Перекресток
Шрифт:
Дети. Синие глаза, черные кудри. Круглые щеки.
Папа, вырежи свистульку.
Где там…
Только ветер за окном.
343 год Бесконечной войны
Графиня Саллитан любит охоту. Бешеная скачка через прозрачный осенний лес, бешеный лай собак, бешеное нетерпение в крови… кровь. Графиня Саллитан неравнодушна к крови.
Когда-то маленькой девочкой она увидела, как по двору носилась кругами курица без головы. В Каррандии жизнь была простая, почти сельская, и кухарки не заботились, увидит ли впечатлительный ребенок, как курочка попадает в бульон. Лоррена тогда побледнела, глаза заблестели, она начала
Олень падает у копыт ее коня, обессиленный, израненный. Майс наклоняется, достает из ножен длинный кинжал и ловко перерезает оленю глотку. Кровь хлещет на траву, на руки Майса, брызгает на белые бабки лошади. Ноздри Лоррены трепещут, на бледном личике мечтательное выражение.
Она не любит мужа. Он ей противен. Но сейчас, с руками, залитыми кровью, он почти красив. Почему?.. она не знает.
Графиня Саллитан живет со своим супругом в полном согласии. Он толстокож и слеп. Он не замечает на ее полудетском личике отвращения. Когда он прикасается к ней на людях, выражение ее лица остается безмятежным, только в глазах стынет лед. Когда же никто их не видит — ее перекашивает всю. Но ему все равно. В постели она покорна и равнодушна, просто ждет терпеливо, когда супруг отвалится, удовлетворенный. Внутри все пережимает от омерзения, но она умеет притворяться. Ни одна служанка не понимает до конца, как постыл ей ее муж.
Только Кайал знает. Кайал, капитан стражи.
Его глаза сверлят ее спину, когда она проходит мимо. Он всегда оказывается рядом — платок ли поднять, подсадить ли в седло, проводить ли на прогулку. Он не обязан ходить за ней всюду — он обязан следить, чтобы за ней ходили его подчиненные, — но всегда, стоит обернуться — он стоит в двух-трех шагах и смотрит.
Однажды он говорит вполголоса:
— Госпожа, ведь вам противен господин граф.
— Тише, Кайал, — отвечает Лоррена. — Он мой супруг, я принадлежу ему перед богом и людьми.
Она говорит благонравные и достойные всяческих похвал слова, но голубые глаза ее загораются. Она смотрит Кайалу в лицо.
Он красив. У него глубокие карие глаза и темно-рыжие волосы, тонкий нос с горбинкой, высокие скулы, жесткие губы.
Ему тридцать лет.
А графу — сорок восемь.
— Зайдите в кабинет господина графа через час, — бросает она небрежно и проходит мимо него.
Через полчаса граф Саллитан, как и собирался, отбывает в город. Еще через полчаса Кайал входит в кабинет и запирает за собой дверь.
Он весь состоит из тугих мышц.
Он влюблен без памяти — и сперва трогательно робок. А потом требовательно напорист.
Поперек мужниного письменного стола, скинув коленом чернильный прибор, запрокинув и свесив голову за край столешницы, она узнает наконец, как сладка может быть любовь мужчины.
Они встречаются ловко, так что ни одна душа не заподозрила. Кайал даже спит с графиней в супружеской постели, когда в ней не спит граф, — и никто не знает. Лицо Кайала каменно. Ее — спокойно и невинно. Муж не замечает никаких перемен.
Она лежит в руках Кайала, счастливая, разомлевшая, и говорит мечтательно:
— Хоть бы он сдох.
— Тебе достаточно захотеть, — отвечает Кайал, лаская ее тело.
— Я захотела, — мурлычет она и целует его. — Только не сам, милый. Ты должен быть вне подозрений.
— Конечно, любимая, — кивает он.
Проходит около месяца, и с графом случается несчастье. Понесла лошадь, лопнула подпруга… граф упал и свернул себе шею.
Лоррена не спрашивает у любовника, как это было подстроено. Зачем ей знать? Теперь она богатая вдова, а ей еще
нет и шестнадцати. Через год она, если пожелает, может выйти замуж снова — с ее деньгами и титулом выбор у нее будет. Но пока она не хочет.Пока она спит с Кайалом в свое удовольствие и беспокоится только, как бы не забеременеть. При жизни графа это не было проблемой, после его смерти — увы. Следует соблюдать осторожность.
Ах, как трудно быть осторожной, когда голова кружится от страсти в объятиях горячего мужчины!
Кайал понимает, что он ей не ровня, и не претендует на роль законного супруга. Но ему не хотелось бы больше делить ее хоть с кем-то. Поэтому сейчас, весь год траура, он просто наслаждается безраздельным обладанием своей прекрасной госпожой.
А на людях — сдержан, вежлив, холоден. И она — равнодушна и спокойна.
344 год Бесконечной войны
Принц Серрьер не терял времени зря, и к середине зимы все было готово.
Однажды утром Энторет проснулся и обнаружил, что власть переменилась. Его величество Леорре VIII скоропостижно скончался, ее величество в этом повинна (слухи ходили самые разные — то ли отравила, то ли зарезала, то ли убийц подослала) и помещена в Белую Башню, в комфортные условия, но под замок, а его высочество Леорре-Сеотто-Марилл похищен злоумышленниками. Принцессы, как всегда, никого особо не интересовали.
Эннар склонился перед новым королем, Серрьером IV.
Сильное впечатление на народ произвела карьера герцога Верейна. Он не только не пострадал — он вновь оказался первым советником короля. Только другого. Чем уж соблазнил старого царедворца Серрьер — неизвестно. Но король, у трона которого стоит Верейн — удачливый король. В это верили, несмотря на то, что для бедняги Леорре присутствие герцога вряд ли оказалось удачей — в конечном счете.
Разослав на все стороны света войска и полицию для поисков неизвестных похитителей наследника престола и исполнив тем самым свой долг перед племянником, его величество занялся устройством судьбы девушек. Клеона была выдана замуж за некоего провинциального графа, Марона отправилась спасать душу в монастырь, а Таира досталась сыну первого советника Верейна и, говорят, была с ним счастлива. Советник Верейн тоже выглядел довольным. Может быть, это и была запрошенная им цена.
Переворот произошел так гладко и слаженно — похоже, папа не сам был главным организатором. В сущности, Лоррене было все равно, папа ли на троне, дядя ли — но Серрьер IV допустил ошибку.
Он решил, что его дочери тоже пора замуж, засиделась во вдовах.
Для своей умной и послушной девочки он выбрал необыкновенно удачного супруга. Генерал армии герцог Аффер был знатен сверх всякой меры, обладал недурным состоянием и не имел наследника. Первая его жена скончалась родами двадцать лет тому назад, и с тех пор он больше не женился.
Его величество вызвал генерала во дворец и прощупал почву. Когда Аффер понял, что ему предлагают, глаза его загорелись, седые волосы на висках встопорщились от энтузиазма. В сущности, девушка его не интересовала совсем, но породниться с короной было почетно и перспективно, а если ему удастся на старости лет еще и родить сына…
Очень довольный собой, его величество объявил дочери о помолвке.
Лоррена присела, склонив голову.
— Да, папа.
Но дома, в замке Саллитанов, она дала волю бешеному темпераменту. Несколько служанок вылетели от нее встрепанные, с расцарапанными лицами, не слишком понимая, за что, собственно, им перепало. Выгнав всю челядь вон, она заперлась в спальне. Оттуда доносился грохот и крайне неприличные слова, произносимые нежным серебристым голоском.