Первый

— Знаю.

— Ответь.

Толчок. Снова. Только уже агрессивнее и грубее.

— Пожалуйста, — прошу его.

Оставшись лежать на животе, слышу щелчок пряжки ремня. Андрей снимает трубку и отвечает не совсем доброжелательным тоном.

Я выпрямляюсь, поправляю бельё. Снимаю босоножки, опускаю ступни на пол. Вытягиваю из волос шпильки и ровным рядом складываю их перед зеркалом.

Голос Андрея становится громче — он открыто злится. Я честно пытаюсь быть ему поддержкой и опорой, но внутри меня при этом творится сущий ад.

Знаю, ребёнок ни в чем не виноват. И я искреннее хочу, чтобы его любили и обожали оба родителя. Просто я, видимо, раздражаюсь на саму себя за завышенные и где-то неоправданные ожидания от своей никчемной жизни.

— Уже поздно, Аль… Я занят… Я тебя слышу, а ты меня?.. Время видела?

Прислоняюсь затылком к стене, оседаю на пол. Будь я беременной и одинокой — наверняка звонила бы отцу ребёнка и тоже просила его о помощи. Это нормально. Пусть он меня и разлюбил, но ответственность делится поровну.

Андрей заканчивает разговор, выходит в коридор. Увидев меня, заметно хмурится и садится рядом. Плечом к плечу. Находит мою руку, сплетает наши пальцы. Целует каждый.

— Что-то серьёзное? — интересуюсь.

Пожалуйста, только без подробностей.

— Нет. Подождёт до завтра.

— Но ты соврал, сказав, что занят.

— Я занят тобой.

— Андрюш, Боже…

Убираю руку, отворачиваюсь. Чувствую исходящее волнами напряжение.

Бакурин выдыхает сквозь стиснутые зубы, поднимается с места и, забрав с полки ключи, уходит, не забыв при этом хорошенько хлопнуть дверью.

Просидев обездвиженно не меньше получаса, я, наконец, встаю на ноги и, пошатываясь, иду в ванную комнату.

Пока стою под горячими струями воды — трясусь. Я знаю, что мой мужчина планировал создать семью со мной. Не сейчас, но точно через время. И у него тоже неоправданные ожидания во всех сферах. Нам ведь было хорошо вместе. Казалось, что лучше и быть не может. Андрей пытается вести себя правильно, но угодить всем невозможно. Он часто срывается.

Перезвонив сначала матери, а затем и отцу — отчитываюсь, что всё хорошо. Я доехала, дома. Ложусь спать в тёплую постель.

Завтра выходной, свадьбу продолжат отмечать у бассейна где-то в загородном комплексе, но у нас с Андреем свои планы. Мы хотели поехать на дачу к Антону и Юле, чтобы обмыть какой-то очень важный повод.

Услышав хлопок входной двери, бросаю взгляд на часы. Прошло минут сорок, как Бакурин уехал. При всем желании — он бы не успел мотнуться к Алине и обратно.

Я опускаю голову на подушку и делаю вид, что сплю. Андрей заходит в комнату, стараясь лишний раз не шуметь. Включает светильник, снимает с себя одежду. Ложится вплотную, поглаживая меня пальцами по животу.

— Что-то ты быстро, — тихо проговариваю.

— Я же сказал — подождёт до завтра. В следующий раз не пытайся меня, пожалуйста, переубедить.

Глава 54

С понедельника у меня снова начинаются занятия. После пар я обычно не тороплюсь домой и много времени провожу с мамой. Мы гуляем по городу, обедаем в кафешках и разговариваем обо всём на свете: о жизни, моде, чувствах, любви к себе. Но не касаясь самого важного, что меня гложет. Я пока не могу.

У мамы остаётся два дня, которые она планирует провести с подругами и родными. Так же надо установить на кладбище новый памятник родителям, после чего улететь обратно в солнечную Италию.

— Давай к нам, Жень, — просит, когда мы обедаем после длительной прогулки. — Можешь вместе с Андреем. Заодно и познакомишь нас.

— Это не очень хорошая идея.

— Почему?

Качаю головой, дав понять, что не хочу отвечать на этот вопрос. Мама не настаивает. Она вообще очень понимающая. Видит, когда нужно лезть, а когда — категорически нет.

— Альберто часто спрашивает о тебе. Ты рассмотрела его подарки? Всё подошло?

О, да. Их было очень много. Украшения, шмотки, сладости и сувениры. Мамин муж никогда не скупился. Возможно, чтобы расположить меня и задобрить. Он, хоть и не понимал мою речь, но наверняка замечал взгляды исподлобья и не слишком приветливую улыбку. В первые годы особенно. Чёрт, да, я недолюбливала его. Всегда. Он был добрым, смешным и внимательным, но я считала итальянца виноватым в том, что наша семья развалилась.

Весь сюр случился позже. Наверное, такова наша природа. Пока мы не побываем в шкуре другого человека — совершенного понимания не будет. Это сейчас я делаю выводы, что по-настоящему счастливую семью разбить сложно. Хотя скорее — нереально.

— Да, подарки крутые. Я написала ему сообщение с благодарностями.

— Как мило, — растягивает губы в улыбке мама. — С переводчиком?

— Ещё бы. Мой итальянский пока далёк от того, чтобы набирать текст самостоятельно, но я постараюсь подтянуть. Может, даже на курсы запишусь.

Домой я возвращаюсь после пяти. Переодеваюсь в домашнюю одежду, смываю косметику. В ожидании Андрея собираю сумку на выходные. Прошлые мы провели на загородной даче в компании друзей. Со многими я познакомилась впервые. Волновалась, конечно, адски сильно, потому что по возрасту казалась самой мелкой из всех присутствующих. Меня окружали состоявшиеся личности, которые чего-то добились в этой жизни. Я же — простая, ничем не примечательная студентка.

Правда, всё прошло даже лучшем, чем я могла себе представить. И нас пригласили снова — только в место покруче. Где будет крытый бассейн, баня, хамам и много других развлечений. Я в предвкушении.

Услышав щелчок входной двери, тут же несусь в прихожую. Встречаю своего мужчину почти на пороге, льну за поцелуем. Андрей после тренировки. Уставший, но довольный. Он бросает сумку со сменной одеждой в сторону и тянет свои руки ко мне.

Я знаю, что гормоны рано или поздно схлынут, и наш секс будет не настолько ярким. Возможно, тише, плавнее и бережнее. Но сейчас я наслаждаюсь им на полную катушку. Позволяю нетерпеливым ладоням забраться под майку, сжать грудь. Твёрдым губам — накрыть мои, а затем опуститься ниже: к шее, ключицам и плечу, задевая кожу жадными и хаотичными поцелуями.