Паладин. Том 2

— Не замечал подо… МУ-ХА-ХА-ХА!!!

С совершенно идеальным криком Степ упал вместе со стулом на пол. А я согнулся от смеха. Какой неженка, немного поржал — уже на пол падает! Степ быстро вскочил, и наставил на меня какую-то магическую стигму. Однако, когда я просмеялся, то даже не рыпнулся.

— Ну че ты там стоишь, Степ?

— Ты… Говоришь?

— Нет, блин, курлыкаю!

— Но… Все, кто подвергались проклятью книги, не могли говорить — они только кричали… или смеялись.

— Могу и поорать.

— Нет! Здесь библиотека, мы и так тут нашумели.

После этих слов он вновь сел за свои конспекты, а я углубился в чтение. В основном учебник превратился в бестиарий — он рассказывал мне о разных существах, которых можно вытащить при помощи спиритуализма. Хм, Жнец… Выглядит красиво. Жаль, у него привязка к Скелту, часто призывать не смогу. А что там по привязке к Маднесс? Хм… Иллюзорный двойник, как один из высших. Может принять внешний облик любого существа, и даже копировать некоторые способности. Ниже уровнем духовные шуты, ну и бесята. Хм… А у каждого еще и имена есть. Вон, например, Марбас[4]. Много чего может. Но лучше двойника звать — сильнее как дух.

Одновременно с моим решением я услышал хлопок закрываемой книги. Степ встал из-за стола, и со скоростью автоматического библиотекаря расставил книги на свои места. Я же аккуратно вернул учебник на место. Ну а после Степ закрылся в своей комнатушке и что-то строчил в бесчисленных тетрадках. Я в наглую качался посреди комнаты на кресле-качалке, и, судя по нахмуренным бровям и редким косым взглядам в мою сторону, нервировал Степа.

Я несколько задремал, и упустил момент, когда Степ направил на меня какой-то магический круг.

*

На вас наложен эффект: Облик Жабы.

Описание: Ну… ты жаба. Зеленая, в пупырышек. Чисто из жалости поменяла вкусовую карту, теперь мухи на вкус как конфетки.

Длительность: [данные запрещены]

*

— Кваааа?

Чегооо? Мир заметно уменьшился, и как-то… поменялся. Стоп, жаба… Ах ты сука!!! Я кое-как смог сфокусировать взгляд на Степе. Он с довольной миной продолжал строчить что-то в тетрадях. Ну ладно, падла. У меня есть владение воздухом, и я очень хочу отомстить. Эфирный шаг!

/взгляд со стороны/

Вечер медленно вступал в силу. Золотое закатное солнце уже почти коснулость своим краем горизонта. В замке студенты и преподаватели придаются мирным и тихим удовольствиям — кружечка чая и задумчивый взгляд в окно или в камин, а кто почитывает интересную книгу, кто-то вместе с друзьями разложил карты… И вдруг в главном коридоре раздается басовитый, напевный голос.

— ДО-РЕ-МИ-ФА-СОЛЬ-ЛЯ-СИ-ДО-РЕ,

МЫ СИДЕЛИ СО СТЕПОМ ВО ДВОРЕ,

ЕЛИ МЫ СОЛЯНКУ И ФАСОЛЬ,

ДО-РЕ-МИ-ФА-СОЛЬ-ЛЯ-СИ БЕМОЛЬ![5]

Голос пробился сквозь двери и коридоры, заставив даже самых глухих вздрогнуть и засомневаться в собственной адекватности. А голос продолжал петь один и тот же куплет, явно не собираясь останавливаться. Вскоре в главном зале появилось несколько преподавателей и дежурных, которые увидели в центре зала… зеленую жабу. Жаба просто сидела на месте и лениво осматривалась, а голос все продолжал звучать. Вскоре появилась преподавательница проклятий — старая ведьма, не терпящая шум.

— У-у-у, проклятущий! Язык вырву, котелок им протру, да белкам отдам… Слышь, охальник! Прекращай срамные песни орать!

К ней обратился молодой преподаватель магических существ.

— Леди Хатс, но это же редкий экземплер, поющая жаба! Как так с ней можно!

— Как ты был, Ранги, слепым на заклятья, так и остался! Человек энто заколдованный! Да заклятье хорошее, лишь пара студентов такое наложить может. А теперь подумай, Ранги, голова твоя соломенная, у какого одаренного студента мог появиться кто-то знакомый с такими странностями?

— М… Степ Хайски, у него появился очень необычный фамильяр.

— Ага. Слышь, охальник, ты фамильяр Хайски?

Жаба лениво развернулась, но что-то заметив в ведьме, прекратила пение, и даже как-то подобралась. После чего кивнула.

— Ага! И за что он тебя в жабу обратил?

В воздухе сами собой появились буквы, которые асспирант Ранги начал озвучивать, чтобы всем интересующимся (уже человек семьдесят) было слышно.

— Я скромный сирота, тепла материнского не знаю. После множества кровавых битв смилостивились боги, и отправили фамильяром к Степу. Обрадовался я, служил ему верно, в библиотеке не шумел, задание выполнять не мешал. Лишь в креслице качался, без скрипа. Так стоило глаза прикрыть, как он меня в жабу и превратил! А я натура творческая, вот и устроил концерт.

Ведьма хмыкнула.

— Вижу, касатик, не врешь ты, но и умалчиваешь что-то… Но не соврал нигде. Так уж и быть, расколдую.

Взмахнула ведьма рукой — и предстал перед всеми мужчина со стальынми руками. Поклонился он перед ведьмой.

— Благодарю! Сам бы никогда из ловушки не выбрался.

— Да полно. Больше концерты не устраивай, а сразу ко мне беги. В башне алхимии я живу. Прощевай, касатик.

Сказав это, ведьма развернулась, и ушла. Вслед за ней и большая часть людей разошлась, обсуждая произошедшее.

/Физаролли/

Моя маленькая месть удалась. Ведьма, правда, могла меня расскусить, на то она до двадцатого уровня доросла, но я смог вывернуться. Смысл тут не в тот, что фамильяр у Степа своевольный, а значит как хозяин он некудышный. Нет, тут все хитрее — слухи пойдут, что Степ взбалмошный, возможно мстительный. Через пару дней слухи обрастут подробностями, и выльются на Степа таким ушатом! А ибо нефиг меня во всякую нечисть превращать! Хм. А жабы нечисть потому, что не чистые? Никогда не думал…

Так вот. Я вернулся в комнату, с спокойным видом распахнув дверь и усевшись в свое кресло. Степ был очень недоволен, и попытался избавиться от меня тем же методом. Ха! Искажающая Аура, вперед. Возникший вокруг меня пузырек из нестабильной магии, или как она тут называется, полностью исказил смысл заклинания. Как… Ну, если бы лист бумаги попал в шредер. Что-то прошелестело по левой стороне головы, но это лучше, чем полное превращение в жабу. Степ скрипнул зубами.

— Чьи-то фокусы не работают, да?