Печать бездны

Мелисса кивнула, после чего провела меня через небольшой садик их семейного поместья к калитке для слуг.

— Здесь пройдешь вдоль изгороди до угла, там центральный проспект. Тебе нужно направо, в конце проспекта Магистрат, а оттуда поместье Регулов видно на возвышении, не заблудишься. Идти минут двадцать придется, если подождёшь, я переоденусь и попрошу кого-нибудь из слуг тебя отвезти.

Я вежливо отказалась. Погода была хорошая, солнышко уже почти высушило одежду, да и подумать не мешало в одиночестве. А пешие прогулки очень этому способствуют. Пора уже возвращаться на Отбор.

Глава 21. Первые шаги на пути к принятию себя

Алиса

Как же хорошо гулять вот так в саду и медленно вдыхать приторно сладкий аромат цветущего жасмина. Дочь сегодня задерживалась, а мне было тревожно. Для успокоения опустила ладонь в чашу мраморного фонтана. Необходимо успокоиться и расслабиться. Журчание воды отвлекало, рассеивало внимание и позволяло приоткрыть завесу тьмы. Настроившись на огонек силы дочери, нашла ее в другом конце сада, недалеко от выхода из лабиринта. Уже вернулась, можно не беспокоиться. Последнее время мне не нравились самостоятельные отлучки Мел к Источнику. На душе будто кошки скребли.

Зверь Мелиссы с жадностью впитывал в себя Хаос. Его целостность уже не вызывает сомнений. Слишком быстро он сформировался, Мелиссе нет ещё и шестнадцати. С ней так всегда, всё происходило не по плану. Она родилась наперекор всем канонам и традициям, призрев все законы Осколочной эволюции и генетики.

Я с детства видела свою судьбу наперед и не противилась ей. Если подумать, не самая плохая судьба: любить и быть любимой, иметь любимую дочку, получить уникальный Дар! Хорошая судьба, если не заострять внимания на некоторых нюансах. Муж — красив, силен, молод, влюблен, но холоден и отстранён, пропитан чувством вины после рождения дочери. Дочь — уникальна в своём роде, но болезненно не уверена в себе. А сама я — красива, любима, одарена, но всё чаще используема мужем.

Холодный камень чаши фонтана нежно ласкал ладонь. Розовый мрамор с красными прожилками, я до сих пор помню, как Инис делал предложение у этого фонтана. Нежные слова любви, клятва незыблемой верности, обещания заботы и жизни, наполненной теплом и светом! Он обещал мне семью и сдержал слово. Но получить всё и сразу невозможно, поэтому между дочерью и Светом, я выбрала дочь! Вечная темнота стала моей спутницей и подругой. Она убаюкивала, окутывала тишиной, навсегда отрезав от Света. Не сразу, но нам удалось подружиться. Теперь же темнота щедро делилась со мной незримыми тайнами, сокрытыми во времени и пространстве

За спиной захрустел гравий садовой дорожки. Лёгкие, но намерено шумные шаги, предупреждали о появлении гостя.

— Мой добрый друг, можешь не утруждать себя, я узнаю тебя из тысячи существ, — с улыбкой приветствовала самого частого гостя нашего дома и наставника Мелиссы, Кассиуса Регула.

Более пятнадцати лет он навещал сначала меня, а затем и Мелиссу, чтоб хоть как-то разнообразить наш затворнический образ жизни. По сути, запрета на отъезд из Осколка нет, но пока Мелисса не станет совершеннолетней, ей безопасней всего находиться во Мгле. Мгла хранит своих детей. Я же с нетерпением ждала шестнадцатый день рождения дочери. Девочке стоило пройти обряд выбора жизненного пути в Долине водопадов, как и прочим смескам, отринутым родными Осколками. У василисков совершеннолетие наступало с первым оборотом, а полная самостоятельность в действиях — после прохождения Круга Чести в конце второй кварты. Но Мелисса — не василиск. Даже блуждая в темноте и не видя второй ипостаси дочери, я точно знала, что она не унаследовала Зверя отца.

С момента вхождения в семью Сехти, Кассиус уделял мне особое внимание, ненавязчиво рассказывал и пояснял местные законы, традиции. Сперва я относилась к такому вниманию настороженно, предполагая личный интерес древнего василиска. Но за эти годы он доказал, что на него можно положиться, ничего не требуя взамен. По давнему уговору сопровождать нас в Долину Водопадов вызвался Кассиус. Сейчас его Зверь сиял столь ярко, что, казалось, смотришь на солнце. В моём присутствии он вел себя очень странно, как будто нежился в лучах тьмы, гортанно порыкивая и блаженно закрывая глаза. Невольно подумалось, что Зверь друга напоминал пушистый комочек света, похожий на маленького своевольного котенка. Однако вряд ли мое видение соответствовало реальности при обороте.

Я чуть вздрогнула, когда водная взвесь от струй фонтана коснулась кожи. На плечи мягко опустилась лёгкая кашемировая шаль.

— Лис, ты снова не спала ночью? — прозвучало с укоризной. — Выглядишь уставшей.

— Ты же знаешь, сон — слишком большая роскошь для меня. Последний год эти кошмарные видения преследуют меня постоянно, отступая лишь на пару часов, когда рядом Инис. Я жду его прихода каждую ночь, он дарит мне передышку в этой череде ужасов. Как продвигаются поиски?

— Сложно, пока подтвердилось лишь, что часть девушек, подпадающих под твоё описание действительно пропали, но никого не находили мертвыми… — Кассиус запнулся.

— Часть? А как же остальные?

— Я смог проверить только человеческий сектор. Там пятнадцать совпадений. Остальные, судя по всему, Осколочные. Точной цифры нет. Если считать по твоим портретам, то жертв больше двадцати.

— Двадцать две. Молодые, сильные, одаренные. Вскоре их может стать двадцать три. — Я протянула карандашный набросок на альбомном листке. Руки дрожали.

На рисунке грубыми штрихами была изображена девушка со светлыми волосами, худощавым телосложением и огромными глазами. В лёгком летнем платье. Это платье — подарок Кассиуса на прошлый день рождения. Тогда оно было слегка великовато угловатому подростку, здесь же сидело как влитое.

— Это же Мелисса, ты, наверно, перепутала рисунки. — Василиск старался говорить максимально беспечно, но Зверь внутри беспокойно заворочался.

Спустя несколько тягостных секунд мой тихий голос нарушил тишину:

— Я не перепутала. Если мы не найдем убийцу, то следующей может стать Мелисса.

— Почему ты не сказала Инису? Почему не захотела привлекать Конвентов? — Кассиус взорвался негодованием, непониманием, злостью. Зверь ощетинился, наливаясь Хаосом.

— Потому что ни одна из жертв не была из нашего Осколка! Хоть один плюс от того, что здесь не рождались девочки. — Я нервно теребила ткань шали. — Ты думаешь, я бездушная? Мне все равно? Я отправляла копии рисунков Ариссе, но там совпадений нет! Было бы хоть одно совпадение, мы бы обратились к Конвентам! Я рассчитывала на это! А поднимать вопрос без доказательств перед Конвентами — означало бы рассекретить себя, и уж тогда бы мне спокойно жить не дали! Я не хочу работать станком для предсказаний всем и вся. Тем более в своём нынешнем состоянии! Мною легко манипулировать, у меня дочь и муж! — я почти кричала в ответ на несправедливые и невысказанные обвинения.

— Прости, Лис.

Он стоял так близко, едва не касаясь меня. Тепло его тела резко контрастировало с прохладой сада. Любое движение с нашей стороны, и последовало бы прикосновение. Но вместо этого, я услышала:

— Когда на кону стоит жизнь самых дорогих существ, мы отодвигаем соображения совести и чести в самые дальние закоулки души. — Голос, надтреснутый, полный боли и воспоминаний, выдавал его раскаяние с головой. Но минутная слабость прошла, уступив место кровожадной злости. — Пусть только попробует позариться на Мелиссу до совершеннолетия, Хаос его развоплотит. А потом я сопровожу вас в Долину, и мы с Ариссой голову оторвём любому, кто на неё косо посмотрит.

Я тяжело вздохнула. Если бы все было так просто. Но я каждой клеточкой чувствовала, что отведенное нам время утекает песком сквозь пальцы. Скрипнула дверь оранжереи, обозначая появление очередного гостя.

— Мамуль, я вернулась. Извини, что задержалась. Ой, дядя, привет! У нас сегодня же нет занятий по плану. — Мелисса по очереди подбежала и чмокнула в щеку меня и Кассиуса.

Я машинально отметила, что Зверь василиска замер при прикосновениях Мелиссы. Так было всегда, он словно прятался в присутствии дочери. Если раньше я списывала это на боязнь навредить Мелиссе и разрушить ее формирующийся источник, то сейчас источник и Зверь были практически слиты воедино. Сдерживать себя не имело смысла.