Палоа

Шаман подергался и затих.

Ани захлопнула планшет, бросила в салатовый рюкзачок. Не простившись, выскользнула из беседки и пошла по дорожке между Рикки и его приятелем.

Лютня стихла. Серебряный обруч блеснул последний раз и пропал в ажурной зелени сада. Белый единорог проводил его взглядом и поник благородной головой…

– Фак! Как же они меня достали. С самого утра. – Шаман упал на скамью, достал свои вонючие сигареты. Волосы на его макушке торчали, как перья нахохлившийся галки.

– Да уж… Но ты тоже кадр, – сказал Кристи устало. – Нафига было врать, что мы их раздолбали? Теперь она подумает, что мы не только лузеры, но и трепачи.

– Пусть себе думает. Нам-то что, ну? – Шаман выпустил длинную струю дыма и подозрительно глянул на Криса. – Хей, а ты не запал на нее, случайно?

– Я? Ты что, с дуба рухнул. – Кристи поправил лямки рюкзака. – Пошли уже по домам, жрать охота.

Он вышел из беседки и двинулся к воротам. Трепачи и лузеры, сказал он себе с горечью. Я-то уж точно лузер. Самый лузерный лузер из всех, кого встречал в жизни. Характер не победительский… Сказано в точку, чего уж тут. В самое яблочко.

Два цилиндра

Под навесом бара «Два цилиндра» стоял сумрак. Земляной пол был обильно сбрызнут водой, ветерок от вентилятора покачивал свисавшие с потолка хромированные запчасти. За угловым столиком два бородатых байкера вяло обсуждали проблему со сцеплением. В колонках негромко скрежетала «Металлика». В подсобке напевал что-то фальшивое повар-разнорабочий Флорин.

За барной стойкой Тим Ливенбрук, огромный, как кашалот, что-то считал, сдвинув очки к кончику носа. Из-под кожаной жилетки выпирало мощное голое пузо.

– Привет, балерина, – поздоровался Эльф-бабочка.

– Здорово, бродяга. – Тим вежливо хохотнул, отчего его живот заколыхался. Татуированная от пальцев до плеча лапа протянулась через стойку. – Что-то ты рано сегодня.

– Посижу немного, подожду кое-кого. – Эльф пожал руку и забрался на барный стул.

– Сиди, не мешаешь. – Тим бережным движением снял очки. – Холодненького?

Эльф подумал.

– Можно. И себе тоже, потому как есть повод.

– Ну? – Бармен задрал мохнатые брови. – Давай, колись.

– Получил письмо от Бэдри Баллокса.

– Хм. Он вроде в отпуск уехал, нет? Куда-то в Будапешт.

– В Прагу. И там женится. – Эльф поймал скользнувшую по стойке мокрую бутылку «Туборга».

– Иди ты, – удивился Тим, открывая вторую бутылку.

– Нашел в интернете родственную душу. С глазами встревоженной лани.

– Лани, о-хо! – Брюхо бармена опять всколыхнулось. – Так и теряем лучших людей… Ладно, за перебежчика.

Они чокнулись бутылками и отпили по глотку. Пиво было холодным и колючим.

В бар вошли двое светловолосых ребят и с ними хорошенькая девушка. Они огляделись, осторожно обогнули байкеров, заняли столик возле плетеной изгороди. Парень с пушком на подбородке подошел к стойке, спросил три колы. Тим залез в холодильник, с грохотом выставил запотевшие бутылки.

– Что еще пишет Бейсик? – спросил он, когда парень забрал напитки. – Как там Прага, стоит?

– Особо не распространяется. У него сейчас одно на уме. – Эльф вспомнил длинное послание Бэдри Баллокса. Половину письма занимал рассказ о семейном походе на «Риголетто» с невестой и будущей тещей. – Просил вот подменить его в боевом строю, пока он не вернется.

– Хех. А ты что?

– А что я… Извинился.

– Правильно, не поддавайся, – одобрил бармен. – Намучаешься с этими охламонами – один засопливит, другой коленку расшибет. Отвечай за них. – Тим покивал каким-то своим воспоминаниям, затем спросил:

– И что Бейсик, давит на жалость?

– Бьет изо всех орудий, – невесело сказал Эльф. – Включая оранжевую карту.

– Карту? А что с ней?

– Да так…

– Эге. – Бармен отставил бутылку. – У тебя что, не срастается?

Эльф неопределенно махнул рукой. Не хочу об этом говорить. Хватит. Noi. Тим нацепил очки, внимательно посмотрел.

– Тогда, может, это… согласиться? Это же не навсегда, перетрешься пару-тройку месяцев как-нибудь.

Эльф-бабочка сделал тягучий глоток, вытер губы тыльной стороной ладони.

– Расскажу тебе одну историю, Тим.

– Давай.

– Знал я когда-то одного чувака…

– Погоди, сейчас. – Бармен что-то черкнул в толстой тетради, убрал ее под стойку. Глотнул пива, рыгнул, прикрыв бородатый рот. – Ага, слушаю. Люблю, когда ты байки травишь, хо-хо.

– Это не байка, это быль. Знал я когда-то одного перца по имени Абдул Фромм. Он был очень ответственным человеком. Настолько, что если бы проводился конкурс на звание «Мистер Ответственность», знаешь, какое место он занял?

– Первое? – подумав, предположил Тим.

– Место председателя жюри. Абдул Фромм брал на себя ответственность везде где можно. И надо отдать людям должное, они охотно шли навстречу. Родственники поручали самые важные дела, потому что Абдул не подведет. На работе без него ничего не обходилось – он лично все контролировал. Девушки с удовольствием забирались на шею, доверяя принимать ответственные решения. Приятели поручали организовать барбекю, потому что только дружище Абби сделает все как надо. И так далее, и так далее…

– Хех, – бармен почесал бритый затылок. Эльф продолжил:

– Абдул Фромм тащил свой крест до тех пор, пока не выматывался до предела. Тогда со словами «Баста, карапузики!» скидывал надоевший груз ответственности и уходил.

Девушки очень удивлялись. Как? – говорили они. – Абдульчик, а ты о нас подумал? Они так привыкали, что он думает за двоих, что даже в драматический момент расставания ждали дальнейшего плана действий по шагам.

Родственники вздыхали. Сослуживцы оставляли в покое. Друзья подлизывались. Потом все начиналось заново…

Эльф покатал бутылку между ладонями.

– Так продолжалось довольно долго. Но время шло и Абдул начал кое-что понимать в смешной игре, где мы все актерствуем. Сейчас, когда его волосы тронула благородная седина, Абдул Фромм уже не столь наивно-ответственен. И предостерегает других: не будьте слишком ответственны. Ответственность не только усложняет жизнь, она развращает близких.

– О-хо, пожалуй…

– Ответственная мама рискует вырастить слабохарактерного ребенка. У ответственной супруги большой шанс превратить мужа в нахлебника. Ответственный начальник не дает подчиненным решать сложные задачи, и они тупеют. Ответственность не дает развиваться тем, кто рядом. Она тормозит рост, взросление, формирование личности…