Парашют-убийца

Арсенал располагался на окраине Каракаса, на территории, куда простой смертный, тем более иностранец, попасть никоим образом не мог. Лавров же со своими бумагами оказался там без особых проблем.

В Арсенале майор быстро оказался в кабинете начальника, полковника Переа. Поначалу тот был немало удивлен, но, как и следовало ожидать, документ за подписью команданте произвел на него почти магическое воздействие. С этого момента полковник превратился в радушного хозяина.

– Прошу, майор, присаживайтесь, – пригласил он Лаврова, – давайте без церемоний. Я понимаю цель вашего визита, связанную с последними печальными событиями. Да, это большая потеря для нас, – сделал он скорбную мину.

Впрочем, долго пребывать в грусти полковник, как видно, не мог. Так что через пару мгновений он снова превратился в приветливого толстяка, тут же засыпал Батяню вопросами о его первых впечатлениях о стране.

– Приходилось вам у нас уже бывать или это первый визит?

– В Латинской Америке я не впервые, – осторожно ответил Лавров, оглядываясь по сторонам, – впечатления хорошие. Приняли нас просто великолепно!

– Да, что ни говори, а радушие – это одна из главных черт нашего национального характера. Мы любим друзей и дружить умеем. То же самое, – несколько посерьезнел полковник, – относится и к войне.

– Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет? – вспомнил Лавров историческое высказывание.

– Кто это сказал? Неужели Боливар? Не слышал.

– Да нет, полковник, – усмехнулся Батяня, – это слова национального героя, только нашего.

Интерьер кабинета сразу же обращал на себя внимание. Как было понятно с первого взгляда, полковник являлся большим любителем живописи, причем батальной. На стенах висели картины разной величины с изображением каких-то битв и сражений. Батяня узнал на одной из них все того же Боливара, на нескольких явно опознавались сражения индейцев с испанскими конкистадорами, остальные же требовали объяснения.

– Впрочем, не буду вас долго задерживать, у вас, как я понял, своя работа. Я уже распорядился – на первом этаже вас встретит лейтенант Кабрера, ответственная за хранение и подготовку парашютов ВВС. С ней, собственно говоря, вы и будете контактировать. Ну, а если возникнут какие-то вопросы, смело обращайтесь ко мне, – улыбнулся Переа.

– Благодарю вас, господин полковник, – пожал протянутую руку Батяня, – приятно встретить понимание.

– Ну о чем говорить, ведь мы сообща делаем одно большое дело. Желаю удачи, майор. С нетерпением будем ждать результатов вашего расследования.

«Хотелось бы надеяться, что эти самые результаты будут, – подумал Батяня, – не зря ведь я летел за тридевять земель».

Майор спустился на первый этаж и зашел в указанный склад. Постучав, он открыл дверь и увидел перед собой ответственного «за хранение и подготовку». Ею была девушка-лейтенант лет двадцати семи, весьма симпатичная собою. Красотке со жгучими глазами офицерская форма только придавала сексапильности. Девушка была из разряда тех, вслед которым оборачиваются даже в не страдающем отсутствием красавиц Каракасе.

«Однако, – подумал майор, – такого я не ожидал!»

– Майор военно-воздушных сил России Андрей Лавров, – представился Батяня, – командирован сюда в составе российской делегации для участия в составе смешанной комиссии по расследованию недавнего инцидента.

Говоря это, майор не забывал короткими, но внимательными взглядами «сканировать» помещение.

– Здравствуйте, майор, – холодно сказала девушка, – лейтенант Лаура Кабрера, родственный вам род войск.

– Значит, коллеги? – широко улыбнулся Батяня.

– Видимо, так, – лаконично ответила она.

Как ни странно, имея такую располагающую внешность, красавица выглядела холодной и неприступной. Чары Лаврова, так часто действующие на представительниц слабого пола, как оказалось, сразу не подействовали.

«Ну просто снежная королева!» – подумал Батяня, подавая ей документы.

Просмотрев собственно российские документы, девушка оставалась такой же мрачной. Но как только она развернула бумагу «о всемерном содействии» за подписью президента, стала меняться на глазах.

– Рады вас видеть у нас, майор! – заворковала лейтенант, открывая в улыбке идеально ровные, белоснежные зубы.

«Эге, красотка, так ты, оказывается, умеешь улыбаться!» – сдержался от смеха Батяня.

Да, автограф президента поистине был способен творить чудеса. Впрочем, как логично рассудил Лавров, ничего удивительного здесь нет. Все-таки режимный объект, так сказать, святая святых. Опять же – армия. Опять же место, где хранятся, кроме всего прочего, парашюты. А здесь такая трагедия – погибает, можно сказать, национальный герой с парашютом российского производства. Все цепляется одно за другое. В результате нет ничего удивительного в том, что поначалу на тебя смотрят если не враждебно, то настороженно.

– Я понимаю, лейтенант, что, возможно, ваше отношение к нам несколько изменилось после того, что произошло, – высказал вслух свои мысли Батяня, – но ведь мы и прибыли сюда, чтобы все выяснить и разобраться, в чем дело.

– Да, извините меня, майор, – кивнула девушка, – я очень опечалена смертью полковника Диаса. Да что я – многие у нас до этого времени в шоке. Но вы не подумайте, я ни в коем случае не виню вас, то есть вашу страну в этом.

– Сейчас, наверное, масса слухов на эту тему?

– Да уж, хватает, – подтвердила Лаура, – но я уверена, что все это подлая провокация. Сегодня, когда Венесуэла выдерживает такой натиск тех, кому не по нраву наше стремление вперед, можно ожидать всякого. И вот пример – враги ударили гнусно, из-за угла…

– А вы будете принимать участие в расследовании? – поинтересовался Батяня.

– Да, я тоже войду в совместную комиссию по проверке «Кинжалов», – сказала девушка, – так что мы с вами теперь вдвойне коллеги: и по десантному братству, и по этой работе. Вы не против? – улыбнулась она.

– Против, – серьезно сказал Лавров, – ваша красота отвлекать будет.

Оба рассмеялись. Благодаря шутке напряжение было окончательно снято. Знакомство завязалось, но дело – прежде всего.

– Я бы хотел с вашего разрешения осмотреть вот этот парашют, – кивнул Батяня на расстеленный на столе шелк, – насколько я понимаю, им еще не пользовались?

– Да, вы совершенно правы. Пожалуйста, майор, прошу вас.

Любезно воспользовавшись согласием, Батяня внимательно осматривал парашют – каждая складка, каждый участок ткани прошли через его пальцы, но ничего подозрительного майор не обнаружил. С ходу зацепиться за что-то не получалось.