Партизаны

Разбудила меня бомбёжка. Через дребезжащие стёкла, каким-то чудом уцелевшие в окнах, пробивался свет. Значит ночь кончилась. Боль сразу вернулась, но несмотря на боль, я испытал огромное облегчение, почувствовав ноги. Хоть их и глодали собаки при этом не рыча и не гавкая. Не по настоящему, но ощущения были такие же. Бомбили не нас а соседнюю деревню, но казалось, что бомбы рвутся совсем рядом. Соседа и других раненых рядом со мной уже не было, из своего неудобного положения я видел только чьи-то, обутые в валенки ноги, недалеко от моей головы.

— Александра? — позвал я.

— Что? — встрепенулась она, присев на корточки сбоку от меня.

— Пить хочу. — Поворачиваюсь я на правый бок.

— Вот вода. — Суёт она мне в рот трубочку, через которую я пил спирт.

— А теперь помоги подняться и на двор проводи. Оружие моё где?

— Может лучше утку?

— Я ещё живой, так что обойдусь. На воздух хочу. — Как-то не улыбалось мне погибать «под развалинами часовни», в тот момент, когда я можно сказать снова родился, да и девчонку было жалко. По деревне наверняка тоже отбомбятся, и целиться будут в дома, а не в огороды.

— Доктор, а вам что, особое приглашение нужно? Быстро из хаты! — Повышаю я голос, так как чуйка уже ревёт сиреной.

Поддерживаемый с двух сторон, ковыляю по двору дома, когда с неба на нас обрушился рёв мотора. Но первый заход «Юнкерс» сделал на дорогу, по которой ехала штабная «эмка». Вижу как разрывом бомбы машину подбросило в воздух, а следом взрывная волна накрывает уже нашу троицу. Сначала куда-то лечу, а затем падаю на израненную спину и отключаюсь от боли.