Пандемия

— Ну, как? — спросила Ира.

— Вроде чуть легче.

— Вправить бы конечно надо, но я не врач, ты уж извини.

— Ладно, если что очкастого попрошу, — снова попытался отшутиться Олег.

— Слушай я его тоже очкастым прозвал.

— А я носатый, — произнесла Ира.

— Садист он, очкасто-носатый, — произнес Виктор, подходя к ребятам.

— Врезать бы ему, перед тем как он резать меня будет, да вот теперь, вряд ли смогу, — произнес Олег, показывая на перевязанную руку.

— Ничего, не ты, так я, обязательно врежу, за тебя, за себя и за всех, кто до нас здесь был, — уверенно произнес Виктор.

* * *

— Данные подтвердились, товарищ полковник, — произнес Волин, — материалы, собранные лейтенантом Лебедевым, дают основание считать, что предположение о существовании законспирированной клиники по трансплантации человеческих органов, достаточно обоснованны.

Круглов посмотрел на капитана и, потеребив рукой подбородок, ответил:

— Это хорошо, что предположения переходят из одного разряда в другой. Только где искать? Москва-Питер, как кто-то из классиков, помнится, говорил, дистанция огромного размера. Может она у нас под носом, в соседнем переулке, а может в Питере, или еще где. Сейчас возможности такие, что при наличии денег, что хочешь и где хочешь можно организовать, а уж тем более небольшую клинику. Вон, слышал, наверное, на днях накрыли производство контрафактной продукции. Наши ахнули, когда увидели. На несколько миллионов долларов самого современного оборудования. А в принципе, ничего сверхъестественного в этом нет. Привезли, установили, наладили и вперед, так сказать, печатай деньги. И, между прочим, работали почти три года. Тоже самое и в данном случае. Согласен со мной?

— Согласен, товарищ полковник.

— Еще бы, не был согласен. Доводов-то для возражения нет. Вот если бы хоть какая ниточка была, сигнал какой от тех же газетчиков что ли. Они когда надо такие факты достают. Диву даешься, откуда. А тут? Полная тишина, Хоть строчка про это. Ничего. Кстати, морги ты запрашивал, может быть, какие трупы находили, и вскрытие показало отсутствие того или иного органа?

— Ничего, полная тишина.

— Неужели они их закапывают?

— Вполне возможно, хотя, есть и другие варианты.

— Другие, это какие же?

— Полная утилизация посредством электропереработки, типа мясорубки.

— Ну, это ты каких-то фильмов ужасов насмотрелся. Сказанул тоже, электромясорубка.

— Вы же сами сказали, времена такие, что за деньги можно что угодно купить. Для сокрытия следов преступления самый эффективный метод.

— Ладно. Я тебе вот что скажу. Лейтенанта ты взял из райотдела, вот и работайте в этом направлении. Ройте землю носом, но ищите и главное, чтоб никакого трезвона по делу не было. Понятно?

— Так точно.

— Все, свободен.

— Есть, — Волин повернулся и вышел из кабинета.

Павел сиротливо стоял в ожидании, когда Волин выйдет из кабинета полковника. Наконец, он показался, что-то на ходу говоря секретарю.

— Ну что? — спросил он, когда капитан поравнялся с ним.

— Как выразился полковник, надо рыть землю носом.

— Хорошо сказано, только где?

— А это как Хазанов говорит: «Вопрос конечно интересный».

— Вот и я о том же.

— Короче, пошли ко мне посидим, помозгуем, в каком направлении работать будем. Заодно познакомлю с тем, что у нас есть по этому делу. Немного, но все же кое-что имеется.

Они пошли по коридору, затем спустились на один этаж и оказались в кабинете Волина.

— Располагайся, кто знает, сколько нам здесь предстоит вместе работать, поэтому вот тебе стакан для чая, ложка, вилка, короче тут все, на случай, если придется сидеть допоздна.

— Понятно, знакомая песня.

— Представь себе, мы тут тоже и по ночам порой работаем, — и они, устроившись за столом, стали рассматривать документы, которые достал из сейфа капитан.

— Как видишь не густо.

— Не то слово. И зацепится особо не за что. И где они окапались, черт их знает.

— Черт может и знает, а вот мы нет, а надо бы найти.

— Это верно

* * *

Николай сидел возле двери, должны были вот-вот принести воду. Пить хотелось как никогда. Он то и дело посматривал на дверь, прислушиваясь, не идет ли кто по коридору. Послышались шаги. Николай, не понимая почему, напрягся. В этот момент дверь приоткрылась, и охранник просунул поднос с водой. Николай повернул голову и увидел, как охранник наклонился, чтобы поставить поднос на пол и ногой продвинуть его в сторону камеры. Он всегда так делал, оттого поднос вызывал этот противный скрежет. Их глаза встретились и в туже секунду свет в камере и коридоре, где стоял охранник, моргнул и погас. Наступила полная темнота и охранник, не понимая, что происходит, крикнул:

— Какого х…я свет вырубили?

Николай скорее инстинктивно, нежели чем, руководствуясь заранее принятым решением, коснулся рукой стены, поднялся и, размахнувшись, словно футболист, бьющий одиннадцатиметровый, ударил ногой. Раздавшийся за этим звук ясно дал понять, что он не промахнулся, а попал ногой прямо в лицо охранника. Тот упал на пол, и Николай, успев крикнуть:

— Ребята, бежим, я вырубил охранника, — толкнул дверь и бросился, не зная куда, в темноту коридора.

Пробежав несколько метров, он чуть не упал, споткнувшись о ступени. Согнувшись, он руками нащупал их и чуть ли не на четвереньках, стал быстро подниматься наверх. Поворот, еще четыре ступеньки, снова поворот и перед ним приоткрытая дверь, еле различимая в полутемном помещении. Послышались голоса.

— Какой идиот свет выключил везде?

— Не знаю. Наверно УЗО сработало или общий рубильник вырубило.

— Так давай включай его скорее, чем болтать, — судя по голосу, он принадлежал очкастому.

Николай стоял возле двери, прижавшись к стене. Он не знал, что делать дальше и куда бежать. Крикнуть ребятам он побоялся. Тогда он сразу бы выдал свое присутствие. В темноте еле вырисовывались контуры окон, на которых то ли висели плотные шторы, то ли на дворе была ночь. Он быстро прошмыгнул вдоль стены и заметил, что из одного окна чуть больше света, чем из остальных. Он ринулся к нему и оказался прав. Окно было приоткрыто. Не раздумывая, какой это этаж, он выпрыгнул из окна.

Падение было не совсем удачным. Он больно ударился рукой обо что-то твердое, но сейчас это было не самое важное. Главное, что выбрался из дома. Теперь надо было бежать, неважно куда, главное подальше и как можно быстрее. Он так и сделал. Темнота мешала сориентироваться, и лишь дальний фонарь за забором указывал ему направление, куда бежать. Ворота и калитка были метрах в тридцати от дома. Он рванулся туда, даже не думая, есть ли там замок. Уже подбежав к калитке, он услышал позади себя голоса: