Первый Джин
Шрифт:
– А вот и наши гонщики!– улыбнулся аль Гази, останавливая джип напротив «бентли». Черный кадиллак и «бмв» уже видимо заправились и стояли на выезде с территории заправочной станции. Джасир увидал, как высокий мужчина в темном костюме, вставил пистолет в дырку бензобака и с беззаботным, самодовольным видом пошел в сторону кассы. Джасир тоже, быстро вышел из своей машины, вставил ствол пистолета в бак и пошел оплачивать. Оба зашли друг за другом в стеклянные двери магазинчика.
Стоявшая за маленькой стойкой, средних лет женщина равнодушно посмотрела на-вошедших поверх больших, роговых очков.
– Добрый день!– не громко произнесла она, –
Два столика из шести были заняты пятью мужчинами, вероятно, как подумал Джасир, приехавших на тех самых машинах, стоявших на улице, при выезде из заправки. Внешность их не вызывала к себе доверия. Самый взрослый из них, наверняка главный, сидел лицом к входу, и не сводил выпученных, серых глаз с Джасира. Двое сидели рядом с ним, еще двое расположились за соседним столиком. Все пятеро, судя по запаху ели яичницу с беконом. Их успели очень быстро обслужить, как это успел заметить аль Гази. Одетые все как один, в черные костюмы и белые рубашки с черными галстуками, мужчины походили на персонажей из фильмов про гангстеров. Наверняка они ими и являлись. У одного из них отогнулся в сторону край пиджака, из-за которого торчала рукоять пистолета в кобуре.
При появлении Джасира мужчины в костюме, как по команде, подняли головы, не переставая при этом жевать, лишь молча проводив его глазами до кассы. Парня в костюме они словно и не заметили. Аль Гази заплатил за бензин и двинулся к выходу, чувствуя, как его прожигают взглядами.
– Эй!– вдруг услышал он позади себя.
– Вы это мне?
– Джасир остановился и повернувшись, посмотрел на того, кто его так бесцеремонно окликнул, так как был уверен, что окликнули именно его.
– Да, тебе!– сказал ему взрослый мужчина сидящий лицом к выходу. У мужчины был поломанный нос и разбиты обе губы, как у профессионального боксера. Серые глаза навыкате, смотрели жестко и со злобой. Он явно наслаждался своим положением среди сидевших рядом с ним более молодых мужчин, у которых на их грубых, как неотшлифованная доска лицах, появилась легкая ухмылка.
– Извините,– Джасир чувствовал, что ярость начинает закипать в нем как чайник на плите,– А вас не учили более вежливо обращаться к незнакомым людям?
Аль Гази подошел к сидящим за столом мужчинам. Те сразу же перестали есть и выпрямились на своих стульях, молча взирая на Джасира, как волки, на осмелевшую овцу.
– Вы что-то хотели от меня?– так же дерзко спросил Джасир. Он не сводил с Ли Джонса своих немигающих, черных глаз. Его не смущало количество сидящих перед ним гангстеров, которые удивленно смотрели на смельчака. Бульдог же пытался уловить во взгляде стоявшего перед ним человека не европейской наружности, как оказалось не робкого десятка, хоть тень страха. Перестрелка глазами продолжалась несколько секунд, по истечении которых, бандиты смотрели то на босса, то на Джасира,
не зная, что им предпринять, ожидая команды.– Ладно, дружище,– неожиданно для всех спокойным и умиротворяющим тоном произнес Ли Джонс,– Сегодня выдался ужасно плохой день. Присаживайся…Не бойся!
– Я и не боюсь!– деловито ответил Джасир, оставшись стоять,– Прошу прощения, но мне надо заправить машину.
– Не переживай. За тебя это сделают. Майк,– кивнул Бульдог сидевшему справа от него верзиле,– Сходи, помоги.
Верзила молча встал и пошел к выходу. Когда Джасир повернулся, что бы возмутиться, то увидал, что гангстер стоит уже возле джипа и придерживает рукой заправочный пистолет.
– Присаживайтесь!– во второй раз и уже на вы, попросил Ли Джонс,– Есть не большой разговор.
– Интересно, какой?– спросил аль Гази, опускаясь на свободный стул.
– Вы едите из Бостона? Я прав?– бандит достал из внутреннего кармана пиджака сигару, засунул ее в рот, после чего из другого внутреннего кармана пиджака достал маленькие, золотые ножницы с закругленными концами. После он вытащил сигару изо-рта, аккуратно откусил ножницами у сигары кончик, а протянутая рука с зажигалкой сидевшего рядом мужчины в костюме быстро подожгла ее.
– Да! Из Бостона!– напрягся Джасир,– А что?
– Да так… Просто, я думаю, что причина, по которой вы это сделали, та же, что и у нас. Правильно? Крысы и тому подобное. Не так ли?
Джасир вдруг вспомнил этого самодовольного гангстера, со сломанным носом и отекшим лицом.
– Я вас, кажется, видел,– произнес он прищурив глаза,– Вы выбегали вместе со своими людьми из большого особняка, преследуемый целым полчищем крыс. Так?
Брови Ли Джонса поднялись вверх.
– Хм! Да. Думаю, это был я! Так что, вы тоже дали деру из этого прокаженного города?
– И, да и нет! У меня немного другая причина.
– Можно узнать, какая? – глаза Ли Джонса сузились.
– Нет. Этого, к сожалению, я вам сказать не могу,– ответил не колеблясь аль Гази.– Простите.
Ли Джонс вяло ухмыльнулся, почесав свой широкий, не раз сломанный нос.
– Скажите, как вас зовут?– что-то во всей импозантной внешности иностранца сильно привлекло внимание бандита. Хотя, он даже сам не понимал, что именно.
– Джасир аль Гази!
– Вы египтянин?
– И, да и нет. Во мне перемешалось много наций!
– Ясно. Я так и подумал. А меня зовут Сэм Ли Джонс,– гангстер пытливо посмотрел на Джасира, наблюдая за его реакцией. Но, по всей видимости, его имя египтянину было не знакомо. Он остался совершенно спокойным, даже ухом не повел. Ли Джонс протянул ему свою тяжелую, шершавую руку для пожатия. Аль Гази, помедлив секунду, пожал ее, почувствовав медвежью силу в ней, и это не смотря на то, что Бульдог давно уже не занимался спортом.
– Вы проживаете в Бостоне?– снова спросил гангстер.
– Нет. Приезжал по делам. И как видите, пришлось спешно, так же как и вам покинуть город.
Вернулся верзила по имени Майк и доложил, что машина Джасира заправлена.
– Наши машины тоже, готовы,– добавил он.
– Хорошо. Спасибо, Майк.– Бульдог кивнул головой, обращаясь к своим охранникам за столом,– Идите, я сейчас вас догоню.
Бандиты встали и молча ушли. Ли Джонс не торопясь, сделал пару затяжек, словно наслаждаясь курением своей дорогой сигары, выпустил в сторону длинную струю дыма и вдруг спросил, глядя на реакцию аль Гази:
– Вы верите в Сатану? Ну, или скажем, в Демонов?