже незапланированные пункты его плана все равно послужили на благо делу.

Он поднялся на ноги и небрежно приобнял Хибари за плечи, проигнорировав, как тот ощутимо напрягся, заставляя себя невозмутимо стоять, а не бежать без оглядки куда подальше.

— Ты действительно стал очень сильным, — откровенно произнес Мукуро. — У тебя и впрямь безграничный потенциал. Признаю, что в открытом бою я бы проиграл тебе, но ведь битвы не всегда разрешаются грубой силой. — Он с нескрываемым довольством заглянул в мрачное лицо Кеи и тихо рассмеялся. — Я победил тебя восемнадцать лет назад, воспользовавшись твоей слабостью, и сейчас все повторилось. Это ведь и называют судьбой? Или злым роком — если тебе так будет спокойнее.

— Может быть, хватит уже чесать языком?

— Твоя правда, я сказал все, что хотел. — Он наклонил голову и коснулся губами его шеи. Хибари судорожно отдернулся. — И как это понимать? — нахмурился Мукуро, буквально впиваясь пальцами в его плечо.

— Не здесь, — отозвался Кея, не глядя на него, и Мукуро бросил быстрый взгляд на Катсу. Тот, похоже, только пришел в себя от бесконечных рыданий и с ужасом смотрел в их сторону, не в силах вымолвить и слова.

— Так ты печешься о своем сыночке? — протянул Мукуро, язвительно улыбаясь. — Ну, ты можешь не беспокоиться на его счет, в этом плане Катсу тебе перегнал. Даже может научить тебя многим… интересным вещам.

— Заткнись! — закричал на него Катсу. Невидимые путы врезались в кожу, тянули вниз, мешая вцепиться в горло человеку, ставшему вмиг ненавистным. Перед глазами плыла алая пелена, и кровь словно билась в жилах с удвоенной скоростью, настолько была велика его отчаянная злость. — Никогда не прощу тебя! — прошипел он в бессильном гневе. Стискивалась цепь, связующая его с Мукуро — цепь, которой он совсем недавно гордился и восхищался, — и все его жалкие потуги остались бесполезными, став лишь очередной демонстрацией того, насколько Мукуро серьезен в своих решениях и действиях.

— Не смущайся, нет ничего плохого в умении раздвигать ноги, мог бы поучить несговорчивого отца. Мне интересно, каково это: спать с убийцей своей матери?

— Перестань, — резко осадил его Кея, и его тон очень не пришелся по вкусу Мукуро.

— А ты попроси меня. Или, может, мне начать с него? — Мукуро дернул Катсу за шкирку, как какого-то котенка, и рванул воротник. Пуговицы запрыгали по полу, сыплясь с рубашки, и Катсу вцепился в его руку, сопротивляясь.

— Отпусти его, — шагнул к ним Хибари, привычно дергая рукой по направлению к тонфа.

— Это требование или смиренная просьба?

Хибари стиснул зубы и медленно выдохнул.

— Я… я прошу, отпусти его, — с огромным трудом выдавил он, прожигая его убийственным взглядом.

— Неубедительно, — пожал плечами Мукуро, наслаждаясь своей властью над, казалось бы, непокорным никому человеком, и кивнул на пол. — Может, встанешь на колени?

— Я же сказал, что ты получишь все, что хочешь, так что отпусти его, — процедил Хибари после долгого молчания.

Мукуро разжал пальцы, бросая Катсу, и вернулся к нему.

— Ничего, пока достаточно. Над послушанием мы еще поработаем, — пообещал он и пригласительным жестом указал на дверь. — Пройдем. У нас целая ночь и утро перед прибытием Савады, не хотелось бы провести это время впустую.

Хибари нерешительно замер, смотря в сторону выхода, и его нежелание следовать туда читалось на лице. Кое-как пересилив себя, он направился к двери, и Мукуро, обняв его за талию, двинулся вместе с ним.

— Отец… — горько выдохнул Катсу. Перед глазами так и вспыхивал момент, когда отца тошнило в кинотеатре Кокуе, как ему было дурно при одном только воспоминании, и теперь… — Отец, не идите, прошу.

— Просто сиди спокойно, Катсу, — на мгновение остановившись у порога, бросил через плечо Кея. — Все скоро закончится.

— Ну, на скоро я бы не рассчитывал, — посмеялся Мукуро и поднял руку в знак прощания. — Не скучай, Кота.

Дверь захлопнулась, оставляя Катсу в одиночестве.

Хибари медленно перевел дух, готовясь к самому страшному, и потянулся к карману. Мукуро его опередил, бесцеремонно залез в пиджак и вытянул пузырек с таблетками.

— Это тебе больше не понадобится, — хмыкнул он, выбрасывая его в строительный мусор. Кея не стал возражать, но он лишился последней точки опоры. Сам факт принятия антидепрессантов успокаивал его, а сейчас… Сейчас они были нужны как никогда раньше.

— Ведь можно обойтись без этого, — сказал он, цепляясь за любую возможность избежать воплощения в реальность своих ночных кошмаров. — Я нужен тебе, чтобы подобраться к Саваде, на том и сойдемся.

Мукуро ушам своим не верил. Что за нелепая попытка отбиться? Этого он никак не ожидал. Что только не вытворяют люди, попавшие в отчаянное положение.

— Надеюсь, ты сам понимаешь, какую чушь наплел. Конечно, я воспользуюсь твоим телом, чтобы уничтожить Саваду, но перед этим просто воспользуюсь. Кея, ты потерпел поражение, смирись с этим.

Хибари скосил на него ничего не выражающий взгляд.

— Пока я жив, я не проиграл, — ответил он, и Мукуро не сдержал восхищенного возгласа.

— Вот как! Я, вроде бы, знаю тебя едва ли не лучше себя и, судя по тому, что мой план сработал, действительно знаю очень и очень хорошо, но ты всегда умудряешься чем-то меня удивить. Мне это так нравится.

Они спустились вниз, в подвальное помещение, и с каждым шагом Кее становилось все более дурно. Мукуро буквально тянул его вперед, потому что на Хибари находило какое-то странное оцепенение. Ему не хотелось этого признавать, но он был близок к панике.

Мукуро открыл перед ним дверь, но Хибари отступил назад.

— Не хочу, — признался он, напряженно глядя в полумрак комнаты. Все это до дрожи напоминало ему прошлое.

— Знаю, — пожал плечами Мукуро. — Но придется. — Он легонько подтолкнул его вперед, и Кея вошел, чтобы опять застыть недалеко от порога. Он смотрел на единственный предмет мебели в комнате и понимал, что его начинает штормить.

Мукуро без всяких предисловий дернул его за галстук, притягивая к себе, и потянулся к его лицу, но Хибари опять увильнул, отвернувшись от него.