Перекресток
Шрифт:
В кабине «Толстого Эдвина».
— Не слышу тебя! Сейчас скину координаты! Лови, подтверди прием! — Платформа орал в микрофон, словно это могло помочь протолкнуть слова и пакет данных сквозь эфир.
Ким вопросительно глянул на старшого, но тот лишь покачал головой. Вой и треск в эфире предвещали одну из непредсказуемых грандиозных бурь. В чреве «Толстого Эдвина» им ничего особо не грозило, а вот Мартину снаружи… «Гоплит», конечно, модель надежная, но случиться могло всякое. Сергей вспомнил, как зачарованно смотрел на пролетающий мимо него валун, размером с симбот, врезавшийся в стену изящной
— Внимание всем! — ударил Платформа по кнопке общей связи. — Пристегиваемся, фиксируемся, проверяем крепление тяжелых предметов!
Все было закреплено и перепроверено много раз, но такие проверки лишними не бывают. Он услышал, как ойкнула в соседнем отсеке Мариска, и тут же защелкали фиксаторы страховочных ремней.
Убедившись, что экипаж и пассажиры заняли свои места, Платформа нажал клавишу на пульте связи и вызвал по личному каналу Фрэда:
— Фрэд, слышишь меня?
— Громко и ясно. А ты что шепотом говоришь?
Сергей откашлялся. Он действительно машинально понизил голос.
— Ты вот что, держи «Василиска» своего в полной готовности и, как встанем, проверь системы огня.
— Что случилось? — Голос Папеньки стал серьезным и напряженным.
— Мартин труп нашел. Кокнул кто-то Чокнутого Менеджера. И потом еще сказать мне что-то хотел, да помехи заглушили. Что-то о группе, которая выше по паутине ушла. Помнишь, недавно видели?
— Та-а-а-ак. Ясно.
И Фрэд отключился.
Платформа всматривался в непроглядную темень, полную воя и летящего песка. Ким, все это время молча сидевший в кресле второго пилота, ткнул пальцем в точку на визоре.
— Смотри, это проход к крытой площадке.
— Отлично. Двигаем туда.
Навигационная система окончательно определилась с координатами и сейчас показывала подробную карту окрестностей.
«Толстый Эдвин» полз по остаткам того, что некогда было грандиозным комплексом дорог, площадок, платформ, изящных гнутых мостов и выплавленных в склонах гор и внутри скал залов, комнат и павильонов. Все это грандиозное кружево плелось, строилось, вырезалось и выплавлялось сотни тысяч лет, менялись цивилизации, и каждая оставляла свой след. В результате люди иногда попросту сходили с ума в этих горах, настолько диким и невероятно чуждым было это переплетение инопланетных форм.
Но Платформа живым воображением не отличался и сейчас видел то, что ему требовалось — закрытую от ветра площадку величиной с футбольное поле, на которой можно было укрыться от бури и передохнуть.
Заехав в дальний угол площадки, он заглушил двигатель и перевел системы транспа в стояночный режим. Снова перешел на общий канал:
— Отдыхаем посменно. Мариска, Анита, вы дежурите первыми. Мы с Кимом отдыхаем, Фрэд — страхуешь.
Я успел добраться до груды камней, до того как началась настоящая буря. В очередной раз проверил связь, хотя прекрасно понимал, что не услышу ничего, кроме взбесившегося эфира. Но армейская привычка въелась намертво — «продолжайте вызывать»! Вызвал, тяжело вздохнул и завел симбот в укрытие. Сколько еще продлится это безумие? Совершенно непредсказуемо. Поэтому я аккуратно уселся, неторопливо вытянул ноги симбота и присосался к тубе с питательным раствором. Пока есть время, давай обдумаем ситуацию. Вроде бы она проста, как попка младенца — Чокнутый Менеджер решил полюбопытствовать, что это такое интересное творится на дальней базе босса местного теневого мира, увидел то, что ему не положено, его заметили и прихлопнули.
Вроде бы все логично, да не совсем. Наверняка Синеглазка о Чокнутом прекрасно знает, понимает,
что тот со своим безобидным любопытством может бродить поблизости, и просто так его грохать не будет — зачем ему привлекать к себе лишнее внимание?Следовательно, было это нечто выходящее за рамки обычной деятельности господина Илова.
Теперь добавим сюда явную озабоченность моих шефов и визит ночного гостя. Возможно, все это совпадения, но в такие совпадения я не верю. Сюда же относим следы, которые я видел, и делаем нехитрый вывод: Чокнутый наткнулся на нелегальную экспедицию, которая шла к объекту.
И вот это было совсем фигово, поскольку объект этот, видимо, находился где-то неподалеку от цели нашего похода. И раз они видели нашу группу, то вполне могут решить, что и эти потенциальные свидетели им совершенно не нужны. К тому же Илов, скорее всего, работает по заказу и к нему вполне могут направить и спеца для контроля «местных исполнителей». Ох, представляю я себе, что это могут быть за спецы. От этой мысли мне стало совсем паршиво.
Однако сейчас я не мог ничего сделать, поэтому закрыл глаза и заснул. Опыт подсказывал, что скоро мне понадобятся все силы. Надо отдохнуть.
Синеглазка никогда не считал себя человеком с богатым воображением, он даже гордился тем, что все его мысли, интересы и желания лежат исключительно в практической плоскости. Именно это делало его таким успешным дельцом и хорошим боссом. Это создавало определенную репутацию — бесстрастного и безжалостного человека. В узком кругу, конечно, но это уже издержки той сферы бизнеса, которую он выбрал.
Но даже его каждый раз поражала немыслимая сложность и нечеловеческая логичность этой горной системы.
Они прошли по краю предгорий и на секунду остановились перед гигантским языком въезда на «паутину», по которой им предстояло подниматься к цели, теряющейся сейчас в тенях и клубах летящего песка.
— Может, переждем бурю здесь? — обернулся к Олегу Илов. — Вот здесь, — показал он на въезд слева, — можно остановиться.
Олег даже не глянул на экран.
— Продолжаем движение по графику. Пока мы укладываемся в срок, но задержки недопустимы.
— Нас может попросту снести с этого чертова серпантина!
Олег пожал плечами.
— Не надо думать о том, что может произойти. Надо быстро действовать. Командуйте: движение на максимально возможной скорости.
Герман нажал клавишу системы связи:
— Дозорным, оставить машины, прыгайте внутрь, двигаемся на максимуме.
И они рванули наперегонки с бурей.
Откинувшись в кресле, Герман наблюдал, как тяжелая, внешне неповоротливая машина стремительно и плавно ввинчивается в немыслимые изгибы и повороты висящего между горных пиков лабиринта. Интересно, для каких машин это предназначалось? Он закрыл глаза, борясь с подступающей к горлу тошнотой, когда транспортер пополз по боковой стенке трассы. Трансп висел над многокилометровой пропастью, и даже у самых закаленных людей сердце уходило в пятки на этом участке дороги. Здесь действовала собственная гравитация, но мозг отказывался понимать противоречащий привычным понятиям факт. Говорят, сталкеры, первыми обнаружившие эту паутину, сошли с ума, пытаясь пройти этот участок.
В это Илов не верил, но ощущение все равно было преотвратным.
Желудок подпрыгнул к горлу, скальная стена снова заняла привычное положение, и Герман помотал головой. На сидевших же рядом корпоративщиков все это, казалось, не произвело никакого впечатления.
— Готовимся съезжать с паутины, — зачем-то прокомментировал очевидное водитель.
На экране уже мигал зеленый пунктир, указывающий направление. Один из серо-стальных «лепестков» уходил влево, отделяясь от общей массы, и исчезал в широком скальном карнизе, опоясывающем пик.