Пасынки Гильдии
Шрифт:
Шагая меж развалившихся на берегу тварей, Майчели нашел дремлющего кобелька. Подхватил за средние пары лап, вскинул змеепса себе на плечи, как пастухи переносят ягнят.
Стая встрепенулась, запрыгала вокруг пролазы, который, не обращая внимания на встревоженных хищников, шагнул на мелководье.
Самки заметались по берегу. Затем одна, посмелее, шагнула в воду, за нею другая, третья. И вот уже чешуйчатый поток заструился через озеро. Суки были охвачены страхом, но не за себя, о себе они уже не помнили.
Щука, которая успела пристроить перевязанного горлана в дупле дерева,
Схватка на острове вспыхнула с новой силой.
Охотники отступили к другому берегу островка – туда, где среди высоких валунов легче было отражать атаку своры змеепсов.
Нургидан отшвырнул безоружную Нитху себе за спину и стальным вихрем оградил от врагов себя и напарницу.
Нитха из-за плеча Нургидана швыряла в стаю камнями.
Дайру разметал вокруг себя кольцо пылающих водорослей. А тварей, что перемахивали через огонь, встречал хлесткими ударами ремня, тяжелой пряжкой по черепу. Левую руку он обмотал плащом и отбивал ею прыжки змеепсов, целящихся в грудь и в горло. Даже в азарте боя он удивился тому, что ни одна тварь не прокусила коричневое сукно. Змеепсы, цапнувшие плащ, срывались с визгом, словно с размаху ударили зубами по камню.
Первая атака захлебнулась, но и отступать хищники не собирались: держали врага в напряжении, изматывали силы…
Майчели сам не лез в драку и Щуку удержал. Оба наблюдали за боем со стороны и вслух прикидывали: сколько еще продержатся гильдейские молокососы?
А те и сами понимали, что обречены. Спрыгнуть в воду и вплавь добраться до берега озера? Но стая по мелководью уйдет с острова и берегом легко догонит беглецов. Нет уж, здесь хотя бы камни прикрывают спину!
Охотники дрались, сдерживая отчаяние… до того мгновения, когда вода в двух шагах от них на миг поднялась темным бугром – и отхлынула от острого гребня, трехглазой круглой головы с оскаленной пастью, чешуйчатого темного тела в сине-зеленых разводах.
– Держись, почтеннейшая публика! – пронеслось над островом.
Ящер Циркач вскарабкался на берег и с ходу ворвался в бой. Лапами и клыками вцепился в мощную чешуйчатую самку, вскинул на воздух, перекусил хребет, отшвырнул, цапнул следующую, одновременно сбив ударом хвоста прыжок третьей твари, нацелившейся на Нитху.
Позади на берег вылез маленький черный ящерок. Азартно метнулся к дерущимся, прыгнул на спину одному из змеепсов, вонзил клычишки ему в шею. Тварь покатилась по земле, пытаясь сбросить «наездника», но ящерок стиснул челюсти и не разжимал их, пока враг не затих.
– Неужели отобьются? – тревожно спросила Щука у Майчели. Оба держались за спинами дерущихся.
– Нет, – уверенно сказал главарь. – Не знаю, откуда явилось это чудище, но против змеепсов оно не выстоит. Стая измотает его, а потом мы легко… о, оглянись-ка! Урр возвращается!
И в самом деле, звероподобный пролаза топал по мелководью. Лицо его было еще багровым, глаза слезились, но из горла рвалось боевое рычание,
а лапищи сжимали увесистый камень – вместо потерянной дубины.– Вот и все, – со спокойным удовлетворением сказал Майчели. – Урр задавит ящера, мы с тобой – девчонку и белобрысого. А стая порвет в клочки того шустрого, у которого меч…
– Уже! – азартно воскликнула Щука.
Нургидан под натиском врагов шагнул назад, споткнулся о метнувшегося ему под ноги змеепса. Тут же на него прыгнули три твари, повалили, опрокинули…
Нитха пыталась растащить хищников, била их ножом, но волнение делало удары неточными, лезвие скользило по чешуе.
И в этот миг с дальнего берега озера донесся звонкий девичий голос:
– Дайру! Я здесь! Иди сюда!
И ударил ледяной, пронзительный ветер.
Дайру только что пробился на помощь другу и успел тяжелой пряжкой разнести голову твари, вцепившейся в плечо Нургидана. Но тут он услышал зов, обернулся…
Сердце на миг остановилось, а потом забарабанило гулко и неистово, воздух комом встал в горле.
Там, за широкой полосой черной воды, стояла на коленях тоненькая девушка с переброшенной на грудь русой косой. Она протягивала обе руки к острову. И там, куда указывали ее ладони, тянулся легкий дощатый мостик – от мокрого прибрежного песка в двух шагах от девушки и до серых валунов острова.
– Сюда! Скорее!
Надежда придала силы Дайру и Нитхе. Расшвыряв змеепсов, они помогли подняться Нургидану, чья куртка была разорвана, а рубаха алела от кровавых пятен.
– Я прикрою! – крикнул Циркач, который сразу понял, что происходит.
Он встал у мостика, готовый драться с теми, кто погонится за его друзьями. Ящерок рядом с ним поднялся на задние лапы: всех порву!
Помогая Нургидану идти, Охотники с боем отступили на мост. Ледяной ветер хлестал разгоряченные лица.
Опустив глаза, Дайру заметил, что доски мостика не были ни сколочены, ни связаны друг с другом. Они пружинили под ногами, но каждая лежала на воздухе, словно на прозрачном настиле, это было видно сквозь щели. И доски эти были покрыты хрустким слоем инея.
Оставляя на инее темные следы, Охотники перебежали мост.
Ни один змеепес не пробился за ними следом: Циркач яростно и грозно держал оборону. А едва трое Охотников шагнули на берег, Вианни устало уронила руки. Мост тут же рухнул, доски посыпались в озеро – но ни одна не долетела до черной воды, все истаяли, исчезли в падении.
Холодный ветер ударил в последний раз – и сгинул.
Ящер и его ученик тут же нырнули в воду – им-то мост был ни к чему!
Щука закричала:
– Ну, что же мы… догонять надо! По берегу далеко не уйдут!
– Теперь вот именно уйдут, – сказал Майчели так спокойно и неспешно, что возбуждение женщины разом сменилось горькой безнадежностью. – Теперь они уйдут как хотят, потому что с ними Вианни.
За их спинами раздался недоуменный рык. Щука обернулась.
Урр огорченно уронил наземь свой камень. Он так спешил – а враг исчез!
Стая успокоилась. Уцелевшие твари пировали над трупами павших в бою товарок, предварительно потыкав носами в своего единственного самца и убедившись, что он уцелел.