Паук у моря

Про форт Нест кое-что Верн, конечно, слышал. Укрепление к северо-западу от столицы, считается техническим-тыловым. По официальной версии там одно из отделений Центрального арсенала, естественно, все детали строго секретны. Гарнизон сплошь из эсэсов, ну, и сдери им башку, пусть секретничают, в Эстерштайне полным-полно секретных объектов, это все военнослужащие знают. Вот про Закрытую школу слышать не доводилось.

— Немме, давайте оставим в стороне подробности, о которых мне не нужно знать. Строго по ситуации — что вот здесь, у нас? Само озеро заколдовано или что-то иное?

— Господи, да как озеро заколдуешь?! Оно же огромно. Такая попытка и в принципе бессмысленна. У магии совершенно иные принципы воздействия….

— Господин ботаник, а давайте сейчас без принципов, — сквозь зубы предложил Верн. — Я чувствую некую близкую задницу, а вы меня еще больше путаете. Что за магия? Она нам угрожает? Поставлена ловушка? Каковы конкретные предложения по нашим оборонительным действиям? Сразу не отвечайте, подумайте.

Немме задумался, пытаясь сформулировать ответ. Верн древком копья призвал к здравомыслию лама, вновь вздумавшего освежиться. Идущий головным начальник штаба двигался спокойно, но явно прислушивался к разговору — изменившееся покачивание ствола «маузера» выдавало.

— Если последовательно… магия здесь везде, но как бы рассредоточенно… клочьями, — пробормотал ботаник. — Витает над берегом и водой, уж прошу прощения за поэтичность. И нас не рады тут видеть. Весьма не рады.

— Вот, сейчас стало понятнее. Хотя насчет «не рады», об этом можно и без всякой магии догадаться. Ланцмахту исключительно дома — в Эстерштайне — рады. Но кто здесь колдует и есть ли реальная ловушка? Лично у меня ощущение, что мы идем прямиком в капкан, — прошептал Верн.

— Нет, такого я не чувствую, — подумав, заверил ботаник. — Мне кажется, озеро уверено в своих силах. Нас уничтожат, как только…. Нет, я не знаю «когда что». Я вообще не уверен…

— Прекратите, Немме. Уж какая тут однозначная уверенность, мы же в рейде. У нас четкий приказ, а всё остальное… «витает», как вы изволили точно отметить. Сейчас остановимся на краткий привал, перескажете свои мысли господам офицерам. Личный состав имеет право знать о сложившейся обстановке. Только попрошу без лишних подробностей! Да куда ты опять, сдери тебе башку?! — Верн пресек очередную попытку водолюбивого лама.

* * *

Вечером лагерь разбили в чрезвычайно живописном месте. Склон покатыми широкими террасами спускался к озерному берегу, далеко в воду тянулась каменистая, тоненькая, словно специально выложенная «пирс-дорожка», в ее конце сидели крупные птицы этакого сурового бакланьего вида, смотрели на пришельцев с чрезвычайно недовольным, хозяйским видом.

Фетте пригрозил крылатым наглецам «маузером», те грузно поднялись в воздух.

— Это реальная пристань или странная игра природы? — с сомнением вопросил Вольц.

Оставив личный состав заниматься ламами и сбором топлива для костра, командир и начальник штаба спустились к «пирсу».

— Видимо, естественное образование, — сказал Вольц, пихая сапогом плотно лежащие камни. — Вручную уложить так не получится. Но красиво. Порой у природы намного больше вкуса, чем у нас. А что думаешь о словах нашего умника? Магия здесь действительно есть? Вот, допустим, в этой насыпи магическая составляющая присутствует?

— Наверное. Уж очень линия изгиба изящна. Видимо, магия есть везде. В смысле и здесь, и в Эстерштайне. Но, к счастью, мы с ней не очень-то пересекаемся. Существуем параллельно.

— Иными словами, магия — часть мира, часть природы, — кивнул Вольц. — Малоизвестная скромная часть, поскольку ее нет в наших учебниках, а статуи колдунов отсутствуют в Музеуме.

— Как выясняется, учебники по магии, возможно, и существуют, — проворчал Верн. — Но мы этого не слышали. И вообще мы — солдаты. Нас вот этот пирс должен интересовать с точки зрения наличия на озере лодок и иных десантных средств.

— Верно. За водой тоже имеет смысл понаблюдать.

В лагере заорали — Фетте вытирал шлем и грозил небесам, научный специалист хихикал и пригибался, ламы с опаской задирали морды. Над лагерем кружил злопамятный баклан.

— За воздухом тоже нужно следить, по дружище Фетте уже отбомбились, — ухмыляясь, напомнил Вольц.

Сердитый Фетте напялил сырой, не без труда отмытый шлем, взял ботаника и отправился на ближнюю разведку. Командир отряда закладывал котел.

— Нарушаем, — заметил Вольц, сгружая собранный хворост. — Старший по званию обязан надзирать над приготовлением пищи, но не участвовать в процессе непосредственно.

— Да вашу готовку жрать невозможно, — проворчал Верн. — Неужели «тюр-болтушка» — это так трудно? Нет, у Фетте недурно выходит, но вы с господином ботаником… откровенная порча провизии.

— Ничего подобного. У нас вполне съедобно, но экономно.

— Это да, вашей стряпни много не сожрешь. Ты пересчитал?

— Съестных припасов должно хватить до возвращения. В обрез, по минимальной норме. Ничего страшного, в крайнем случае, подстрелим какого-нибудь меткого баклана или замешкавшегося льва, — начальник штаба оглянулся. — Что-то шумно разведка возвращается.

Разведчики принесли картофель — наковыряли полный шлем и еще горсть. Клубни были некрупны, но это, несомненно, был именно картофель — вкусный и редкий овощ, столь ценимый в Эстерштайне, где почвы совершенно не подходили для картофелеводства. Собственно, картофельных клубней крупнее яйца лично Верну видеть не приходилось — такой продукт считался отборным, шел на рынке по марке за килограмм, только замковые обитатели и могли себе позволить.

— Вот она — удача! — в восторге тряхнул шлемом Фетте. — Такое лакомство, и полным-полно! Это озерцо начинает мне все больше нравиться.

— Варим, жарим, или печем? — немедля задал ключевые вопросы начальник штаба.

— Жарим! Быстрее будет, — сказал, пуская слюну, ботаник.

— Мудреете, господин Немме, — одобрил командир. — Но тогда продукт ужарится.

— Там еще много его растет, — указал в сгущающийся сумрак Фетте. — Роскошные заросли, прямо так рядками и идут, идут… Кто бы мог подумать — изобилие дикого крупного картофеля!

— Изобилие? «Рядками» — это грядками, так что ли? — Верн посмотрел на ботаника.

— А что здесь странного? — насторожился ученый. — Видимо, некогда эту культуру высадили здешние аборигены. Потом люди вымерли или ушли, а картофель одичал и растет. Вполне естественный процесс.

— Так грядками и одичал?!

Личный состав смотрел на командира, явно не понимая, в чем подвох. Ну да, все городские, о жизни на фермах и в Холмах ничего не знают. Это Верну мама рассказывала о выхаживании тамошних крошечных огородиков. Там, конечно, не картофель растили, но всё равно.

— Это в том направлении? Двумя террасами выше? Я должен взглянуть, — сказал Верн. — А вы жарьте пока, но удвойте бдительность.