Ожоги
Шрифт:
Собираясь в школу, девушка чувствовала небольшую тяжесть в душе, но оно и понятно. Сегодня, кстати, Матвей собирался познакомить Антонову с Лехой. Не сказать, что девушка горела желанием, но не отказывать же. Лиза не могла перестать зевать, и Вяземский поинтересовался, чем таким она занималась ночью, раз не выспалась. Блондинка промолчала, окинув того недобрым взглядом.
В школе, как и обычно, Лиза была с Ником, но, несмотря на то, что спать друзья легли в одно время, парень выглядел куда бодрее своей подруги. К счастью, по расписанию не было ни русского, ни физры. На данный момент у девушки не было урока, ну, точнее у ее группы по английскому, и блондинка сидела на подоконнике одна. За что она ненавидела школу, так это еще и за то, что они с другом были разделены на английском. Конечно, парень мог не пойти на урок и остаться с подругой, но у Никиты выходило много двоек, и потому, на урок Антонова отправляла его чуть ли не пинками. К ней подошла Рита, присев рядом, но не говоря ни слова. Лиза тоже не спешила начинать диалог. После той
– Чего тебе? Если пришла поговорить, то говори, а не сиди тихо, как рыба. – фыркнув, блондинка скрестила руки под грудью, кинув косой взгляд в сторону Риты.
– Ты выглядишь слишком убитой. Не выспалась или случилось чего? – нет, ну вы это вообще слышите? Карасина интересуется, что с Лизой не так. Наверное, скоро точно мир перевернется.
– С каких это пор тебя это так сильно волнует? Мы до драки-то толком не общались, а после нее вообще перестали пересекаться.
– Мне просто стало интересно. – кстати говоря, сама Маргарита тоже выглядела не лучшим образом. Девушка сильно похудела, щеки впали, а яркая косметика сменилась тональным кремом, который скрывал черные синяки под глазами девушки. – Знаешь, Антонова, говорят, что иногда заклятый враг – может оказаться твоим единственным лучшим другом. Я ни на что не намекаю, но мне просто нужно с кем-то поговорить. После драки от меня отвернулись друзья, а проблем вне школы навалилось столько, что сил уже просто нет…Поговорим? – Рита исподлобья взглянула на Антонову, а та лишь обреченно вздохнула, одобрительно кивнув головой. – Неделю назад у меня умерла мать. Разбилась в аварии. Отца сократили на работе, и он начал пить. Дядя, конечно, помогает мне, но этого недостаточно. Я пыталась искать подработки, но меня никуда не берут, остается, разве что, в проститутки пойти. – печально усмехнулась рыжая, закрыв лицо руками. – Девочки посмеиваются, говорят, что они между собой называют меня «Фингалом». Самое обидное, что мне реально не с кем об этом говорить. Я всегда старалась держаться за эту школьную популярность, не думая о том, что однажды это может обернуться вот так. Я правда доверяла им, рассказывала свои секреты, помогала, если нужно было, а они…Почему так? Почему твой Васильев вечно с тобой, как хвостик, хотя, по сути, давно бы уже забил на тебя? Серьезно, он парень видный, и тем не менее, мне кажется, вы с ним огонь и воду вместе прошли…Вместе. Почему кому-то везет с друзьями, а кто-то…я… Знаешь, Антонова, мама мне часто говорила: «Никогда никому не завидуй, зависть тебя сожрет». Но как тут не завидовать, если у меня теперь блять, ничего нет? – опустив голову, Рита, шмыгнула носом, пытаясь унять выступившие на глазах слезы.
– Я искренне тебе сочувствую, Рита. Потерять родителя – это ужасно, невыносимо и очень больно. Особенно, если этот родитель тебя очень любит. Я сама чуть было не потеряла отца, не знала, выживет он или нет…
– Обошлось?
– Да.
– Это хорошо. Я рада за тебя…
– Что же касается остального… Знаешь, идти в проститутки – это не самый лучший вид заработка. По опыту говорю. Выход должен быть. Я уверена, что у тебя все наладится рано или поздно, главное – это не опускать руки и не пускаться во все тяжкие. А друзья – это дело такое, сложное. Люди гниют, оставаясь живыми. Мы часто ошибаемся в людях, иногда, даже повторяем эту ошибку не раз. Думаем, а вдруг, одумаются? Прощаем, а нас предают снова. Не знаю, может, мне просто повезло, но в Никите я уверена на все сто процентов. Знаю, что он не уйдет, не оставит в трудной ситуации, даже, если эта ситуация – лютый пиздец. Порой, мне кажется, что мы отдаляемся друг от друга, и это, к сожалению, не его вина. Я дорожу им больше, чем кем-либо другим, потому что он и правда, единственный, кто всегда был со мной в трудную минуту. Но вместе с тем, я все же отдаляюсь от него. Понемногу, но это происходит. Очень трудно поддерживать дружбу, когда у тебя есть парень, а твой друг – любит тебя. Я действительно не хочу отдаляться от него, а уж тем более, терять, но как это сделать…
– Дура ты, Антонова. Была бы с ним и не парилась о каких-то других парнях, но вечно ты себе проблем на задницу ищешь. Вот так посмотришь на тебя, со стороны одноклассницы – обычная отличница, а как разговаривать с тобой начнешь, так сразу как-то слабо верится в то, что ты вообще можешь быть человеком, который посещает школу. Да даже после той драки, я просто задалась вопросом: «И эта девушка, в самом деле, отличница?». Возможно, у меня просто неправильное представление отличников. Но оно и понятно, да? Сейчас фильмы посмотришь, они там все как под копирку. Зажатые, стремные, живущие одними учебниками, ха. Но они ведь тоже люди, и так, почему не могут жить обычной жизнью, как и все мы, но просто совмещая это с учебой? Вот ты, Антонова, как все это успеваешь?
– Делаю домашку ночью. Если повезет, успеваю поспать. Но в последнее время, мне как-то не до этого было, потому делала только письменные, чтобы совсем уж не заваливать себя. На удивление, но с тобой, в самом деле, можно нормально поговорить. Я удивлена.
– Кажется, у нас обеих были неправильные доводы друг о друге, да? И еще, ты извини за то, что я тогда о Никите наговорила, ладно?
– Нет. Этого я никому бы не
простила, но, скажем так, я не буду против поболтать, если тебе это будет нужно.– Что ж, справедливо. Ладно, я…пойду, наверное, в столовую. Не хочешь со мной? – Антонова отрицательно качнула головой, и Рита ушла.
После английского, девушка направилась в кабинет, где должен был проводиться следующий урок, но к огромному удивлению, столкнулась в коридоре с Аленой. Какого черта она делала в школе, Антонова не понимала. Точнее, у нее были мысли на этот счет, но она сомневалась в их действительности. Шатенка, заметив девушку, посмотрела на нее крайне агрессивно, отчего блондинка даже сделала шаг назад. Однако вздохнув, Алена спокойным шагом направилась в сторону Лизы. Она поздоровалась, приветливо улыбаясь, но Антонова не спешила отвечать ответной улыбкой. Девушка поинтересовалась, может ли она ей помочь, и шатенка согласилась.
– Не могла бы ты показать, где там ошивается мой бывший муженек?
– Бывший? – Лиза сделала вид, что и правда, искренне удивлена услышать такое, на что Алена лишь грустно кивнула. Вообще, увидев ее эмоции, девушке стало немного, но все же жаль бывшую жену Матвея. Было видно, что она его любит несмотря на то, какое он едкое дерьмо. Но, впрочем, у Лизы ситуация не лучше. Она тоже любит его, хотя в самом начале, была непоколебима и свято верила в то, что она его ненавидит. Но как быстро же все может измениться, неправда ли?
В молчании, Антонова проводила Алену к тренерской, но прежде чем пустить ее туда, заглянула в помещение сама. Матвей, конечно же, был там. Брюнет сидел на стуле, закинув ноги на стол, играя в телефон. Вот ведь черт, а не учитель. Прокашлявшись, дабы обратить внимание учителя на себя, блондинка сообщила ему о том, что пришла его жена. Не дожидаясь какой-либо реакции Вяземского, девушка захлопнула дверь, поспешив уйти, наспех попрощавшись с Аленой.
Ей просто не хотелось видеть его реакцию на это, потому что она боялась узнать, какой она будет. Да, сейчас он с ней и у них все хорошо, но кто же знает, как все может поменяться. Что будет после того, как он поговорит с женой? Черт его знает. Мыслей было так много, а желания их разгребать – на нуле. Голова болела, хотелось спать, плюс ко всему, начинало тошнить. Остановившись у окна, блондинка сделала вдох, а после выдох, чтобы успокоиться. В последнее время она часто нервничает, что точно не идет ей на пользу. Со спины к ней подошел Васильев, аккуратно обняв. Сначала девушка вздрогнула, но почувствовав родные руки, выдохнула с облегчением. Прижавшись спиной плотнее, Лиза просто смотрела в окно, отбросив все мысли на задний план.
– А я двойку исправил. – сказал Ник, зарываясь носом в волосы подруги. Ему нравилось обнимать ее вот так, потому что кроме него, девушка никому не разрешала так делать. Она вообще боялась кого-либо подпускать к себе со спины, но Нику доверяла полностью, делая для него множество исключений. Он так возится с ней, как с проблемным ребенком, потому, думаю, он это заслужил. Заслужил делать то, чего нельзя остальным.
– Молодец. А я встретила жену Матвея. Она искала его, пришлось проводить. Как думаешь, зачем она пришла? Вернуть его? Мысли об этом меня просто бесят, но вместе с тем, не могу перестать думать об этом. Это ужасно, Ник. – прохныкала Лиза, и Никита развернул девушку к себе лицом, взяв за подбородок и смотря в глаза.
– Ты знаешь, что не очень корректно говорить о своем парне, когда тебя вот так обнимает другой парень? Ты забыла о правиле моментов? – два взгляда, встретившиеся лицом к лицу. Серые взгляд девушки был устремлен прямо в голубые глаза Ника, словно луна освещала ледники холодной Антарктиды. Хотелось отвести взгляд, но Антонова не могла это сделать. Это бы очень обидело его, чего ей совсем не хотелось. Она не забыла, просто…так вышло.
– Я помню о нем, просто отвлеклась и… – заметив, что тень грусти все же скользнула по лицу Васильева, Лиза положила свои руки на его щеки, и привстав на носочки, аккуратно поцеловала, поддавшись чуть вперед. Это не было долгим поцелуем, секунд пять, не больше. После этого, блондинка опустилась и твердо стоя на ногах, обняла друга, прижавшись к груди. – Ты же знаешь, я люблю тебя куда больше, чем Матвея, не злись. Ты нужен мне сейчас больше, чем кто-либо в этом мире вообще. Я так часто делаю тебе больно, что мне от самой себя порой противно. Не заслуживая такого замечательного друга, как ты, я все же с тобой, но…прости. – в уголках глаз выступили слезы и Антонова прикусила губу, стараясь их удержать. Она не могла больше смотреть ему в глаза, потому просто стояла, обнимая так, чтобы парень не видел ее лица.
Погладив подругу по голове, Никита лишь вздохнул. Их дружба заходит так далеко, что порой он просто не понимает Лизу. Не понимает ее поступков, эмоций и мыслей. В такие моменты ему кажется, что перед ним совершенно другой незнакомый человек. Может, она просто запуталась сама в себе? Вероятно, так, но он не может ей помочь, если она сама того не просит. Именно в этом, он не сможет ей помочь. Признаться, шатен хотел, чтобы именно сейчас эти объятия увидел физрук. Возможно, тогда бы, он расстался с Лизой и Антонова снова была бы свободной птицей, не думающей о том, что же делать с нашим дорогим Матвейкой. Нет, он хотел даже большего. Никита хотел, чтобы физрук вообще никогда не появлялся в ее жизни. Перемены в Антоновой начались именно после встречи с ним, что Васильеву совсем не нравилось. Он собирался поговорить о ребенке, но эту мысль оборвал звонок на урок, и ребятам пришлось пойти в класс.