Паутина

— Затем, что, если мадам Помфри решит, что ты должен остаться в больничном крыле на ночь, я заставлю тебя это сделать, — с легкой угрозой в голосе произнесла Лили, тоже хмурясь. — Идем.

Поттеры направились прочь со стадиона. Малфой, к раздражению Лили, плелся сзади, неся метлу Джеймса. Толпа редела, студенты спешили в замок — спрятаться от сильного ветра.

— Джеймс, постой, — их нагнала Ксения.

— Ему нужно к мадам Помфри, — Лили резко обернулась к слизеринке. А она-то думала, что Ксения таскается за Малфоем. Но, судя по всему, эта мисс Белоснежка положила глаз на брата.

Ксения проигнорировала слова Лили, глядя только на Джеймса. К ним подошел Малфой.

— Поттер, идем, — он взял девушку за руку и потащил прочь. Она попыталась вывернуться и ждала, чтобы брат одернул друга, но тот лишь махнул им вслед и тут же обратил все свое внимание — предатель! — на слизеринку.

— Отпусти! — сердито попросила Лили, не в силах самой освободиться от хватки Малфоя. Он же просто нагло тянул ее за собой. Девушка оглянулась — Ксения склонилась к руке Джеймса и доставала палочку. — Что она делает?

— Перестань дергаться, — попросил Скорпиус, все дальше уводя ее от пары, что осталась на тропинке. — Она ничего ему не сделает.

— Отпусти!

— Да пожалуйста, — Малфой разжал пальцы, но следил за тем, чтобы Лили не рванула обратно.

— Джеймсу нужно в больничное крыло, а не с девушками любезничать, — сверкнула глазами гриффиндорка, останавливаясь и складывая руки на груди.

— Она его персональное больничное крыло, — ухмыльнулся Малфой, засовывая свои в карманы. Эта пара представляла собой занимательную картину — она хмурилась и всем своим видом показывала, как он ее бесит и как она сердита, а он, наоборот, развлекался и явно наслаждался ситуацией.

— Не неси чушь, Малфой, — огрызнулась Лили. Она не знала, почему так упирается, — то ли из-за тревоги за брата, то ли из-за ревности. Джеймс позволил Малфою так ее утащить, а сам остался с этой! Ее Джеймс, который всегда оберегал и защищал сестру. Обидно.

— Чушь — это то, чем ты сейчас занимаешься. Ксения учится в профильной академии в Греции. Академии подготовки целителей, — объяснил Малфой, ковыряя носком ботинка камешек. — Она знает медицинские заклинания, которые нам и не снились.

— Она вылечит его?

— Думаю, да, — пожал плечами Малфой. — Если нет, то сама отконвоирует в больничное крыло и даже поможет надеть пижаму. Хотя, может быть, ты хотела при этом поприсутствовать?

— Пустозвон! — Лили развернулась и почти побежала к замку, боясь, что свернет шею этому самодовольному… этому заносчивому… этому беспринципному, наглому, язвительному… этому обаятельному идиоту! От своих мыслей Лили еще больше разозлилась. Она почти хотела, чтобы он пошел за ней, — был бы повод наорать на слизеринца. Но сзади не было шагов.

— Ну и пусть! — раздосадованная, Лили с силой дернула на себя двери и почти налетела на Аманду Дурсль.

— Привет, Лили, — радостно улыбнулась ей сияющая первокурсница. — Я видела игру! Квиддич — это что-то удивительное! Я уже решила взять в библиотеке все книги о нем… А еще, когда буду писать дяде Гарри, то обязательно попрошу рассказать о том, как он играл. Он ведь играл?

Лили кивнула, непроизвольно заражаясь безудержным задором Аманды.

— Отец пишет тебе? — Гриффиндорка почувствовала легкий укол совести — она обещала папе, что присмотрит за девочкой, но с этими уроками и обязанностями старосты ей было совершенно некогда. Хотя она исправно интересовалась отметками Аманды. Девочка была одной из лучших на своем курсе.

— Да, сегодня утром пришло письмо, — Аманда залезла в карман мантии и стала искать свиток. Сначала она извлекла коробку с кнопочками, сломанное перо, горсть сушеных листьев аконита, еще какие-то странные зерна, и лишь потом на свет появился исписанный почерком отца пергамент.

— Я обязательно напишу дяде Гарри, как Джеймс играл! И как поймал мячик! Он ведь в порядке, да?

— Да, вроде, — немного неуверенно произнесла Лили. Ей на миг показалось, что что-то не так, что-то ее насторожило, но это чувство пропало так же быстро, как и возникло.

— А правда, что Джеймс встречается со слизеринкой? — вдруг спросила Аманда, глядя на старосту широко открытыми глазенками.

— С чего ты взяла? — Лили насупилась.

— Я видела, как он целуется с ней, а Зак говорил, что, если двое так целуются, то…

— Так — это как? — Лили подняла бровь.

— Ну, будто хотят съесть друг друга, — невинно произнесла первокурсница. — Зак сказал, что взрослые всегда так целуются…

— А кто такой Зак? — спрашивала Лили, в сущности, этим не интересуясь. Мысли ее были заняты Джеймсом и его подружкой. Как давно это у них, если даже первокурсники Хаффлпаффа знают об этом?

— Мой брат, — ответила Аманда. — Так что, Джеймс действительно встречается со слизеринкой? — казалось, девочка не может в это поверить. — Ведь Гриффиндор и Слизерин всегда…

— Ну, это предрассудки…

— А ну, да, ты же сама дружишь с Грегори со Слизерина, — осведомленно отметила Аманда.

— Может, тебе показалось, и это был не Джеймс? — с надеждой поинтересовалась Лили, игнорируя замечание относительно ее самой.

— Нет. Я же видела! Сама! Сегодня! Я как раз перед завтраком шла в совятню и увидела, что идет мистер Филч. Я решила спрятаться — не люблю его, он злой и всегда придирается. Ну, и заскочила за гобелен на третьем этаже. Ну, и они там были.

— Что сказал Джеймс?

— Ничего, — хихикнула Аманда, оглядываясь. — Они меня не заметили. Я тут же выбежала оттуда.

— Понятно, — протянула Лили. — Ладно, мне надо идти.

— Пока! — Аманда сорвалась и выскочила через двери, оставляя Лили в пустом холле. Девушка глубоко вздохнула и направилась в свою гостиную.

В башне Гриффиндора во всю праздновали победу. Было так шумно, что Лили показалось, что здесь собрались все, кто был на стадионе. Конечно, как примерная староста, она отобрала у младшекурсников сливочное пиво, запретила устраивать фейерверк в помещении и все-таки приняла пассивное участие в торжестве. Больше из желания дождаться Джеймса, чем чтобы отметить победу. Брат появился минут черед двадцать, что дало Лили возможность покинуть шумную гостиную и закрыться в своей комнате. Завтра — поход в Хогсмид, а у нее гора домашней работы.

Еще вчера вечером она запасливо принесла из библиотеки нужные книги, поэтому сейчас, скинув верхнюю одежду, она с ногами забралась на постель, устроила на коленях пергамент и приступила к эссе по Нумерологии, которую хотела продолжить изучать и после СОВ.

Через пару минут к ней присоединился Хьюго, и вместе они справились с работой по Трансфигурации. Незадолго до обеда Лили смогла с легкой душой захлопнуть учебник. Хьюго переписывал начисто ответы на вопросы по Зельям.

Девушка следила за кузеном, улыбаясь. Он был таким смешным — длинный нос, веснушки, рыжие волосы, поджатые губы. Он очень напоминал дядю Рона, только был более серьезным и ответственным. Это, наверное, ему передалось от Гермионы.