Печать бездны

— Ну что ты так уставился на меня, ешь давай. Силы тебе пригодятся, да и Зверю тоже. Вон как беснуется, бедненький, что его закрыли на ночь.

Я обратил внимание, что расхаживаю по дому в полуобороте. А ведь даже не заметил этого после пробуждения. Утолщённая красноватая кожа, удлинённые когти на руках, бугры пластин под волосами. Ну хоть хвост не появился. Это уж совсем неприлично. Диэта выставила ещё два стакана с коктейлями.

— Фиолетовый — Кассиусу, белый — Инису. Проследи, будь добр, чтобы выпили обязательно. — С этими словами их бессменная повариха-диетолог удалилась.

Следом в кабинет вошли Кассиус с Шиасом. Оба выглядели явно хуже меня, а это надо было ещё постараться.

— Присаживайтесь. Пока ждём Иниса, я с вашего позволения, подкреплюсь. Ночь была длинная. — Я попробовал орудовать столовыми приборами, но они то и дело цеплялись за когти, звеня на весь кабинет.

— Кассиус, вам с Инисом привет от Диэты. Твой — фиолетовый, — указал на стакан. — Шиас, тебе могу предложить только алкоголь. Для тебя приветов нет, — я пожал плечами.

— Да это потому, что я свой получил сразу как вернулся. Та ещё командировочка, я вам скажу.

Я вопросительно выгнул бровь, продолжая расправляться со стейком уже без приборов. Сок стекал по пальцам, нежнейшее мясо наполняло рот слюной. Сам не заметил, как рыба сменила стейк.

Инис стремительно вошёл в кабинет, утирая пот со лба.

— Там сейчас такое происходит, что долго я их сдерживать не могу. Надо что-то решать.

Он устало рухнул в кресло, а Кассиус передал ему белый стакан:

— Выпей, поможет.

— Спасибо! — содержимое стакана моментально исчезло.

— Так, давайте по очереди, что успело произойти за одну ночь, — я уже прикончил рыбу, и уничтожал салат. Способность ясно мыслить понемногу возвращалась ко мне. Зверь, получив подпитку немного успокоился, но не ушёл полностью. Слово взял Кассиус.

— На рассвете мне поступил вызов от Марьям с просьбой о помощи с инициацией стихийной ведьмы. Мы с Шиасом отправились к ним. Оказалось, что для разнообразия проблемы возникли у Елизаветы. Судя по описанию её кошмара, который, как мы знаем, и есть первое испытание, дар открылся в попытках вырвать бабушку из рук оккультистов. Вот только инициация стихийная в её возрасте от кошмара невозможна, из чего было сделано смелое и до невозможности абсурдное предположение, что это могло быть правдой. И где-то в Черноземье загибается Верховная ведьма, которая неосознанно кровью вызвала внучку на помощь. А наш Хаос и Мгла, мать его, решили, что просьба вполне себе справедливая, и девочку туда переместили.

Что было дальше, думаю, ты видел.

А вот Марьям предложила проверить реальность сна и, в случае необходимости, оказать медицинскую дипломатическую помощь черноземным. Если взять во внимание, что Лиза стала партнёром твоего Зверя, а ты был недоступен, я принял решение об отправке пятёрки бойцов вместе с Шиасом и Лизой в Черноземье для проверки теории. Иниса сразу поставил в известность и направил копию разговора с девушками.

Я слегка в шоке переваривал информацию. Кошмар Лизы я запомнил даже слишком хорошо. Судя по всему, в нём смешалось два страха одновременно: использовать дар не по назначению и потерять родного человека. Всё было достаточно логично, пока она не начала оперировать заёмной магией. Если это была стихия, то ранг её способностей взлетал до небес. Стихийных ведьм рождалось очень мало. Одной из последних как раз и была бабушка Лизы. Тьху, почему была, может ещё всё обошлось. Кстати…

— А какая стихия проснулась? — я в нетерпении уставился на нашего медика.

— По результатам осмотра выявить не удалось точно, круг сузился до стихий земли и огня. Но вот дальнейшее стало ещё тем сюрпризом. Начну с того, что мы не сразу смогли переместиться из-за браслета-подавителя, который должен был утратить свои свойства после ночи, однако почему-то не утратил. Девушка знатно вспылила в прямом и переносном смысле, да и нервное напряжение сказалось. Итого, нет у нас больше одного браслета. У неё ещё не зажившие энергоканалы на руках так полыхнули, что кожа треснула как сухой осенний лист. Я думал уже в медчасть отправляться, лечить культи обгоревших рук. Однако ведьма просто расплавила подавитель, и браслет врос в кожу. Руки при этом оказались целыми. Хоть и полыхали температурой доменной печи. А дальше вот, смотрите, — Шиас запустил галокристалл с записью экспедиции.

Семёрка импровизированных спасателей перенеслась на каменные ступени у подножья извергающегося вулкана. Василиски сразу осуществили оборот, ибо человеческая ипостась просто не выдержала бы этого пекла. Лиза же отстранённо, будто во сне, сняла обувь и пошла босыми ногами напрямик, сквозь лужи и озерца лавы. По ногам вверх тянулись алые сполохи, оплетая все тело. Волосы сменили цвет с рыжего на алый и развевались по ветру. Зрелище страшное и завораживающее. На входе в пещеру стекал водопад лавы, так ведьма только рукой махнула, и поток изменил направление движения, стекая с двух сторон от входа по склону горы.

Дальше вся экспедиция сорвалась на бег, по чешуе василисков то и дело били камни, срывающиеся с потолка. Ворвавшись в основной зал, василиски замерли, наблюдая картину огненного апокалипсиса. На пятачке посреди лавового озера кипела битва между Верховной ведьмой Черноземья и какой-то тварью. Тварь напоминала безумное творение химеролога. Нижнюю часть туловища взяли от паука, с мохнатым брюшком и восьмью лапами, четыре из которых с одной стороны были обуглены до половины. К брюшку крепился скорпионий хвост, уже без жала на конце. Жало обнаружилось в зубах Верховной ведьмы. Верхняя часть туловища — это мужской торс в обрывках некогда белого балахона, из-под которого виднелись педипальпы того же скорпиона. Голова с трудом удерживалась на шее, ибо вместо горла зияла выгрызенная зубами дыра. Человек с такой травмой не выжил бы. Видимо поэтому оккультисту пришлось сменить ипостась. Сама ведьма выглядела не лучше, лишилась рук, израненная, с шальными глазами. В живых она была лишь потому, что кружила вокруг твари по колено в лаве. А химере туда хода не было. Но такой нейтралитет не мог длиться долго. Потеря крови сказывалась на силе ведьмы, хоть она и стояла по колено в Источнике. И пока василиски оценивали диспозицию, Елизавета не медлила. Словно богиня мщения она слетела по ступеням к озеру. Встав на одно колено, девушка зачерпывала лаву, подбрасывала её в воздух, а второй рукой выписывала незнакомые символы в воздухе. Лава горящими линиями выстраивалась в огромную печать, обретая объём, многомерную структуру. Когда печать достигла размеров трёх метров в диаметре, Елизавета поднялась во весь рост и накинула печать на химеру. Весь пятачок земли посреди озера стал клеткой для беснующейся твари. Пелагея замерла, заметив за спиной противника внучку. Осторожно, чтобы не отвлечь внимание от плетения аркана, она брела к Лизе. А в глазах девушки уже не было ничего человеческого. Подчиняясь её приказу, печать сжималась в размерах, опаляя химеру, сжигая её заживо. Сначала лапки, затем хвост, брюшко. Торс чернел, осыпаясь пеплом. Тварь визжала нечеловеческим голосом и в последний момент перед смертью прошипела:

— Мы всё равно вскроем печать.

Лиза отключилась, весь её облик потускнел и выцвел. Девушка начала заваливаться в озеро, но бабушка вовремя её подхватила на культи рук. Василиски отмерли, когда они приблизились к ведьмам, Пелагея на них зашипела, принимая в горячке за потусторонних тварей. Она укачивала на волнах лавы тело внучки и что-то заунывно пела. Шиасу пришлось обернуться и попросить ведьму выйти из лавы, чтобы они могли им помочь и переместить для оказания медицинской помощи. Только увидев перед собой человека, Пелагея из последних сил добрела до берега, где ведьм подхватили василиски.

На этом запись обрывалась. Шиас продолжил:

— Ведьмы сейчас в стазис-капсулах. У Пелагеи прогноз на восстановление — неделя. Язык и руки отрастим к концу дня, остальное время — на восстановление энергоканалов. С Елизаветой сложнее. Она в состоянии крайнего физического и магического истощения. Прогноз неопределённый.

Я обвёл взглядом присутствующих. У всех был слегка потрясённый вид.

— Шиас, ты сам после оборота в вулкане как себя чувствуешь? — уточнил у нашего медика. А то, зная его преданность работе, о себе он мог и позабыть.

— Да более-менее, распределил ведьм и сам отлежался пару часов на регенерации. Хорошо, что Диэта ещё коктейль успела подсунуть, так бы было хуже.

Я собрался с мыслями и высказал вслух три вопроса вертевшихся на языке:

— Кто мне может сказать, что за тварь воевала с Денисовой? О какой печати она верещала перед смертью? И что такое создала в порыве чувств Елизавета?

— Тварь — однозначно химера, но магически одарённая, судя по сну Лизы, — отозвался Кассиус. — Когда Пелагея перегрызла ей горло, этому существу пришлось сменить ипостась на обычную, без магических способностей. Только это ведьму и спасло. Про печать слышу в первый раз.