Пендервики
Шрифт:
Участок при летнем домике был размером с три- четыре футбольных поля. Правда, в футбол тут нормально не поиграешь, прикидывала Скай, деревья будут мешать. Из дома есть второй выход, через кухню — но там совсем лес густой, да ещё с противным колючим подлеском. Зато площадка перед крыльцом очень даже ничего: отличная цветущая лужайка, кое-где только деревья по краям.
Вдоль участка с одной стороны тянулась высокая каменная стена (наверно, соседская), по другую сторону и впереди — живая изгородь, а за ней, как Скай уже знала, парк миссис Тифтон. Чтобы попасть туда, у Скай были две возможности. Во-первых, вернуться по дороге назад до живой
«Во-первых» отменяется, решила Скай, сворачивая с дороги. Только «во-вторых»! Однако изгородь оказалась плотнее и шипастей, чем она ожидала, и несколько попыток продраться сквозь неё ничем не увенчались, разве что шляпа два раза слетала с головы да руки теперь выглядели как после схватки с тигром.
И вот, когда она совсем уже собралась сдаться и топать по дороге, лазейка нашлась. Даже не лазейка, а лазеища, просто её было не видно за разросшимися луговыми цветами. Целый тоннель! И как раз самой подходящей ширины и высоты — удобно ползти на четвереньках. Будь на месте Скай Розалинда, она бы наверняка заметила, что кто-то этим тоннелем частенько пользуется, очень уж он аккуратный и подстриженный. Да и Джейн, окажись она тут первой, тоже бы сообразила, что тоннель в изгороди образовался не сам собой.
Правда, она бы заодно наплела про него с три короба — что его проделали заключённые, готовя групповой побег, или протоптали говорящие барсуки [5] . По крайней мере она искала бы хоть какое-то объяснение. Но Скай есть Скай. Успев лишь подумать: ура, нашлась лазеечка! — она тотчас нырнула в тенистый полумрак.
Вынырнув на краю обширного парка с кустами, газонами, клумбами и дорожками, она чуть не налетела на закутанного в простыню мраморного человека, который держал над головой зигзаг молнии. Вообще-то Скай совершенно не понимала, для чего этого человека сюда поставили, но сейчас он как раз был очень кстати — он её прикрывал. Выглянув из-за статуи, разведчица приободрилась: в поле зрения виднелась всего одна живая душа, и та дружеская. Кегни на соседней дорожке выпалывал сорняки между плитами.
5
Сказочные существа из «Хроник Нарнии».
— Привет, — подбегая, Скай сдёрнула с себя шляпу и тряхнула светлыми волосами, чтобы ему легче было её узнать. — Это я, Скай Пендервик.
— А, привет! «У Скай-синеглазки синие…» — Но договорить Кегни не успел: на дорожке послышались шаги и чей-то нетерпеливый голос позвал его по имени: Кегни! — Знаешь, дай-ка я лучше тебя спрячу. Она, кажется, не в духе.
— Кто «она»? — заинтересовалась Скай, но руки Кегни уже подхватили её и поставили в высокую каменную вазу на постаменте — Скай еле успела разглядеть, что снаружи ваза покрыта резными цветочно-виноградными узорами.
— Пригнись и не высовывайся, пока она не уйдёт.
Скай послушно пригнулась. На дне вазы оказалось по щиколотку грязной воды, но выбирать не приходилось: шаги стремительно приближались.
— Я здесь, миссис Тифтон, — отозвался наконец Кегни.
Скай на миг перестала дышать. Вот она, загадочная миссис Тифтон! Ах,
как хочется на неё взглянуть! И почему в каменных вазах не делают таких маленьких дырочек, чтобы лучше было видно?— Кегни, ты что, не слышишь? Зову тебя, зову! Мне некогда бегать за тобой по всему парку.
Голос звучал сердито. Скай вспомнилась учительница, которая во втором классе обвиняла её в том, что она не сама делает домашние задания. Второклассники, кричала учительница, не умеют делить большие числа в столбик, они умеют только складывать и умножать. Вместе с неприятным голосом до Скай долетело неприятное цок-цок-цок по каменным плитам. Значит, миссис Тифтон ходит на высоких каблуках, заключила Скай. Специально, чтобы удобнее было важничать.
— Простите, мэм, задумался, — сказал Кегни. — Впредь буду внимательнее.
— Я только что получила программу садово-паркового конкурса. Главный судья прибудет в Арундел через три недели, и вместе с ним весь совет садоводческого клуба. Как всегда, они будут осматривать все сады и парки в Массачусетсе. Так вот, Кегни, я хочу, чтобы в этом году Арундел-парк занял первое место.
— Займёт, миссис Тифтон. Непременно.
— Да, но для этого тебе придётся как следует постараться!
— Я постараюсь, мэм.
— Что с этой вазой? Надеюсь, она не будет торчать посреди парка пустая?
Противное цок-цок-цок, к ужасу Скай, направилось в её сторону, и Скай отчаянно захотелось размазаться по мокрому каменному дну. Неужели заглянет?.. Хорошо хоть, что на голове камуфляжная шляпа: если миссис Тифтон окажется слегка подслеповата, она может не заметить под шляпой Скай.
Тут по укрытию Скай что-то бухнуло, так что Скай внутри качнулась: это Кегни, опередив миссис Тифтон, подскочил к вазе и хлопнул по ней ладонью.
— Придумал! — объявил он. — Я высажу в неё розовый жасмин из оранжереи. Пойдёмте, я вам его покажу… прямо сейчас, хотите? Мы даже можем вместе выбрать лучшие кустики.
— Чего ради? Это твоя работа, я тебе за неё плачу. И, кстати, Кегни: выруби-ка ту раскидистую розу, что растёт у самой дороги.
— Вы хотите, чтобы я вырубил белую бахромчатую розу? Розу Фимбриату? — Скай показалось, что голос у Кегни стал точь-в-точь как у папы, когда Пёс сожрал какую-то страшно редкую орхидею.
— Именно её. Прошлый раз, когда совет клуба приезжал в Арундел, миссис Робинетт поцарапала об неё свою машину. Тебе всё ясно?
— Да, мэм.
Лишь когда сердитое цок-цок-цок стихло вдали, Скай решилась высунуться из укрытия.
Кегни окинул её сумрачным взглядом.
— Эту розу посадил мой дядя тридцать лет назад, — сказал он. — Каждую зиму он оборачивал её
мешковиной, чтобы она не замёрзла. И теперь я должен её вырубить — только из-за того, что миссис Робинетт не умеет нормально водить машину? — Легко приподняв Скай, он поставил её на землю.
— Твой дядя тоже работал тут садовником? — спросила Скай.
— Угу. Я тогда был младше, чем ты сейчас. Сначала я просто прибегал сюда после школы, помогал ему. А в прошлом году дядя ушёл на пенсию, и миссис Тифтон взяла меня на его место.
Пока Скай, хлюпая кедами, прыгала, чтобы поскорее вытекла грязная вода, ей в голову пришла одна мысль.
— А давай ты пересадишь эту розу к нашему домику? Папа может за ней ухаживать, пока мы здесь.
— Точно! — Кегни просиял. — Миссис Тифтон даже не узнает. Да и какое ей дело? И папу вашего незачем беспокоить: я сам буду её поливать каждое утро, мне не трудно.