Первая леди

— О Боже, — пробормотала Люси, — не хватало мне еще швыряться идиотской фрисби!

— Возьми, — велела Нили, сунув девочке пакет с едой.

— Ты та-а-ак груба!

— Знаю, и мне это нравится.

Мэтт улыбнулся, но тут же, доставая газировку из холодильника, ударился локтем о стенку. Чертов фургон слишком мал для него, но он не жаловался. Нили догадывалась, что он привык двигаться в тесных помещениях.

Посмотрев на Мэтта, Нили судорожно сглотнула, но тут же заставила себя отрешиться от мыслей о сексе и переключиться на что-то другое. Понравится ли им то, что она приготовила? И все ли любят сандвичи с индейкой? Она положила туда швейцарский сыр, но Люси, вероятно, привыкла к американскому. Салат со спаржей, возможно, покажется слишком экзотическим, а заранее начищенная крошечная морковь — совершенно обыденной. Шоколадные кексы в гофрированных формочках с рожицами панд выглядели такими соблазнительными в магазине, но и Люси, и Мэтт брезгливо уставились на них, когда Нили вынула сверток из пакета. Оставалось надеяться, что Баттон понравятся сюрпризы, задуманные специально для нее.

Какая грустная ирония, что она волнуется из-за какого-то пикника! Она, на плечах которой лежала подготовка важнейших мероприятий в Белом доме! Смешно… Но официальные приемы не шли ни в какое сравнение с этим почти семейным обедом.

— Где хочешь устроиться? — осведомился Мэтт, когда они вошли в залитый солнцем парк. Нили указала на деревянный столик, стоявший в тени недалеко от детской площадки, и улыбнулась, подумав о том, что вместо сервиза тонкого фарфора леди Джонсон, расписанного полевыми цветами, они будут есть из одноразовых тарелок.

Люси уставилась на край парковки, где трое подростков раскатывали на скейтбордах.

— Пойди посмотри, пока я буду накрывать на стол.

— На кой мне эти дебилы?

— Если повезет, какой-нибудь сломает ногу, тогда ты сможешь посмеяться, — пояснила Нили.

— Ну ты и чудачка, Нелл! — ухмыльнулась Люси.

— Знаю.

Нили порывисто потянулась к ней. Люси замерла, и Нили поспешно отстранилась. Люси передернула плечами и, отойдя, стала медленно, почти незаметно перемещаться в сторону мальчишек. Мэтт посадил малышку на траву и открыл банку шипучки.

— О чем это вы болтали все утро?

Баттон поползла прочь, и Нили озабоченно нахмурилась, но тут же сообразила, что, если заведет старую песенку насчет насекомых, грязи или собак, это вряд ли к чему-то приведет.

— В основном о том, стоит ли Люси прокалывать пупок.

— Только через мой труп! — В голосе Мэтта явственно прозвучали строгие отцовские нотки.

Нили принялась раскладывать еду по тарелкам.

— А я посоветовала проколоть.

— Что это на тебя нашло?

— Пойми, пупок все же лучше, чем нос или бровь. Кроме того, она обычно отвергает все, что бы я ни предложила. Потом мы обсуждали, когда мне проколоть уши.

— Но твои уши уже проколоты, — удивился Мэтт, коснувшись крохотной дырочки в ее левой мочке. Он не отнимал пальца чуть дольше, чем позволяли приличия.

Нили смущенно откашлялась.

— Люси считает, что одна дырочка не считается, нужно проделать еще две.

— Собираешься носить по две серьги в каждом ухе?!

— Во всяком случае, подумываю об этом.

К ее полнейшему изумлению, на лице Мэтта отразилось нечто вроде облегчения.

— Может, не такая уж у тебя голубая кровь, в конце-то концов, — пробормотал он.

Нили достала морковь, Мэтт устроился за столом, а Баттон проворно взобралась ему на колени. Он посмотрел в сторону песочницы, оказавшейся всего в нескольких ярдах от них.

— Пойдем, Демон.

— Песочница? Нет, девочка слишком мала! Еще наестся песка!

— Попробует, возможно, но вряд ли он ей понравится.

Мэтт подбросил весело визжавшую девочку высоко в воздух и отнес к песочнице, где уже играли двое малышей.

— Она выпачкается, — настаивала Нили, — и обгорит на солнце.

— Песочница в тени, и мы потом отмоем нашего Демона. Хочешь поиграть в песочке?

— Га!

— Я так и думал.

Мэтт опустил Баттон на землю и обратился к мирно игравшим малышам:

— Да смилостивится Господь над вашими душами, бедняжки. — Он вернулся к столу, где снова взял банку с шипучкой. — Кексы с мордочками панд? Где наши остроконечные шляпы в китайском стиле? Эй, Демон, оставь его в покое!

Милый ребенок уже занес пластиковое ведерко над головой другого малыша.

— Пойди присмотри за ней, пока я закончу, — попросила Нили.

Мэтт взглянул на нее так укоризненно, словно она попросила его проткнуть иглами собственные глаза.

— И не зови ее Демоном перед посторонними, иначе другие дети станут над ней смеяться, — добавила она.

Мэтт с вымученной улыбкой ретировался к песочнице.

Мальчишки со скейтбордами исчезли, Люси медленно направилась к столу и принялась ковыряться в тарелке. Нили видела, что девчонка что-то задумала. Но спрашивать бесполезно — Люси наверняка нагрубит в ответ. Придется выждать.

Девочка посмотрела в сторону песочницы, где Мэтт уже усмирил всех детей, кроме Баттон.

— Похоже, Джорик не такой жлоб, как я думала.

— Ну… он упрямый и чересчур властный. Любит настоять на своем. И такой горластый… не понимаю, как у него совести хватает жаловаться на Баттон! — Нили улыбнулась. — Я понимаю, что ты имеешь в виду.

Люси принялась царапать ногтем стол.

— И он мужик что надо. То есть, наверное, так думают все пожилые тетки вроде тебя.

— Я не пожилая тетка. Но он действительно ничего, тут ты права.

— Похоже, ты ему нравишься.

— Мы неплохо ладим, — медленно выговорила Нили.

— Нет, он действительно с тебя глаз не сводит, сама знаешь.

Нили не стала этого отрицать, но и не собиралась объяснять, что чувственное притяжение между взрослыми людьми не имеет ничего общего с любовью.

— Мы просто друзья, вот и все.

Пока они не доберутся до Айовы. Потом станут любовниками. Если Белый дом не отыщет ее раньше. Люси презрительно скривилась.

— Тебе еще повезло! Могло быть и хуже. Он водит спортивный «мерседес». Кабриолет, представляешь?!

— Правда?

— Клянусь! Просто отпад! Темно-синий. Наверное, денег у него полно.

— Вряд ли у сталелитейщиков бывает полно денег. Откуда у него «мерседес»? — удивилась Нили.

— Не важно. Но ты могла бы подцепить его, если бы захотела.

— Подцепить?!

— Ты же знаешь, как это бывает… — перешла на шепот Люси. — Можно заставить его жениться или что-то в этом роде.