Палач

– Трудно сказать. мулеты нам выдают раз в три года. Каждый год техники проверяют качество их работы,и последняя проверка была около полугода назад.

– Жольд, поднимите все дела, которые вел Шоттик на протяжении этого времени, - властно распорядился Корн. – Протоколы допросов, результаты вскрытий, данные по выездам… все, что есть. И проверьте там все до единого слова.

– Так точно, - вытянулся в кресле Жольд.
– Мы уже начали, шеф! Отчет будет в самое ближайшее время.

– Херьен, ваш напарник отстранен от дел,так что вся текущая работа в Управлении ляжет на ваше плечи, пока мы не отыщем замену.

– Так точно, господин Корн!

– Мастер Норн!

– Да?
– поднял на шефа настороженный взгляд Тори.

– Надеюсь, вам понятно, что на все время, пока проводится проверка, ни вы, на ваши коллеги, владеющие информацией по поводу амулета, не имеете права ее распространять?

– азумеется, господин Корн. Мне это прекрасно известно.

Нельсон Корн удовлетворенно кивнул.

– Хорошо. Жольд, где сейчас находится ваш второй маг?

– В отпуске. Приказ подписан почти три недели назад. Через несколько дней срок его отпуска подходит к концу. Но Шоттика в городе нет. Я ещё вчера отправил людей на Солнечную с предписанием доставить его в Управление, но пока безрезультатно. Имеет ли смысл объявлять его в розыск?

Корн на мгновение задумался.

– Думаю, шум пока поднимать не будем, – наконец, уронил он к вящему облегчению Жольда.
– Если ваш маг планировал покинуть город,то он еще не в курсе возникшей проблемы. Разумеется, при условии, что ваши люди не имели желания его об этом предупредить.

– Проверка на складе и в Управлении проводилась как внеплановая без уточнения причин, - качнул головой начальник городской стражи. – О результатах я объявил только сегодня. Всем сотрудникам вынесена официальная благодарность за хорошее испoлнение своих профессиональных обязанностей.

– Значит, все должно быть спокойно. Но ордер я все равно подпишу, а у дома на Солнечной оставьте наблюдателей. Возможно, все пройдет спокойно,и шумихи в прессе не произойдет.

Конечно. Зачем Управлению лишние проблемы? Идеальный вариант, если Шоттика повяжут тихо и незаметно, а затем так же тихо допросят и еще тише переправят в королевскую тюрьму, если факты фальсификации данных подтвердятся. Зная паскудную натуру светлого, я почти не сомневался, что Жольд, даже если и порывал его мелкие грешки, обязательно что-нибудь откопает. Так что, даже если у семьи Шоттика много денег и хорошие связи… а особняки на Солнечной кому попалo не принадлежат… то, прилипни у этого хорька на рыле хоть одна сомнительная пушинка, Корн его сожрет. Жольд с облегчением и радостью позволит это сделать, лишь бы отмазаться от всего этого дерьма.

Спустя еще две свечи, закончив с допросом, выписав ордер на задержание Шоттика и подписав все необходимые бумаги, мы благополучно вернулись на западный участок. Кэб довез нас до дальнего входа, откуда начиналась половина, отведенная для городской стражи. И именно там мрачный донельзя, вспотевший на несусветной жаре Жольд почти вежливо распрощался со мной и с Йеном. Норриди,так же вежливо ему кивнув, после чего все же позволил себе усталую улыбку и, наверное, впервые на мoей памяти вполголоса предложил отпразднoвать окончание долгого дня.

Я, подумав, решил не отказываться. И когда Норриди умчался на нашу половину за вещами, от нечего делать принялся прогуливаться вдоль здания. А услышав внутри невнятный шум, полюбопытствовал заглянуть, что происходит.

Как выяснилось, по дороге в свой кабинет Жольд споткнулся о забытые кем-то в холле вещи и теперь в своей манере выражал недовольство тем, что в его Управлении царит полный бардак. Сотрудники от греха подальше вещи быстренько убрали, посторонние из холла убрались самостоятельно. А когда шеф ушел,и внутри воцарилась блаженная тишина, я прислонился к стене возле тетки-регистраторши. И, решив, что дожидаться Йена в прохладном коридоре гораздо лучше, чем а раскаленной улице, вполголоса поинтересовался:

– И часто он у вас так?

– Да почти каждый день, господин маг, - вздохнула моя собеседница.
– То он орет,то посетители… какой здесь только швали не бывает. Намедни вон, опять пьяницу какого-то приволокли, который облевал нам весь коридор. Еще двое умудрились подраться прямо тут, у всех на глазаx. Когда закрыли нелегальный бордель, здесь еще и девицы легкого поведения толклись, галдя и благоухая в ожидании, пока их оформят. У вас-то, наверное, поспокойнее…– снова вздoхнула она, от нечего делать рисуя в журнале регистрации какие-то закорючки.
– Уволиться отсюда, что ли?

Я флегматично пожал плечами.

– Увольняйтесь.

– Да? пособие? – возразила тетка.
– Мне бы ещё годик тут посидеть, и уже на старость откладывать не надо.

Я удивленно на нее покосился. Какая старость? Тебе ещё жить и жить!

– Устала я, - неожиданно призналась регистраторша, отодвинув журнал.
– Каждый день одно и то же: люди, крики, писанина… а кому она нужна? Кто вообще смотрит эти журналы?

– А вы туда все записываете? – спросил я больше о скуки, чем от желания поддержать беседу. Йен все ещё задерживался – через линзу я видел, как он копошится в своем кабинете. А идти на жару не хотелось.

Тетка посмотрела на меня с искренним недоумением.

– Конечно. Кто пришел, к кому, когда… порой такие имена встречаются, что с первого раза и не выговоришь!

– Может, они вам врут, что их так зовут.

– А и ладно, - отмахнулась она. – Я их на амулете правды не проверяю. Поэтому не удивлюсь, если окажется, что половина из этих имен придумана. Вот, полюбуйтесь!

Женщина развернула ко мне журнал и перелистнула несколько страниц.

– Господин Кирстекунскаутасне! Ничего себе фамилия, да? Или вот: леди Гираофоурсим! Разве можно было так назвать человека?!

Я хмыкнул и ради интереса тоже взглянул на пожелтевшие страницы. И правда… кого там только не было. Посетители, просители, заявители. Даже даритель какой-то приходил, возжелавший отблагодарить Жольда бутылкой отменного вина за помощь в раскрытии дела, как он выразился, «о пропавшей бутылке».

К сожалению, что это за дело такое, тетка не знала – она всего лишь записала причину обращения со слов посетителя. Но после этого мне действительно стало любопытно,и я, убедившись, что Йен зачем-то уткнулся в сферу вместо того, чтобы идти на выход, взял со стола журнал.

На удивление, почерк у регистраторши оказался ровным и красивым, благодаря чему все записи читались без труда. Ни клякс, ни помарок там тоже не было, что и вовсе казалось удивительным. Ну и насчет необычных имен регистраторша оказалась права,и я немного развлекся, читая самые невероятные, фантастические и зубодробительные фамилии, которые только можно было придумать. К тому же, посетителей за день через журнал проходило немало,так что я прямо проникся сложностью работы женщины, вынужденной с утра до вечера,изо дня в день, записывать сюда всякую чушь, которую наверняка никто не проверяет.