ПараШут
Шрифт:
Для внешнего наблюдателя зона была похожа на круглый портал и только из-за движения воды можно было понять, что это сфера-полусфера. Можно было засунуть в портал конец палки и достать обратно, несмотря на то, что точка выхода была всегда в другом месте, пока предмет не оказался в зоне воздействия силы целиком, эффект искажения его не затрагивал. Тоже самое и с выходом из зоны, пока ты её полностью не покинул, то мог вернуться обратно.
Но на самом деле сложно было найти чёткую границу перехода. Если объект был слишком большим, то он мог пересечь зону искажения без всяких последствий. Длинная верёвка, полностью пересекающая зону искажения, не затрагивалась эффектом портала, но для стороннего наблюдателя словно была протянута
Безопасность переноса была обусловлена тем, что объект должен был оказаться внутри сферы искажения, чтобы не иметь взаимодействия с внешней реальностью. Другими словами, пузырь был обособленным участком пространства, который был отделён от привычного мира эффектами 4-го измерения. Это измерение могло быть хоть пятидесятым, просто всё, что больше 3-х измерений не может быть нормально воспринято. Трёхмерную деталь можно спроецировать на три плоскости, но даже тогда двухмерные создания вряд ли смогут увидеть и понять, что это за вещь. Поэтому и существуют «корпускулярно-волновые теории», когда частица ведёт себя как волна и как частица. Что противоречит закону логики, когда иметь больше одного значения, значит не иметь ни одного.
Если сформировать пузырь без точки выхода, то получалась пространственная ловушка. В аномалию можно было войти, но нельзя было выйти. Внешне её нельзя было увидеть. Вопреки ожиданию, это была не чёрная непроницаемая сфера. Причина крылась в том, что зона искажения существовала одновременно в реальном мире и в другом измерении.
Это было похожа на пространственную каверну, куда что-то могло свалиться, но не могло выбраться обратно. При этом создавалась иллюзия невидимой стены – свет и воздух свободно проходили внутрь, но выбраться назад не было возможности. Воздух и свет не накапливались до бесконечности, как и другая входящая энергия, так как аномалия имела некую зону упругости или насыщения.
Это было связано с тем, что «каверна» имела конечный объём и нельзя было наполнить его энергией или массой больше некоторого значения. Глубину и степень накопления энергии и массы можно было задать, но очевидно, что чем глубже, тем опаснее среда для того, кто находится внутри. Что если в ловушку попадёт генератор, кто-то вроде Лунга?
Ответ тот же, что и с воздушным шариком, который надуют слишком сильно – он лопнет. И чем сильнее будет давление, тем громче станет хлопок. Поймать в пространственную ловушку кого-то вроде губителя не получится, так как эти твари сами искажают пространство и порвут любой пространственный пузырь, который я могу сделать.
К такому выводу я пришёл, когда попробовал совместить два пузыря. Привязал один к радиоуправляемому роботу, а второй к неподвижному объекту. В момент, когда два пузыря искажения коснулись друг друга, я почувствовал себя Доктором Стренджем из киновселенной Марвел. Эффекты искажения пространства наложились друг на друга порождая такой фрактальный калейдоскоп, словно я создал Зеркальное Измерение, а затем два пузыря слились в один, став пространственной ловушкой.
Естественно, что я пробовал совмещать несколько пузырей в разных условиях, но результат был всегда одинаковым – небольшое оптическое шоу, а после словно два кольца формировали одно целое. Я не мог связать одновременно больше двух зон искажения. Попытка не приводила лишь к смене точке входа-выхода или слиянии «пузырей».
Это немного пролило свет на ограничения и в целом работу Силы. У меня появилось ощущение ответа, почему Серый Мальчик не мог погрузить
в мир в мириады временных петель – они могли мешать друг другу. Хотя я не могу быть в этом однозначно уверен, но создание пузырей искажения рядом друг с другом становилось всё сложнее и сложнее. Это было похоже на то, что часть «полотна» пространства стягивалась в складку, но формирование нескольких складок рядом было затруднено «эластичностью». В какой-то момент пузыри искажения стали пропадать, когда я пытался надавить и создать ещё один пузырь искажения рядом. При этом сложно было сказать, как далеко они должны быть расположены друг от друга.Формируемые искажения не были постоянными. Всё дело было в эластичности «пространства», пока была активна моя сила, создаваемые искажения были стабильны, так как моя сила следила, чтобы создаваемые эффекты оставались в заданных параметрах. Но стоило мне отпустить Силу, как эффекты постепенно рассеивались и пропадали. Порталы сжимались, а пространственные пузыри лопались практически без эффектов – они оказались довольно чувствительными и любое нарушение баланса создавало нагрузку, которая очень быстро распрямляла любые складки, возвращая пространство в нормальное состояние.
Может быть если я смогу отсканировать эти эффекты тинкертехом, проанализировать, смогу придумать способ стабилизировать искажения. Может быть даже смогу создавать искусственные карманные измерения, но пока это скорее занятная способность для изоляции и создания вещей, где полезны порталы.
Эх, а я даже не приступил к созданию Гладос, а портальная пушка уже в шаговой доступности.
Глава 27.
Как бы я не хотел ещё поиграть с новой силой в распоряжении, близилось время атаки губителя. Симург. Я мог надеяться, что тварь не заметит меня и мой костюм, но я не мог относиться с пренебрежением к этой угрозе. Губители не были людьми, это чужие, оружие, созданное космическими пришельцами, которые не следуют правилам, кроме ограничений, наложенных при создании.
Итак, мне нужен был живой костюм. Более того, я собирался быть инкогнито, поэтому маска и костюм должны скрывать меня максимально, при этом обеспечивая достойную защиту. Не такая уж простая задача, так как костюм должен быть живым, чтобы телекинез Симург не мог на него воздействовать, так же сам организм должен быть прост и безопасен, а ещё очень живучим.
Работа над костюмом заняла больше суток. За это время мне пришлось перебрать множество вариантов дизайна, чтобы в итоге остановиться на живом экзоскелете. Опыт работы с Панацеей пригодился, но мне пришлось сделать более простое живое создание, способное прожить сутки-двое.
Чтобы всё выглядело более или менее эстетично, добавил чёрных перьев, которые сделали всё более гладким и эстетично выглядящим. Несущим каркасом выступала кость, а шлем был сделан в духе головы ворона с большими чёрными «глазами». Пришлось повозиться, прежде чем я смог вырастить аналог проницаемого с одной стороны живого стекла. Я не мог сделать шлем полностью закрытым, так как у меня не было свободного слота под Рентгеновское Зрение, а отказываться от Карманного Измерения я не хотел по многим причинам.
За воскресенье я не успевал сделать оружие или что-то, что могло бы по-настоящему навредить губителю. Работа тинкертеха требовала или поддержку Силой, либо использование «зачарования», когда сила каким-то образом искажала и заставляла механизм работать за пределами его физических возможностей – это могла быть горячая сверхпроводимость, сверхэффективная смазка для деталей, высокая прочность некоторых элементов, на которые приходится высокая нагрузка и так далее. Последнее было сложнее и требовало времени, так как Силе приходилось учесть много факторов от которых завесила эффективность «магии». Причём не всякая сила была способна на всё. Фортификация была самой способной силой, но очень дотошной и ориентированной на крепости.