Первый дылехохл
Шрифт:
– - Сейчас у меня будет приступ, -- напомнил Игорь.
– - Придут духи, -- удовлетворенно согласился старик, вернулся к своему бубну и стал быстро-быстро барабанить по нему двумя пальцами, одновременно прижимая обод к уху. Трамвай стал громче. Игорь собрался с силами, чтобы не выкинуть глупость и не броситься с крыши ему навстречу, и стоически перенес новый паровозик.
– - ...Ну и как там духи?
– - Игорь!
– - взмолился Колька.
– - Подойди здесь. Ближе. Стой. Дай руку. Слушаю духов.
Шаман закрыл глаза.
– - Теперь раздевайся.
– - Как, совсем?
– - До тела раздевайся. Голый.
– - Сейчас зима, -- резонно заметил Игорь.
На лице шамана промелькнуло презрение. Он внушительно откашлялся и замер, давая понять, что не пошевелится, пока Игорь не разденется. Судя по всему, начиналось самое оно.
– - Игорь, не стой, -- зашептал Колька сзади.
– - А то он обидится и уедет.
– - Слушай, Коль, ты ему уже заплатил?
– - Половину. А что?
– - Так, ничего.
Однако просто так стоять смысла действительно не имело. Игорь быстро разделся, оставшись в одних трусах, туфлях и носках, но дед уточнил еще раз -- "Голый", -- и пришлось скинуть последнее.
– - Держи сэтхэ, -- шаман протянул ему тлеющую деревянную палочку.
– - Думай о духах.
– - Это значит, о своей селезенке думай, -- подсказал Коля.
– - Да уж догадаюсь.
Шаман напрягся, поднял бубен над головой и негромко в него ударил -- три раза, после чего ожесточенно забормотал что-то похожее на заклинания.
– - Теперь бежать. Бок бежать. Быстро, махать сэтхэ.
Игорь вдруг явственно представил себя со стороны -голого, пляшущего на заснеженной крыше девятиэтажки и размахивающего дымящейся палочкой. Но видение быстро пропало, и остался только один холод, пробивший его от кончиков пальцев ног до ресниц. Да, и еще какие-то подбадривания со стороны Кольки.
– - Стой, -- скомандовал шаман.
– - Пей. Бежать снова. Стоять. Кричи духам уйти.
Терапия пошла полным ходом.
– - Стой. Лечь вниз. Бежать. Закрывай глаза и очень громко кричи духам уйти. Кричи!
– - Духи, идите к хрену! Коля, если я подхвачу воспаление легких, лечить меня будешь ты.
– - Не отвлекайся...
– - Бежать! Кричи духам!
– - старый пробил в бубен еще три раза. Замерзающие духи отразили эхом дикое желание мгновенно очутиться в пустыне, под испепеляющим солнцем, где жара, где очень-очень жарко, где увернальцы прорыли канал, зачем им канал в такой холод, ледяная вода, лед...
– - Кричи духам! Беги! Стой.
Старик опять углубился в бормотание заклинаний. Игоря стал бить легкий озноб.
– - Дед, а можно я не буду стоять, а то х-холодно...
Дед сделал строгий останавливающий жест рукой. Из сгущающихся и индевеющих мозгов выдавилось искреннее изумление достижениями нетрадиционной психиатрии.
– - Вы что это тут устроили, извращенцы? Совсем обнаглели, педерасты несчастные!
Шаман впал в столбняк. Игорь через силу
повернул закоченевшую шею: в форточку в окне соседнего дома, с двенадцатого этажа, выглядывала незнакомая гневная бабкушка.– - Ну, полегче, мать!
– - Сейчас милицию позову, извращенцы, а ну-ка быстро с крыши!
Коля встрепенулся.
– - Вайдаш Мустафаевич, а можно быстро закончить?
Шаман не шевелился.
– - Эй, мать, погодите, мы быстро. Игорь, накинь на себя что-нибудь, сейчас все образуется...
– - Я вам дам быстро, выкормыши блядские! Вась, зови милицию, здесь пидары шабаш устроили! Ва-а-ась!
– - Кто такой Вася?
– - Коля начинал сильно нервничать.
– - Откуда я знаю? Что с дедом случилось? Он будет меня долечивать или нет?
– - Игорь, пять сек перерыв, небольшой форс-мажорчик. Вайдаш Мустафаевич, очнитесь, сейчас надо спуститься вниз... Вайдаш Мустафаевич, твою мать, ты что, в трансе?
Шаман медленно и крайне нешироко раскрыл глаза и принялся что-то шептать. Через несколько секунд ожили и его руки: он лихорадочно и громко забил в бубен.
– - Вайдаш Мустафаевич, надо уходить.
– - Вась! Ва-а-а-ася-а-а!!!
– - неслось над замерзшей нусхетной пустыней.
– - Чего тебе?
– - голос был прокуренный и злой.
– - Вась, зови милицию, здесь гомики на крыше!!!
– - Игорь, одевайся, надо сваливать, -- торопил Коля.
Космос камней, взрыв унтелюпа. По леденеющей пустыне заворочались увернальцы, острое-острое солнце замерзло и отклеилось от неба. Игорь почувствовал, что лежит голой грудью на снегу, подтягивая закоченевшие ноги и разгребая сыпучий мороз. Предпоследний на сегодня трамвай.
– - Злые духи ходят. Ходят. Шептать молитвы, парень, злые духи не уйдут, -- дед стал пританцовывать и бить в бубен все громче. Игорь пытался просунуть негнущуюся руку в рукав свитера.
– - Игорь, быстрее, быстрее, потом шнурки завяжешь. Дед, пойдемте, забирайте свои феньки...
Дед внезапно сделал бросок вперед, к центру крыши, и пустился в дикую пляску с бубном, оглашая округу истерическими выкриками на непонятном языке. Бабка в окне неистово затопала ногами.
– - Вась, зови милицию, у них бубен, бубен, они сейчас ребеночка резать будут! Милиция!!!
Шаман подбежал к Игорю, пронзил его недобрым взглядом, с диким воплем шарахнулся обратно, к центру крыши:
– - Духи, тебе злые духи! Духи прокляли тебя!
– - Игорь, не обращай внимания, потом долечишься. Идем, они уже ментов вызвали! Дед, надо сматываться! Идем!
Дед несколько раз подпрыгнул, изо всех сил ударяя в бубен, потом упал не колени и вскинул руки к небу. Коля и Игорь уже спускались по шаткой чердачной лестнице, громыхая подошвами и будоража блаженное тепло подъезда.
– - Коля... слушай, Коля, -- Игорь с остервенением отшвырнул тлеющий сэтхэ, -- чтобы я еще раз послушал твоих советов по лечению -- да ни в жизнь!