Пациентка

– Конечно, важно. В случае остановки сердца – врачебная ошибка, а в случае смерти от черепно-мозговой травмы – спишут на последствия аварии.

– Хорошо, пусть причиной будет ДТП, хоть врачи не пострадают, – смиренно сделала выбор Вольная.

– Это была шутка. Я признаю, что чувство юмора у меня своеобразное. Какая остановка сердца то? Во-первых, возле тебя толпятся, действительно хорошие лекари. В моё время таких не было, может и не гнил бы сейчас в аду. Во-вторых, ты разговариваешь с демоном из кельтской мифологии и искренне полагаешь, что у тебя всё в порядке с головой. Конечно у тебя черепно-мозговая – довольный собственной рассудительностью, Балор изобразил подобие улыбки. Получился хищный оскал.

– Посмотрел твоих бывших кавалеров. Ты их в аду, что ли находила? Да, даже кто-нибудь из моих «коллег» фоморов, кажется, лучше будет. Некоторым повезло больше, чем мне с внешностью. Правда, ты к нам – то не попадешь, если умрешь, так и будешь болтаться между мирами, пока не перевоплотишься. А то я бы тебя сосватал.

– Зря, вас ангелы отправили ко мне. Вдруг, выживу, и будет стимул творить зло. Теперь у меня в аду есть свой сводник и потенциальные женихи, – развеселилась Вольная.

– На что только вы люди не пойдёте ради любви! Даже в преисподнюю готовы спуститься, – опять оскалился Балор. Зрелище было устрашающее, если не знать, что он так улыбается. Разговоры с демонами, оказывается, очень опасны. Чудовище расположило её к себе настолько, что грань между добром и злом, демонами и ангелами начала стираться в сознании девушки. Вольная поймала себя на мысли, что считает его мудрым и неплохим существом. Или это опять проявлялось её неумение разбираться в людях, которое распространяется и на сущностей из других миров. Неужели её так легко обмануть? Она хотела задать вопрос, но не понимала, стоит ли просить совета у демона. Решив, что странно было бы не воспользоваться такой возможностью, всё-таки спросила.

– Может, посоветуете, где мне встретить хорошего человека, на случай, если я останусь жива? А может я его уже встретила.

– Хорошего человека? Я таких людей не знаю. Кстати, по заверению ангелов таких людей не существует. Старец говорил о родственных душах. Наверно тебе необходим такой, но я точно не собираюсь определять, кто тебе нужен. Это твоя задача.

– У меня не получается делать правильный выбор. Я постоянно ошибаюсь.

– Послушай, все кого ты встречаешь в жизни, зачем-то тебе нужны. Кто сказал, что люди, которые причиняют тебе боль – лишние. Они способствуют твоему развитию. Позволь себе делать ошибки и отвечай за свой выбор сама. Ты пытаешься переложить ответственность на меня. Ты спроси ещё: «Когда я выйду замуж и встречу свою любовь?» Не думал, что я похож на гадалку с хрустальным шаром и картами таро.

– То есть готовых решений не будет?

– Нет. Это было бы слишком скучно и для тебя тоже. А так считай, что ты проходишь квест. После долгого процесса испытаний, обретешь родственную душу.

– Что-то квест в стиле хорор почему-то, – заметила Анна с иронией в голосе.

– Поиски любви чаще похожи на мелодраму, но моё появление немного подкорректировало жанр, я согласен.

Беседу прервал странный шорох. Погода была безветренна, поэтому уповать на то, что это шелест травы не приходилось. Демон пригляделся и заметил, как кто-то прошмыгнул между двумя огромными валунами. Балор протянул руку за камень и за шкирку вытащил черного кота с темно-зелеными глазами и длиннющим хвостом. Животное зашипело от неожиданности и, извиваясь всем неестественно тонким телом, пыталось вырваться.

– Какой милый котик, – сказала Вольная, посмотрев на взъерошенного зверя. – Испугался маленький?

– Любишь кошек? – поинтересовался Балор.

– Да, конечно.

– Это мой слуга выполз за мной и принял вид кота, чтобы расположить тебя к себе. Ему оставили способность к перевоплощению, – с завистью сообщил демон. Впрочем, тебе пора.

– Куда?

Балор не ответил, проворчал что-то, обращаясь к псевдокоту и тяжело ступая огромными ногами, пошёл в сторону горы. В том месте, где он проходил, осталась вдавленная в землю трава. Слуга вился у него под ногами, и по быстрому шевелению кошачьей челюсти было понятно, что он болтает.

Вольная открыла глаза и увидела перед собой лицо женщины в медицинской маске. Анна ещё оставалась под впечатлением своего странного путешествия и вскрикнула от неожиданности.

– А вы кто? Ведьма что ли? Все, я умерла? – засыпала вопросами незнакомку пациентка.

– Ну, спасибо. Вытаскиваешь её с того света, а она тебя ведьмой обзывает, – обиженно заметила Виктория Петровна, – Вы, слышали, Сергей Алексеевич, какие у нас благодарные спасенные.

Губ Сергея Алексеевича не было видно из-за маски, но судя по морщинкам в уголках глаз, он улыбался.

– Простите, пожалуйста, просто у меня были какие-то странные видения, и я не поняла, что уже очнулась, – осознав, что находится в больнице, извинялась перед врачом Вольная.

– Ничего страшного. Меня и похуже называли, – усмехнулась нейрохирург. – Особенно мои практиканты, когда я зверствовала. А что за видения?

– Да, ничего особенного. Какой-то бред – не стала делиться своими играми разума пациентка.

– Такое бывает, последствие черепно-мозговой травмы. Исследование на аппарате МРТ показало, что всё-таки проблемы не только с ногами. Хорошо, что вовремя обследовали, а то могли принять неправильное решение без этих данных. А неправильные решения слишком дорого обходятся. Мне помог Сергей Алексеевич без него, я бы вас не спасла.

– Я знаю, – забыв о том, что объяснения её знаний тянет на переезд психиатрическую клинику, откликнулась Анна.

К счастью, врачи не заметили её замечания и уже обсуждали методы лечения. В реанимацию заглянула Екатерина, которой о благополучном исходе сообщила вышедшая в коридор ассистентка нейрохирурга. Убедившись, что всё действительно в порядке, она зачем-то рассказала сплетни о личности водителя внедорожника, из- за которого произошла авария, Вольной. Виктория Петровна и Сергей Алексеевич увлеченно разрабатывали план лечения, им нужно было уделять внимание и проблемам с ногами, и черепно-мозговой травме.

Анну мало интересовала жизнь того парня, он то отделался царапинами и наверняка продолжил свое обычное существование. Возможно, уже и забыл об этом неприятном эпизоде в своей жизни. В общем, думать о нём не хотелось. Анна поймала себя на мысли, что ей, как и Балору, понравилась Виктория Петровна. В ней была какая-то уверенность и величественная красота. Она казалось, доминировала даже над Сергеем Алексеевичем, а он был явно ни забитым и робким мужчиной. Екатерина же не давала пациентке сосредоточится на своих мыслях и высказывала своё негодование тем, что «распоясался молодняк», хотя сама была старше того парня на три года. Как относится к Екатерине, Анна ещё не определила, но та точно умела развлекать пациентов беседой и часто обращалась к ним с ласковыми словами, наверно это был профессиональный навык, который она приобрела параллельно, работая в частной клинике, где услужливое обращение к клиентам играло большую роль.

– Солнышко моё, – подбадривала она Вольную, – ты обязательно поправишься! Смотри, какие у нас высококвалифицированные врачи. А этому моральному уроду, который гоняет на крутых тачках, купленных за счёт отца, уже ничего не поможет. И отца у него больше нет.

– Ну, про отца то не нужно, – заметила Анна, – Смерть близкого человека уж точно горе для парня!

– Да, кто его знает то! Может он только и мечтал о том, чтобы вступить в права наследования, – отпускала необоснованные комментарии медсестра.

– Екатерина, прекращай распускать сплетни, – одернула её Виктория Петровна, – пациентке нужен покой.

Обсуждения судьбы Вольной видимо закончились, и нейрохирург вклинилась в разговор.

– Ладно, пойду, а то сейчас ещё Сергей Алексеевич, начнет отправлять меня работать. Как обычно. Как будто при моей загруженности можно позволить себе прохлаждаться.

В уголках глаз у хирурга опять появились морщинки, но он промолчал.

Вольная поблагодарила врачей, но силы покидали её, и Виктория Петровна поспешила всех выпроводить.