Пароград

– Ни это ли ищете? – спросил пришелец в рогатой маске, держа в руках и показывая остальным сумку принца Марса – Мы ведь не так глупы.

Къюрен прекратил свои поиски. Последняя надежда на спасение уже завяла. Да, эта сумка не принесла бы видимого толку, но она дала бы хоть какой-то гарант безопасности, хотя бы в понимании устойчивости и веры, что контроль над ситуацией был потерян не полностью. С её помощью можно было бы выбраться из тюремного блока, взять кого-нибудь в плен или, учитывая пацифистические взгляды Къюрена, хотя бы поугрожать. Но сейчас ничего этого сделать нельзя. Пришелец, стоящий перед ними, хотел сказать ещё что-то, но тут его взор упал на ранее незамеченных Касыма и Анура.

– Генерал Ронтер! – позвал он того более грубым тоном.

– Я. – отозвался Ронтер.

– Почему… на моём корабле… находятся два представителя Земли27? Я велел вам взять только принца кажется!?

– Сэр, виноват, сэр! Сэр, они попали под радиус луча притяжения захвата, сэр! Сэр, нам пришлось подобрать и их, сэр! Сэр, прикажите выбросить их за борт, сэр?!

Пришелец в рогатой маске явно был раздражён:

– Во-первых: не сэркай мне тут больше, меня бесит это уже…!

– Есть не сэркать, сэр!

Инопланетянин в рогатой маске поводил головой назад.

– …А во-вторых: нет! Отправьте их домой попозже.

– Кто вы такой? – смущённо спросил Анур, уставши от секретности и непонимания.

Пришелец в рогатой маске перевёл взгляд на пленённых.

– Ах да. Что ж это мы? Разговариваем тут уже сколько, а я тут даже не представился. Верховный главнокомандующий! – сказал он, кивнув пленникам, и чуть повёл руками вперёд.

– Так это ты… – хотел было сказать что-то Касым. Скорее всего он вспомнил тот самый инцидент с налётом рептойдов. Но он упал, сраженный слабостью. Вслед за ним начал кочевряжиться и Анур.

«Атмосфера!» – понял Къюрен- «Она слишком неподходящая для них!»

Пока Анур и Касым ворочались на полу, и пока никак у них не получалось оторвать конечности от той же поверхности, Къюрен думал, что делать.

– Они умирают!! – наконец обратился он к пришельцу в рогатой маске – Шприц-адаптатор, там, в сумке! Скорее же!! Прошу вас!

Пришелец в рогатой маске с неотъемлемым хладнокровием и гордым видом достаточно быстро порылся в сумке принца марсианского, нашел шприц, посмотрел на Къюрена и протянул шприц ему:

–Держите, ваше благородие.-промолвил он.

Обрадовавшийся Къюрен моментально ввёл дозу сего эликсира Касыму и Ануру. По половине на каждого. И тут они успокоились, как будто бы силы вновь вернулись. Они лежали и приходили в себя.

– Ну, раз уж мы разрешили этот спор, то предлагаю перейти к основной части кульминации. – продолжил Рогатая Маска и замахнулся своей тростью.

– Главный командор! – вбежал вдруг в комнату запыхавшийся рептойд – У нас код 127!

Пришелец в рогатой маске явно отвлёкся.

– Опять?! – злобно сказал он – Ладно! Сейчас вернусь! Этих пока затащите в камеру и выполните все меры предосторожности!

После отдачи этих приказаний незнакомый пришелец удалился. По пути ему подвернулся какой-то солдат-рептойд, который слегка шатался и был готов что-то сказать. Но пришелец взмахнул пару раз тростью около его глаз- тот выпрямился, и пришелец зашагал дальше.

Троицу же взяли на руки и повели в неизвестном направлении среди одинаковых коридоров с комнатами, похожими на клетки, только с прозрачными решётками-панелями. Перед этим на Къюрена надели что-то в роде ошейника с замком. Был он достаточно толстым, восьмиугольным с мигающими зелёными лампочками снизу по бокам.

Вот друзей довели до их камеры и зашвырнули в неё. Касым уже более-менее пришёл в себя и начал оглядываться. Камера представляла из себя помещение с туалетом, кроватями почти над самым полом, умывальник, и сено или солома, разбросанные по комнате местами. Анур не хотел с этим мириться и всячески «истерил душой»: елозил и навывал. Къюрен вёл себя боле спокойно: сделал пару вдохов-выдыхав и лишь слегка постукивал пальцами по коленкам.

Касым решил подползти к Ануру.

– Зачем, зачем я убежал из дома, зачем я не послушался отца? – кленил себя Анур – Как он там сейчас? Волнуется, наверное.

– Волнуется, волнуется. – успокаивал его Касым- Даю тебе слово: мы обязательно отсюда выберемся! Слышишь? – смотрел он ему в глаза.

Неважно, верил Касым в правдивость своих слов или нет, но случилось поплакать Ануру ещё минутку, после чего плач пошел на спад. Успокоил он его. Оказаться в таком месте маленькому мальчику его лет не самый желанный подарок. Хорошо, что хоть с близкими. Касыму это тоже не очень нравилось. Решил Касым поговорить с Къюреном:

– Эй, а там, тот в маске это кто был?

– Я не знаю. Мы вообще … то есть я.. думал, что генерал Ронтер тут главный. А получилось- видишь как.

Пришелец был видно не осведомлённым о ситуации, хоть и побывал в гуще событий пару раз, что, во всяком случае, было полно больше, чем у Касыма. Касым решил не допытываться информации у Къюрена. Ведь невозможно знать всё, даже о том месте, откуда сам родом, и о тех событиях, с частью которых имел довольно тесный контакт. Многое может поменяться. Всегда бывают те события, которые нельзя решить просто щелчком пальца. Касым решил спросить хотя бы про ошейник на шее Къюрена, который вызывал у него интерес и подозрения одновременно:

– А это что сейчас на тебе?

– А это – блокиратор телекинеза. – ответил Къюрен, теребя это устройство у себя на шее- Его надевают на заключённых, чтоб сбежать было трудней.

«Фокусов» с пулей Къюрен больше провернуть не мог. Такие «ошейники» давали всем представителям рас, открывших нужную чакру в себе и своём сознании и обладающих способностью телекинеза. С ними эти способности блокировались. Сбежать при этом становились сложнее.

– Это, ещё…спасибо, что спас. Вроде говаривал мол паци… кто там, а сам вон возразил генералу врага. – между словом похвалил Къюрена его друг.

– Да не за что, само как-то получилось. – оправдался Къюрен.

Троица сидела в тишине ещё минут двадцать. Анур уже смирился с ситуацией. «Не стоило ему видимо лезть туда, куда не надо» – считал он сам. Касым был прикован вниманием к полу и думал о своей несостоявшейся жизни и о том, что он много чего ещё не успел, а успеет ли вообще потом. Странная вещь этот близящейся конец: заставляет задуматься. Пусть пока это было лишь нагоняемое чувство воображения при представлении своего неизбежного возможного будущего, но всё равно эффект тот же. Къюрен же чувствовал себя более уверено. Ведь столько подвигов за один день- не стыдно хоть будет умирать. Къюрен так же начинал потихоньку мысленно вычёркивать себя из «робкого десятка» в который его записывали многие старшие по званию надзиратели из дворца, и куда он сам себя стал загонять в последнее время.