Первородные

— Да ладно… "Night Paradise"? Серьезно?

— Почему бы и нет? — Фыркнула Ариэль, направляясь ко входу. Увидев охранников, она посмотрела в глаза одному из них и произнесла: — Мне нужна хозяйка этого клуба.

— Вынужден отказать. — Ответил охранник, взяв Ариэль за плечи и пытаясь отодвинуть ее.

Девушка схватила охранника за обе руки и сжала их так сильно, что хруст костей был отчетливо различим даже сквозь орущую музыку.

— А теперь откажешь? — Улыбнулась Ариэль, посмотрев в глаза охраннику.

Тот помотал головой, кивая на свой карман. Когда девушка отпустила его, мужик вскрикнул от боли. Хелина достала из его кармана приемник и нажала кнопку вызова.

— Идем. — Окликнула она Ариэль и вошла внутрь. Последняя вошла следом. Поднявшись на лифте, девушки вошли в клуб. Стриптизерши крутились на шестах. Поворочав голову, Хелина осмотрела клуб. В баре сидела девушка с серыми волосами и улыбалась, пока бармен что-то рассказывал, наливая очередной стакан алкоголя. В дальнем углу за столом сидел британец, который периодически делал глоток из своего стакана, не отрываясь от книги. Посмотрев в сторону стойки диджея, Хелина заметила за ней девушку с яркими рыжими волосами и желтыми светящимися глазами. — Она хозяйка. Вон тот британец тоже ведет себя слишком спокойно, скорее всего живет тут.

Ответа на слова Хелины не последовало, поэтому девушка осмотрелась, в поисках Ариэль. Последняя уверенно шла к британцу и, видимо, пошла к нему еще раньше, чем Хелина выдвинула свое умозаключение. Пожав плечами, она направилась в бар.

— Кого я вижу? Хелина Майнар. Как забавно, что ты носишь фамилию Эрлина, хотя вы не расписывались. — Произнесла сероволосая девушка, подвинув Хелине стакан.

— Привет, Соната. Не подскажешь, где ты нагребла деньги на такое колличество операций? Самое забавное, что ты даже не ищешь того, кто оплатил их для тебя. Не находишь ироничным то, что сейчас я знаю его лучше, чем ты? — Усмехнулась Хелина.

— Что ты сказала? — Переспросила Соната, посмотрев на Хелину.

— Аресс возвращается домой. И, поверь мне, ему не понравится то, что он потратил все те деньги зря, ведь ты вылечилась сама, не так ли? — Хелина смотрела в глаза Сонате, зрачки которой были похожи на переливающееся пламя. — Чудесная история исцеления Первородной Пламени. Скажи мне, каково это, превращаться, сгорая заживо?

Соната посмотрела на Лиралину, подошедшую к бару. Глаза последней ярко сияли желтым, а на шее висел кулон с гербом Первородных.

— Знаешь, Лира, я бы не носила кулон, который так откровенно намекает врагам, кто ты есть на самом деле.

— Клуб закрыт. — Произнесла Лира, выключаяя музыку. Люди огорченно начали расходиться. — Честер, на сегодня ты свободен.

Бармен кивнул, покидая стойку. Когда клуб совсем опустел, возле бара стояли лишь три девушки, а в дальнем углу рядом с британцем сидела Ариэль. Эти двое спелись гораздо быстрее.

— Покинь клуб. — Приказала Лира, смотря на Хелину.

— Нет, пока сюда не придут все остальные. — Ответила девушка, встав со стула.

Лиралина резко вспыхнула светом, превращаясь в Первородную. Соната последовала примеру подруги, так же превратившись. Обе они держали свое оружие у горла Хелины. Последняя усмехнулась, покрываясь кристаллами и броней. В следующий же миг она держала свои глефы прямо возле брони, защищающей сердца Первородных Пламени и Света.

— Плохая идея. — Произнес Роглиф, прижав свои крюки к грудной броне Хелины. Первородный Воды уже принял свой настоящий облик.

— Уверен, что плохая? — Усмехнулась Ариель, целясь из лука прямо в сердце Роглифа.

Девушка так же была обращена в Первородную, сохраняя невероятное спокойствие.

Если хоть кто-то решит напасть первым, остальные просто поубивают друг друга. Это словно дуэль, в которой нельзя атаковать, иначе смерть грозит всем.

— Бросайте оружия. — Произнесла Хелина, бросая глефы на пол. — Ариэль?

Голубоволосая девушка пожала плечами, убирая лук. Роглиф бросил на пол крюки, а затем и Соната бросила свои томагавки. Лиралина сложила свои тонфы последней, опуская руки.

— Скажите мне, неужели вы не смогли договориться такой толпой? — Спросил зашедший в клуб Эрлин.

Он уселся на кресло, принимая облик Первородного. Следом за Майнаром в клуб зашли и Имир с Конором уже в своих настоящих формах. В помещении было уже восемь Первородных, которые смотрели друг на друга. Спустя пару секунд с черного хода зашли Аресс и Ворилия, оба в обликах Первородных.

— Первородная Плодородия? — Удивилась Лира, смотря на Ворилию. — Видимо, в мире что-то страшное готовится, раз уж ты существуешь.

— Я же не тьма и свет, чтобы существовать всегда. — Фыркнула Ворилия. Заметив взгляд Имира, она продолжила, — Не в обиду тебе, конечно же.

Когда все Первородные приняли человеческие облики, Аресс посмотрел на Сонату. Рядом с ним стояла Ворилия, которая смотрела на своего товарища. Соната, поняв все, опустила взгляд.

— Так, ну, теперь вопрос, какого хрена мы тут все собрались? — Разбавил обстановку Эрлин. — Смотреть друг на друга, как шайка идиотов? Класс.

— Эрлин! — Оборвала его Хелина. Девушка явно была напряжена всей этой ситуацией.

— Что? Я не вижу никакого смысла хоть как-то себя ограничивать в высказываниях! — Фыркнул Эрлин.

— Так, начнем с того, что раз здесь собрались почти все виды Первородных, то я бы предложил провести небольшую дискуссию, — Произнес Роглиф, выйдя на центр этажа. Подумав, он продолжил, — Среди нас есть Первородный, появление которого, без обид, плохой знак. Я говорю о том, что Первородные Плодородия всегда считались вестниками смерти, разрушения всего живого, особенно сейчас, когда нас всех собрали здесь.

Ворилия немного покраснела, прячась за широкой спиной Аресса. Последний же продолжал смотреть на Сонату.

— Соната, я готов выслушать все, что ты мне скажешь. — Произнес он, выйдя вперед.

— Может, не будем? — Попытался остановить все происходящее Конор. Он прекрасно знал, что у Сонаты все еще были чувства к Арессу, но, конечно, Первородного Земли никто не послушал…

— Ты бросил меня здесь, в сраной больнице, даже ни разу не пришел. Неужели тебе было так наплевать на меня? За что, Аресс? Я отдавала тебе всю себя, — Ответила Соната, идя навстречу к Повелителю Времени. На глазах ее появились слезы, а зрачки начали загораться огнем, — Почему ты предпочел уйти от меня насовсем, оплатив лишь операции. Ты хотел не чувствовать боль, смотря на то, как девушка, которой ты говорил, что любишь, умирает в муках? Ты этого хотел?