Папирус
Шрифт:
Чем больше походов совершали фараоны, чем больше даров посылали ему побеждённые народы, тем богаче, а, следовательно, и сильнее становились те, кто хотел править… самими фараонами!
Жреческое сословие своей ролью в государстве всё больше ущемляло самодержавную власть фараона.
Выдвижение и превозношение культа Амона привело к созданию в лице его жречества своеобразного государства в государстве, что, без сомнения, умаляло претензии фараона на ничем не ограниченную власть.
Именно
По традиции цари и фараоны считались его сыновьями.
И хоть фиванские жрецы пытались ассоциировать Амона с Ра, называя своего бога Амон-Ра, всё же Ра был значительнее.
Каждый фараон в своём тронном имени, согласно египетской традиции, подчёркивал свою близость к богу Солнца. Так, например, ещё фараон Тутмос IV-ый звал себя как «Царь, рождённый Ра», а теперь и его сын фараон Аменхотеп III-ий звался как «Избранный Ра».
Однако никакие атрибуты власти фараона не могли теперь скрыть возникшее противоречие. Непомерное усиление фиванского жречества становилось теперь опасным для власти самого монарха.
Такое положение, понятно, не устраивало владык Египта, чьи боевые колесницы укатали дороги не только в соседней Нубии и в Эфиопии, но и вдоль всего Восточного берега Средиземного моря.
В середине десятилетия с начала своего царствования, в том же 1385 году до н. э., молодой Аменхотеп III-ий, впоследствии ставший известный как Великолепный, женился, а вернее был взят в мужья волевой девушкой Тией (родилась в 1398 году до н. э.), ставшей впоследствии египетской царицей.
Она вскарабкалась на трон из семьи, имевшей ранг государственных служащих, и захватила больше царских прерогатив, чем любая другая царица на египетском троне до и после неё.
Царица Тия была женщиной замечательной во всех отношениях.
Она, не принадлежа к царской крови и не будучи чужеземной принцессой, была дочерью государственного служащего и провинциального жреца Иуао, родом из царства Митанни. Она не была похожа на прежних цариц, полностью заслоненных своим царственными супругами, и со временем, будучи уже царской вдовой, приобрела даже большую известность, чем царствовавшая почти за сто лет до неё царица Хатшепсут.
Женитьба фараона на этой царице стала историческим событием.
Большие «свадебные печати» или необычно крупные скарабеи с выгравированными на них именами Аменхотепа III-го и Тии в больших количествах распространялись по всему Египту и за его пределами.
На них были также имена родителей Тии – матери Туа и отца Иуао.
Она так была уверена в своём положении во власти, что и не пыталась приписать себе божественное или царственное происхождение.
Брат Тии Анен занимал высокие должности в иерархии жречества Амона, будучи вторым пророком Амона в Карнаке. Теперь даже царские декреты Аменхотепа III-го обнародовались от его имени и от имени царицы.
Такая процедура не имела прецедента в египетском прошлом.
Вступив в жизнь, как дочь рядовых граждан, красавица Тия сделала необычную карьеру.
Она не только сама вознеслась во власти, но и вознесла своих родителей: отца Иуао
и мать Туа. После смерти они были достойно мумифицированы и похоронены со всей роскошью в Долине Царей.Однако завистливые и жадные жрецы украли их драгоценности при пеленании мумий.
А пока, женатый Аменхотеп III-ий отличился среди всех строителей Фив тем, что при нём были возведены два огромных храмовых ансамбля.
Но всеми строительными работами в Карнаке, Луксоре и в Фивах в основном руководили двое зодчих – братья близнецы Сути и Хори.
В храме Амона в Карнаке, посвящённом главному божеству Египта, они выстроил третий пилон, который распространял блеск и великолепие царственных Фив. Это сооружение украшали две колонны из лазурита и тёмно-синего камня, которые были воздвигнуты с каждой стороны ворот с башенками. Дверь была обита золотом, отделана лазуритом и драгоценными камнями, а пол был серебряным. Флюгеры, закреплённые на башнях, были покрыты золотом так, что на фоне неба они сверкали ярче солнца. Перед пилоном была воздвигнута колоссальная статуя царя высотой в двадцать царских локтей (52,35 см).
Аллея сфинксов вела от реки к воротам.
Ещё одна дорога вела от храма Карнака к храму Луксора, расположенному на расстоянии полутора миль.
Храм Луксора был тоже начат и окончательно выстроен фараоном Аменхотепом III-им, полностью являясь делом его рук.
Египтянам он был известен, как южный Храм Амона, и был посвящён главному божеству.
Он отличался пропорциями, был величествен и красив, являясь самым изысканным в Египте.
Перед этим зданием был воздвигнут колоннообразный зал и двор, украшенный колоннадой, представлявшей собой одно из прекраснейших зрелищ, когда-либо созданных воображением архитектора и овеществлённых им в вечном камне.
В полумраке святилища, падавший сверху свет играл бликами теней на, украшенных скульптурными изображениями, каменных столбах.
Во время одной из главных церемоний изображение Амона перевозилось из Карнаки в Луксор на священной ладье в сопровождении не менее двадцати жрецов и ликующей толпы.
Для Амона и его свиты курились благовония, звучали песнопения и приглушённые звуки флейты, виолы и арфы.
Сам Аменхотеп III-ий участвовал в этой процессии.
И на него смотрели, как на потомка бога, самого сына Амона.
А одной из его обязанностей по прибытии в Луксор было зачатие следующего сына Амона.
Фараон сам взял на себя роль своего отца – бога Амона, и для этой цели посещал царицу Тию, которая зачинала несколько раз.
В 1383 году до н. э. в 15-летнем возрасте она сразу родила первенца – сына Тутмоса, умершего в детском возрасте.
На это событие «чутко» прореагировали цари зависимых от Египта территорий, одаривая фараона очередными подарками и предлагая ему в жёны своих дочерей.
Но первым откликнулся царь из дружественной страны Митанни Тушратта II-ой.
И на десятый год царствования Аменхотепа III-го, в 1380 году до н. э., принцесса из Митанни Гилукипа была отправлена в Фивы с данью и богатым приданым, чтобы стать пока второй, а затем одной из многочисленных жён фараона.