Первая ночь

Кейра ждала меня на террасе. Я отдал ей платок Уолтера:

— Думаю, будет правильно, если ты вернешь ему это.

Кейра молча сложила платок и повела меня в спальню.

Первая ночь

В доме все спали. Стараясь не шуметь, мы с Кейрой прокрались к изгороди, где были привязаны ослики. На пороге появилась моя мать:

— Если собираетесь на пляж — что само по себе чистое безумие в это время года, — возьмите хотя бы полотенца, иначе простудитесь, сидя на влажном песке.

Она сунула нам в руки два полотенца, два фонарика и удалилась.

Мы устроились у самой кромки воды, и Кейра положила голову мне на плечо. Полная луна заливала берег таинственным светом.

— Не жалеешь? — спросила она.

Я взглянул на нее и подумал об Атакаме.

— Каждое человеческое существо состоит из миллиарда клеток, эта планета населена миллиардами людей, и с каждым годом нас становится все больше: во Вселенной миллиарды миллиардов звезд. А что, если эта Вселенная, пределы которой, как я полагал, мне известны, всего лишь ничтожная частица еще большего целого? Что, если наша Земля — только клетка в утробе матери? Рождение Вселенной подобно чуду рождения новой жизни, всякий раз повторяется одно и то же чудо — от неизмеримо огромного до бесконечно малого. Можешь себе представить потрясающее зрелище — рождение нового мира глазами его матери? Нет, все-таки жизнь — невероятная, фантастическая программа.

— Но кто написал столь совершенную программу, Эдриен?

Эпилог

Айрис родилась девять месяцев спустя. Мы не крестили дочь, но когда ей исполнился год, впервые взяли с собой в долину Омо, где она познакомилась с Гарри и получила от нас в подарок кулон…

Не знаю, какой путь в жизни выберет Айрис, когда вырастет, но, если она захочет узнать, что за странную подвеску носит на шее, я прочту ей строки из древнего текста, который передал мне один старый профессор.

Есть легенда о том, что младенец в утробе матери знает тайну сотворения Вселенной, происхождения мира и конца времен. Когда он появляется на свет, некий посланец, проходя мимо его колыбели, касается пальцем его уст, чтобы никогда он не мог выдать доверенную ему тайну — тайну жизни. Этот палец, приложенный к устам, навсегда лишает младенца памяти и оставляет отметину. Все, кроме меня, имеют посреди верхней губы эту отметину.

В тот день, когда я родился, посланец забыл прийти ко мне, а потому я помню все…

Айвори, с благодарностью

от Кейры, Айрис, Гарри и Эдриена.