Переворот

– Скорее бы, – выдохнул Вилл. – Жить под чужой личиной – невыносимая пытка. Первое время я вздрагивал, когда слышал свое новое имя, боялся, что оборачиваюсь недостаточно быстро. Периодически на заводе проводилась выборочная проверка документов. К счастью, она меня не коснулась. Целый год мучительных страхов…

– Ты знал, на что шел, – пожал плечами землянин. – Вполне мог отказаться от внедрения. Тасконцы очень дорожат агентами и стараются не привлекать к разведывательной деятельности психически неуравновешенных людей.

– Спасибо на добром слове, – иронично усмехнулся Белаун. – Твое сострадание безмерно.

Вилл выдержал паузу и произнес:

– Дело в том, Олесь, что побывать на Алане – цель всей моей жизни. Еще мальчишкой, блуждая по узким коридорам космической базы, я мечтал увидеть прекрасный мир метрополии. Ученые и офицеры, родившиеся на планете, часто рассказывали об огромных городах, тихих тенистых парках и скверах, морских пляжах и бездонном голубом небе. Однако путь в эту чудесную сказку непосвященным закрыт. Я часами рыдал, глядя на однообразные металлические стены станции. Полная безысходность.

– Нерадостное детство, – согласился русич.

– Именно тогда подросток увлекся техникой и решил любой ценой попасть на Алан, – продолжил Белаун. – Через несколько лет началась вербовка добровольцев в колониальную армию Тасконы. Это был единственный шанс вырваться из порочного круга. Тебе не понять, что испытывает человек, впервые в жизни увидевший Сириус без светофильтров. Зрелище незабываемое. Три декады я задыхался свежим воздухом, сходил с ума от бескрайних просторов, наслаждался диким величием пустыни. Казалось, вот он – рай. Но скоро все встало на свои места. Грязь, пот и кровь. Мы убивали аборигенов, а они нас. Красивая картинка растворилась словно мираж.

– И ты присоединился к группе землян, – вымолвил Храбров.

– У меня не было выбора, – ответил Вилл. – Либо долгие годы прозябать в казармах, либо попытать счастья с вами. И я не прогадал. Моя мечта сбылась, я на Алане. Прошедший год отнял у меня много сил и нервов но и принес определенное удовлетворение. Сын двух техников с далекой, никому не нужной космической базы, наконец, стал жить, как подобает гражданину великой державы. Хорошая интересная работа, достаток, комфортное существование. К твоим услугам все достижения цивилизации…

– А как же подземный мир Тасконы? – удивился Олесь. – Там условия ничуть не хуже. А главное, нет ни малейшего риска.

– Пожалуй, – утвердительно кивнул головой аланец. – Но ты точно подметил – подземный мир. Чем он отличается от звездного крейсера или орбитальной станции? Только размерами. Стены, потолок, тоннели вместо коридоров. При первой же возможности тасконцы покидают города и поднимаются на поверхность. Люди хотят жить на воле, свободно дышать и любоваться восходом Сириуса. Я не исключение. Чанкок для меня подходит идеально. Когда мы свергнем Великого Координатора, исчезнет последнее препятствие на моем пути. Пора осесть, завести семью, подумать о детях. Тебе в данном вопросе повезло. Олис говорила, что беременна…

– Она уже родила, – улыбнулся русич. – Но ребенка я еще не видел.

– У каждого свои маленькие радости, – грустно произнес Белаун. – Линда спокойной жизни так и не дождалась.

Дальше разговор не клеился. Вилл высказал все, что накопилось в душе, и теперь безмолвно пил пиво. Аланец никогда не был увлекательным собеседником. Спорить с ним Храбров тоже не собирался. Трудное детство, военная служба, скитания по Тасконе отложили свой отпечаток на характер Белауна. Он держался обособленно даже от друзей. Гибель Салан окончательна подкосила беднягу.

– Я пойду, – вымолвил Вилл. – Завтра рано вставать. Предстоит новое задание. Не знаешь, куда меня отправят?

– Нет, – честно сказал Олесь. – Утром я провожу тебя.

– А надо? – усмехнулся аланец и зашагал к выходу. Русич задумчиво смотрел ему в спину. К сожалению, этет ночной разговор ситуацию не прояснил. Вопросов стало лишь еще больше. Что двигало Белауном, когда он интересовался «Кондексом» и сроками операции? Простое любопытство или скрытый смысл? Храбров проклинал себя за подозрительность. Разве можно не доверять товарищу? Тем более воину Света. Абсурд! Однако сомнения терзали душу. В разведке нет непререкаемых авторитетов. Ошибаются все. Тяжело вздохнув. Олесь заказал третью кружку пива. Почему-то чертовски хотелось напиться.

Глава 4 ПОСЛЕДНИЙ И ЕДИНСТВСННЫЙ

Стоун нажал несколько кнопок на панели голографа. Экран тотчас мигнул, и перед полковником предстал один из приближенных вождя. Длинное черное аскетическое одеяние, худощавое лицо и внимательный проницательный взгляд. Стил прекрасно знал этих людей. У них нет семьи, собственной жизни и личных интересов. Все подчинено служению правителю, ради него они готовы пойти на любые жертвы. Высшая степень фанатизма.

Чуть склонив голову в приветствии, посвященный бесстрастно произнес:

– Добрый вечер, полковник. Какова цель вашего визита?

– Аудиенция у Великого Координатора.

– Вождь сегодня много работал, – вымолвил приближенный. – Он нуждается в отдыхе. Управлять планетой – дело нелегкое.

– Понимаю, – сказал офицер. – Однако и я за последние трое суток спал не больше восьми часов Мои подчиненные буквально валятся с ног, подземные коммуникации Чанкока завалены трупами бойцов штурмовых групп. Мы стараемся ради нашего любимого повелителя. Я не прошу, я требую встречи. Великий Координатор наградил меня таким правом. Пришло время им воспользоваться.

– Хорошо, – с недовольным видом проговорил посвященный. – Я доложу.

Спустя десять секунд картинка на экране голографа изменилась. Аланец увидел знакомые карие глаза. По телу невольно пробежала нервная дрожь. Взгляд вождя обладал поистине магической силой.

Создавалось впечатление, что правитель пронзает твой разум насквозь, проникая в самые потаенные глубины души. В подобные мгновения никто не осмелится ему лгать.

– Я слушаю тебя, Стил, – раздался бархатный голос.

– Великий Координатор, – неуверенно начал полковник. – Верные тебе люди делают все, чтобы найти и уничтожить тасконских шпионов…

Стоун был вынужден остановиться и сглотнуть от волнения слюну.

– Но, увы, мы топчемся на месте. Агентура врага не проявляет активности, а документы мерзавцев безупречны. Трое суток непрерывных поисков результата не дали.

– Может, наши страхи напрасны? – спросил вождь. – Я склоняюсь к мысли, что мы зря устроили такой переполох и подключили к операции армию. Противник слаб и к штурму моей резиденции не готов. Перекройте каналы связи с Тасконой, и подполье окончательно задохнется. Задача несложная.